1. Имена, прозвища и прочее: Гиви "Синяя Рожа"
2. OOC Ник: LETOV
3. Раса персонажа: Гротдор
4. Возраст: 130
5. Внешний вид: Являясь не самым высоким даже по гротдорским меркам, коренаст и крепок. Одежда плотная: стёганая или войлочная. На поясе ремень с внушительных размеров золочёной бляхой. Имеет пышную, засаленную бороду, заплетённую в косы и украшенную металлическими вставками. Нос опухший, красноватый.
6. Характер: Сварливый, обидчивый, завистливый, жадный. Презирает женщин (кроме гротдорок).
7. Таланты, сильные стороны: Высокий болевой порог, навыки владения молотом, топором. Вынослив и силён.
8. Слабости, проблемы, уязвимости: Упрям, скверный характер. Наблюдается недержание мочевого пузыря. Контужен на правое ухо - носит с собой медный слуховой рожок.
9. Привычки: Выполняет любую работу на "и так сойдёт", ленив. Гротдорская страсть к алкоголю. Пыхтит забористую дурь из своей курительной трубки. Очень заметный гротдорский акцент. По странной привычке любит добавлять в свою речь не менее странное междометие "ара".
10. Мечты, желания, цели: Без лишних усилий создать/найти наиболее приятные условия для жизни. Найти спирт.
Детство.
Где-то в Загорье, лет эдак 130 назад, в не столь большой, но отнюдь не бедствующей гротдорской общине, в семье отца-воина и матери-кузнеца родился он - Гиви. До 25 лет он жил без всяких бед, окружённый родительской заботой. Когда же он стал годен к работе по дому, начались беды... В глобальном плане, не произошло ничего страшного. Точнее - не произошло совершенно ничего: его попросту заставили работать. А Гиви, - важно подметить, - был очень, очень ленивым, разбалованным подростком. Такая черта, как всеобъемлющая лень, сохранилась с ним и по сей день. Здесь-то и начался разлад в гротдорской семье: к 40 годам, отношение Гиви к работе, ожидаемо, не изменилось. Порученную ему работу он делал из-под палки, "на отвали", а иногда и вовсе предпочитал про неё тактично забыть. А не работать в гротдорской общине, как водится, - дурной тон. И вот, отец Гиви выдвигает своему сыну ультиматум: либо нерадивый сын идёт по стопам матери, осваивая кузнечное дело, либо идёт по стопам отца, ступая на путь воина (громко сказано, на самом деле. Но, забегая вперёд, махаться колотушкой Гиви в какой-то мере понравилось.)
Тренировки.
Очевидно, Гиви выбрал следовать по пути своего отца. Стоять на посту, покуривая забористую гротдорскую шмаль, куда проще чем дни напролёт торчать в жаркой кузне, выковывая орудия труда, алебарды, секиры, и прочие колюще-режущие радости жизни. Но, правда оказалась несколько иной. И Гиви она поначалу совсем не нравилась. Кто бы мог подумать, но в гарнизон (особенно, если твой отец - солдат), без предварительной физической и боевой подготовки не берут. Очевидная правда, но до Гиви она дошла не сразу. И тут уж, хотелось то ему или нет, но юному (по гротдорским меркам, конечно же) вояке пришлось учиться боевому ремеслу. Учиться много, усердно, и через силу. Первым делом отец Гиви решил натаскать того физически: бег, таскание камней и брёвен, прочий тяжкий труд. Тренировки быстро утомляли гротдора, и в какой-то мере тот чувствовал себя обманутым. Ну а кто бы не обиделся? Обманным путём заставили работать! Но, спустя пару месяцев, результат был уже заметен невооружённым взглядом. И так, по прошествии всё тех же нескольких месяцев, отец вручил сыну увесистую булаву, ознаменовав этим самым второй этап его тренировок. Хаотично размахивая ею в воздухе, да колотя ею же по вертикально выставленным деревянным брусьям, Гиви оттачивал своё мастерство владения дробящим оружием. Первые его удары выглядели нелепо, непредсказуемо. В прочем, спустя немалое количество сеансов жестокого избиения безоружного бревна, которые сопровождались отцовскими поправками, нравоучениями и "Дурная ты, блядь, голова! Учись, пока я жив!", руки Гиви привыкли к весу орудия, а в его хмельной голове отложились некоторые познания техники боя. Шли дни, недели, месяца. Булава сменилась двуручным молотом, двуручный молот - секирой. Отработка ударов на бревне сменилась поединками с отцом и его товарищами из гарнизона - некоторых Гиви даже смог одолеть! Хотя, кажется, они поддавались. В какой-то момент, Гиви даже начало нравиться такое времяпрепровождение. И вот, настал тот день, когда отец отдал своего сына в гарнизон, где весь накопленный в тренировочных боях опыт можно было применить уже в боях настоящих.
