Вы используете устаревший браузер. Этот и другие сайты могут отображаться в нём некорректно. Вам необходимо обновить браузер или попробовать использовать другой.
⨋ Имена, прозвища и прочее: Ви'Солистер Сар-Джалан/Сол/ “Мерзость” / “Многоликий” ⨋ OOC Ник: mag_LAFF ⨋ Раса персонажа: Звересь | Лис ⨋ Возраст: 28 лет ⨋ Вера: Святовера ⨋ Внешний вид: Хитрый взор, харизматичная физиономия и всё это на лисьей морде окрасом черно-белым. Солристер довольно подтянутый мужчина имеющий обилие шерсти по всему телу. К сожалению не ясно, какое у него телосложение из-за пушистости, но, руки имеют более мелкий покров растительности, нежели грудь, живот, хвост и морда. Парою парень вечно в ссадинах. На морде и под глазом у него имеются шрамы, как и на одной из рук довольно размашистым радиусом. ⨋ Характер: Двуличный, Лицемерный, Вольный, Своенравный и склонный к лживости торговец. Делает всё, что ему хочется. Абсолютно любой закон им игнорируется или используется ему в плюс. Всё, что делает Сол - играет в собственную игру, для угоды развитию. Ему каждое существо, либо друг/либо враг/либо отличный инструмент! Тому легче солгать, нежели набраться своей гнилой смелости, чтобы выложить правду. ЕСЛИ это конечно не для достижения своей цели. Имеет художественный профессиональный взгляд на всё, что ему встречается. Мобильный и активный лис. За свою жизнь привык принимать рисковые решения, хоть это даже и радует приливом адреналина, сопровождая ненормальным смехом. Дипломатичный. ⨋ Таланты, сильные стороны: Красноречив и хорош в письме с языками, имеет необычный талант к языкам. Обаятелен и харизматичен. Может найти любой подход к хрупкой даме или свирепому мужику с буловой в руках, иль же умному барону с предложением. Догадливый и любопытный. Актёр имитатор. Смелый, настолько, что может учудить любую пакость с рисками, если то даст свои плоды. … К примеру назваться послом барона, чтобы заключить, как представитель несуществующей фракции с территорией договоры в которой его могли посадить в темницу. ⨋ Слабости, проблемы, уязвимости: Не любит одиночество. Без общества, нету забавы, разговоров, успеха, ресурсов и целей. Не умеет молчать - постоянно думает и говорит. Может быть даже зациклен на одной интересующей его теме долгое время, что отвлекает от дела. Прилипала. Часто давит на жалость, иногда ради шутки. Парой необучаем - очень нередко событие, что на “маленьких”, якобы незначительных ошибках по мнению Солистера - тот может их повторить, несмотря на повторные нотации или последствия. ⨋ Привычки: Хрустеть пальцами и конечностями (Шеей, Коленями, Спиной). Курит! При этом не страшится употреблять чего посильнее обычного табака или шалфея. Копает ногти от нервозности, кожицу под ногтями и жрать свои же пальцы, потом перематывая ранки. Считает себя довольно мерзкой закуской. ⨋ Мечты, желания, цели: Найти жену;
Укромное место для жизни и изучений; Искупление;
Сделать открытие; Добиться признания ⨋ Языки, которые знает персонаж: Письменно и Устно:
Хобсбургский;
Амани;
Хобсбург. Столь приятная обитель для каждого торгаша, не меньше, чем Мэр-Васс или же морские лавки Флоревенделя. Любой озорной мошенник, иль последняя гниль упавшая под звоном злата, была родом из этого места, забытым богом. Такого мнения был юный звересь Лис, который лежал в одних лишь клочках мешка из под картошки, которую тот стащил у прохожей телеги. Лил дождь. Была середина осени. Темнота. Луна взошла из уголков стен торгового района, а телеги всё ещё бились твёрдыми колёсами об каменистую кирпичами дорогу. Лавочки стали потихоньку доставать ночные товары. Нераспроданные товары в виде дешёвых снастей, вяленного мяса спрятали в ящики. Такое Ви'Солистер видел уже ни раз и ни два. Будучи маленьким, грязным отпрыском, он уже знал, как действует вся эта игра. "Утром соль, ночью сахар". И вправду... На фоне отбивающих под ритм копыта лошадей, стали проходить людские обличия с дорогой одёжкой из ткани, далеко отличающей от той, что носил на себе дитё. Парочки, группа друзей и прочего рода людей стали разглядывать товары из дорогостоящих минералов, ручного изделия и многого другого, вплоть до маленьких мастерских в конце улицы. Нужно было добыть еды и место для ночлега. По голове утром уже прилетело, за кражу свежевыпеченного хлеба и скрученного зелёного лука. До кражи мяса, мышц не хватало. Обычно на продажу выходили огромные туши, свисающие на крючках. Мелкими кусками нарезал сам мясник. "Будто бы на зло...". Пройдя несколько кварталов и переулков. Минув патрульных латников и лишнего внимания. Ели как ковыляя, лис добрался до мелкой конструкции, что смело можно было назвать будкой побольше. Хибарка, что располагалась за стенами города, чуть глубже еловых стволов. Под капающие ручейки, стекающих с листьев на голову с опущенными усами и ушами, грязно-шерстый лис вернулся в родной, полу разрушенный дом. Внутри никого не было. Никто не ждал, ни приготовил еды, ни ласкал и не окликал его имени. Еды оставалось всего ничего... Уже полу затвердевший хлеб, он заранее вытрусил. От туда пополз наружу таракан, который скрылся меж щелей древесных стен. Полакомившись хлебом не первой свежести, Сол уложился спать.