Гарнизон.
Служба тянулась долго, но не безрезультатно: от более матёрых гротдоров-воинов Гиви получил бесценные теоретические знания о тактике, ведении боя, даже выучил десяток новых приёмов. "Боевое крещение" Гиви прошёл в тёмном подземом ущелье, куда его вместе с группой более опытных воинов отправили на разведку. На группу гротдоров напала свора потревоженных светом факелов пауков. Здоровых таких! Ростом с Гиви, не меньше. В ходе непродолжительного боя, юному воину выпала честь впервые сразиться в реальном бою и в полной мере продемонстрировать свои боевые навыки. За множество лет, проведённых в гарнизоне, в ходе небольших стычек с тёмными порождениями, обитающими в шахтах, Гиви обзавёлся парой-тройкой боевых шрамов, и бесчисленным множеством синяков, шишек и царапин. Со временем он привык к бойням и побоищам, а его навыки крепли. В порыве боя он не испытывал страха, дрался уверенно - можно сказать, насмерть. Гротдор возмужал, окреп, стал сильнее. Хотя и пивное пузо никуда не делось, ведь отлынивать Гиви по-прежнему любил, за что и возымел не совсем положительную репутацию среди его сослуживцев, прослыв лодырем и раздолбаем. Ни то чтобы Гиви это как-то задевало. В один из дней, когда Гиви доблестно нёс боевое дежурство на руднике, случился один пренеприятнейший инцидент. В силу того, что стоять на посту без дела было весьма скучно, Гиви пристрастился к курению. Ведь уныло стоять в обнимку с секирой - одно, а делать то же самое, но пыхтя, как печная труба, да с лыбой до ушей - совсем другое!
Переломный момент.
Стоит ли говорить, что курить, стоя на руднике, в окружении пороховых бочек - плохая идея? То-то и оно. Опять же, очевидная правда! Но до Гиви она дошла не сразу. Монотонные звуки шахтёрских работ, в купе с забористым куревом в трубке и полным отсутствием какой-либо тяжёлой работы, склонили Гиви в сон, и уже в следующее же мгновение, забитая и раскуренная трубка валится из его рта прямо на пол, отскакивая в сторону пороховых бочек. Опустим подробности этого, безусловно, плачевного случая проявления вопиющей халатности со стороны нашего гротдора, ведь важен лишь итог: десяток жертв! Жахнуло так, что снег с вершин гор посыпался!
Волею судьбы, Гиви посчастливилось выжить в тот день. И даже сохранить руки и ноги. И даже голову. Проявление невиданной удачи, слабоумия и отваги. Но радоваться ему оставалось недолго, ведь за содеянное обязательно пришлось бы отплатить. Можно сказать, он легко отделался. Ни пожизненной каторги, ни смертной казни - лишь изгнание.
Изгнание. Заокеанье.
Наступил самый трудный период в жизни Гиви. Весь достаток, с которым он жил все эти годы, испарился во мгновение. Вынужденно странствуя то по тёмным, истощённым и заброшенным шахтам и пещерам, то по враждебным горным хребтам, гротдор терпел нападения дикого зверья и иных враждебных существ, что положительно сказалось на его боевых навыках. Спустя месяцы скитаний, он забрёл на восточную часть Загорья - к морю. А там, где есть море, есть и корабли, верно? Гротдору повстречался небольшой порт, а в порту - корабль, который снаряжался для дальнего плавания на новые, неизведанные земли. Всеми правдами и неправдами Гиви пытался добиться одобрения своей кандидатуры на роль члена экспедиции. В конце концов, а что же ему остаётся делать в родном Загорье, находясь в изгнании? А на корабле, между прочим, кормят, поят. Даже тёплая и сухая койка имеется! И вот, изрядно помочившись в уши капитану судна, Гиви был взят на борт. Начался долгий и тяжёлый путь на новые земли. Тяжёлым он был в особенности из-за того, что гротдору приходилось работать. За более чем сотню прожитых лет, он так и не полюбил физический труд. В условиях же морской экспедиции, работать Гиви был вынужден под страхом быть выкинутым за борт. Стал ли он после такого любить труд? Нет, только сильнее его возненавидел. Его упрямство, эгоизм и нежелание трудиться, в прочем, и привели его на Кеменлад. Поручения и новообретённые обязанности гротдор исполнял из рук вон плохо, и когда на горизонте замаячила земля Кеменлада, туда он был и высажен, дескать: "ты работу делаешь, но делаешь её плохо - крутись, как хочешь". Экспедиция ушла дальше, а Гиви был вынужден остаться...
2. OOC Ник: LETOV
3. Раса персонажа: Гротдор
4. Возраст: 130
5. Внешний вид: Являясь не самым высоким даже по гротдорским меркам, коренаст и крепок. Одежда плотная: стёганая или войлочная. На поясе ремень с внушительных размеров золочёной бляхой. Имеет пышную, засаленную бороду, заплетённую в косы и украшенную металлическими вставками. Нос опухший, красноватый.
6. Характер: Сварливый, обидчивый, завистливый, жадный. Презирает женщин (кроме гротдорок).
7. Таланты, сильные стороны: Высокий болевой порог, навыки владения молотом, топором. Вынослив и силён.
8. Слабости, проблемы, уязвимости: Упрям, скверный характер. Наблюдается недержание мочевого пузыря. Контужен на правое ухо - носит с собой медный слуховой рожок.
9. Привычки: Выполняет любую работу на "и так сойдёт", ленив. Гротдорская страсть к алкоголю. Пыхтит забористую дурь из своей курительной трубки. Очень заметный гротдорский акцент. По странной привычке любит добавлять в свою речь не менее странное междометие "ара".
10. Мечты, желания, цели: Без лишних усилий создать/найти наиболее приятные условия для жизни. Найти спирт.
Детство.
Где-то в Загорье, лет эдак 130 назад, в не столь большой, но отнюдь не бедствующей гротдорской общине, в семье отца-воина и матери-кузнеца родился он - Гиви. До 25 лет он жил без всяких бед, окружённый родительской заботой. Когда же он стал годен к работе по дому, начались беды... В глобальном плане, не произошло ничего страшного. Точнее - не произошло совершенно ничего: его попросту заставили работать. А Гиви, - важно подметить, - был очень, очень ленивым, разбалованным подростком. Такая черта, как всеобъемлющая лень, сохранилась с ним и по сей день. Здесь-то и начался разлад в гротдорской семье: к 40 годам, отношение Гиви к работе, ожидаемо, не изменилось. Порученную ему работу он делал из-под палки, "на отвали", а иногда и вовсе предпочитал про неё тактично забыть. А не работать в гротдорской общине, как водится, - дурной тон. И вот, отец Гиви выдвигает своему сыну ультиматум: либо нерадивый сын идёт по стопам матери, осваивая кузнечное дело, либо идёт по стопам отца, ступая на путь воина (громко сказано, на самом деле. Но, забегая вперёд, махаться колотушкой Гиви в какой-то мере понравилось.)
Тренировки.
Очевидно, Гиви выбрал следовать по пути своего отца. Стоять на посту, покуривая забористую гротдорскую шмаль, куда проще чем дни напролёт торчать в жаркой кузне, выковывая орудия труда, алебарды, секиры, и прочие колюще-режущие радости жизни. Но, правда оказалась несколько иной. И Гиви она поначалу совсем не нравилась. Кто бы мог подумать, но в гарнизон (особенно, если твой отец - солдат), без предварительной физической и боевой подготовки не берут. Очевидная правда, но до Гиви она дошла не сразу. И тут уж, хотелось то ему или нет, но юному (по гротдорским меркам, конечно же) вояке пришлось учиться боевому ремеслу. Учиться много, усердно, и через силу. Первым делом отец Гиви решил натаскать того физически: бег, таскание камней и брёвен, прочий тяжкий труд. Тренировки быстро утомляли гротдора, и в какой-то мере тот чувствовал себя обманутым. Ну а кто бы не обиделся? Обманным путём заставили работать! Но, спустя пару месяцев, результат был уже заметен невооружённым взглядом. И так, по прошествии всё тех же нескольких месяцев, отец вручил сыну увесистую булаву, ознаменовав этим самым второй этап его тренировок. Хаотично размахивая ею в воздухе, да колотя ею же по вертикально выставленным деревянным брусьям, Гиви оттачивал своё мастерство владения дробящим оружием. Первые его удары выглядели нелепо, непредсказуемо. В прочем, спустя немалое количество сеансов жестокого избиения безоружного бревна, которые сопровождались отцовскими поправками, нравоучениями и "Дурная ты, блядь, голова! Учись, пока я жив!", руки Гиви привыкли к весу орудия, а в его хмельной голове отложились некоторые познания техники боя. Шли дни, недели, месяца. Булава сменилась двуручным молотом, двуручный молот - секирой. Отработка ударов на бревне сменилась поединками с отцом и его товарищами из гарнизона - некоторых Гиви даже смог одолеть! Хотя, кажется, они поддавались. В какой-то момент, Гиви даже начало нравиться такое времяпрепровождение. И вот, настал тот день, когда отец отдал своего сына в гарнизон, где весь накопленный в тренировочных боях опыт можно было применить уже в боях настоящих.
Гарнизон.
Служба тянулась долго, но не безрезультатно: от более матёрых гротдоров-воинов Гиви получил бесценные теоретические знания о тактике, ведении боя, даже выучил десяток новых приёмов. "Боевое крещение" Гиви прошёл в тёмном подземом ущелье, куда его вместе с группой более опытных воинов отправили на разведку. На группу гротдоров напала свора потревоженных светом факелов пауков. Здоровых таких! Ростом с Гиви, не меньше. В ходе непродолжительного боя, юному воину выпала честь впервые сразиться в реальном бою и в полной мере продемонстрировать свои боевые навыки. За множество лет, проведённых в гарнизоне, в ходе небольших стычек с тёмными порождениями, обитающими в шахтах, Гиви обзавёлся парой-тройкой боевых шрамов, и бесчисленным множеством синяков, шишек и царапин. Со временем он привык к бойням и побоищам, а его навыки крепли. В порыве боя он не испытывал страха, дрался уверенно - можно сказать, насмерть. Гротдор возмужал, окреп, стал сильнее. Хотя и пивное пузо никуда не делось, ведь отлынивать Гиви по-прежнему любил, за что и возымел не совсем положительную репутацию среди его сослуживцев, прослыв лодырем и раздолбаем. Ни то чтобы Гиви это как-то задевало. В один из дней, когда Гиви доблестно нёс боевое дежурство на руднике, случился один пренеприятнейший инцидент. В силу того, что стоять на посту без дела было весьма скучно, Гиви пристрастился к курению. Ведь уныло стоять в обнимку с секирой - одно, а делать то же самое, но пыхтя, как печная труба, да с лыбой до ушей - совсем другое!
Переломный момент.
Стоит ли говорить, что курить, стоя на руднике, в окружении пороховых бочек - плохая идея? То-то и оно. Опять же, очевидная правда! Но до Гиви она дошла не сразу. Монотонные звуки шахтёрских работ, в купе с забористым куревом в трубке и полным отсутствием какой-либо тяжёлой работы, склонили Гиви в сон, и уже в следующее же мгновение, забитая и раскуренная трубка валится из его рта прямо на пол, отскакивая в сторону пороховых бочек. Опустим подробности этого, безусловно, плачевного случая проявления вопиющей халатности со стороны нашего гротдора, ведь важен лишь итог: десяток жертв! Жахнуло так, что снег с вершин гор посыпался!
Волею судьбы, Гиви посчастливилось выжить в тот день. И даже сохранить руки и ноги. И даже голову. Проявление невиданной удачи, слабоумия и отваги. Но радоваться ему оставалось недолго, ведь за содеянное обязательно пришлось бы отплатить. Можно сказать, он легко отделался. Ни пожизненной каторги, ни смертной казни - лишь изгнание.
Изгнание. Заокеанье.
Наступил самый трудный период в жизни Гиви. Весь достаток, с которым он жил все эти годы, испарился во мгновение. Вынужденно странствуя то по тёмным, истощённым и заброшенным шахтам и пещерам, то по враждебным горным хребтам, гротдор терпел нападения дикого зверья и иных враждебных существ, что положительно сказалось на его боевых навыках. Спустя месяцы скитаний, он забрёл на восточную часть Загорья - к морю. А там, где есть море, есть и корабли, верно? Гротдору повстречался небольшой порт, а в порту - корабль, который снаряжался для дальнего плавания на новые, неизведанные земли. Всеми правдами и неправдами Гиви пытался добиться одобрения своей кандидатуры на роль члена экспедиции. В конце концов, а что же ему остаётся делать в родном Загорье, находясь в изгнании? А на корабле, между прочим, кормят, поят. Даже тёплая и сухая койка имеется! И вот, изрядно помочившись в уши капитану судна, Гиви был взят на борт. Начался долгий и тяжёлый путь на новые земли. Тяжёлым он был в особенности из-за того, что гротдору приходилось работать. За более чем сотню прожитых лет, он так и не полюбил физический труд. В условиях же морской экспедиции, работать Гиви был вынужден под страхом быть выкинутым за борт. Стал ли он после такого любить труд? Нет, только сильнее его возненавидел. Его упрямство, эгоизм и нежелание трудиться, в прочем, и привели его на Кеменлад. Поручения и новообретённые обязанности гротдор исполнял из рук вон плохо, и когда на горизонте замаячила земля Кеменлада, туда он был и высажен, дескать: "ты работу делаешь, но делаешь её плохо - крутись, как хочешь". Экспедиция ушла дальше, а Гиви был вынужден остаться...
Последнее редактирование:
.