Уснуть было довольно легко! Шум капающего дождя, скрип свисающей крыши и дрожь по телу. За то, ... Тишина. Когда лил дождь, птицы молчали. Диких зверей можно было не ждать. А вот сон видеть под такую приятную фоновую симфонию, было не сказать, что приятно. Сквозь пелену плывущих в глазах картин под тёмным туманом в неясных оттенках и лицах, он слышит крики. Разрубленную дверь, мать отводящая ребёнка и отца, что упоминает некий долг. Вмиг, дом опутывает. Одежду жрут клопы, а родни уже нет. Все дни мелькают перед лицом, будто бы сплошная книжка, где каждый лист это план по выживанию. И даже столь маленький звересь знает, что и книги всегда кончаются на обложке с обратной стороны, а новые листы приклеить нельзя. Конец мог подойти нежданно и в самое неподходящее для того время. И вот... Очередной латник протягивает стальную руку, окутанную шипами и кровью пролитую из тел его родителей. Даже видя себя со стороны, он чувствует страх. Видя, как вострившие уши, поднятую шерсть и длинную мордашку перекрывает скрипучие скрежетом пальцы, сжимая те всё крепче и крепче, до характерного треска черепа с хлопком лопнувшей головой.
Ви'Солистар просыпается. Глаза открывает резко! Напуганные, в слезах. А лицо выглядит, как удивлённое, нежели напуганное. Сколько раз можно было видеть эту картину? Нужно было встать. Из крыши разил солнечный свет. Новый поход в неизвестность из чужого богатства и желаний человеческого мира, погубившие его жизнь на вечное одиночество. "Гордым будь. Не давай отрекшимся от Света в обиду существо твоё." - Звучал так догмат, что запомнил мальчишка от верующих в Световеру родителей. К слову, от них он и хобсбурский узнал в устном. Амани не успел, как и письму. Выйдя из дома и дойдя до города. Всё также обходя стороной патрульных, не ведая, что те отлично знали, кто он, кто погубил его родню из-за долга. Из латников даже находились смельчаки доброго имени и веры в святое, что приносили тому еды прямо к разрушенному дому. Придя в привычное место, а именно торговый переулок, Сол стал блуждать жалобной, хромой походкой. Ему не было стыдно. Нужно было играть роль полу живой скотины, коим его и желают видеть окружающие. Давить на жалость ожиревших богачей, дабы поделились хотя бы одной чеканкой. Актёрство продолжалось не долго. Удалось получить аж два флоринга! Можно было угостить себя чем-то приятно вредным, но... Этого не хватит на день. Малыш всё это отлично понимал. Можно было развернуться и уйти с той же фальшивой походкой к ларьку с выпечкой. Может даже удасться получить всё бесплатно! Только вот. Задумавшись о таком радостном повороте событий, малец врезался в пах разудетого карманника. Увидев два флоринга на руках "бездомного" мальчугана, случилась суматоха. На лице мерзкого человека появилась противная лыба, и тот скликнул:
[Карманник]: Ах ты блядская скотина! Отпрыск животного! ВЕРНИ МОИ ДЕНЬГИ!
... "Что?"
[Карманник]: Что ты несёшь? Ничего не понимаю! На амани говори и верни мне деньги! Невоспитанная шавка!
Не ясно было, чего желал грозный мужчина. На вид он был Дартадцем? Даже на раздумий не хватало времени. В живот ударили толстой подошвой сапога. Рот и глаза раскрылись от шока, выкашливая слюну. Две чеканки упали из лап, покатившись по тракту, которые подобрал карманник. Придя на крики, стража поверила карманнику. Тут он выглядел, как богатей, нежели нищий ребёнок. Блуждая глазами по торгующим товарами лицам. Ожидая, что хоть кто-то заступиться, ибо видел, как тому деньги дали честно. Застав лишь молчащие лица, что жалели мальца, но никак не помогающие возгласы. Слёзы на глазах накрыли горло комом. Не дожидаясь разбирательств, малец убежал. Скрылся за тонким углом двух домов, пройдя спокойно через узкий проход. Только тот побежал не в дом, а в укромный угол. Да, торговля велась много где, но парень укрылся в груде деревянных ящиков и мешков. Даже не зная, кому те принадлежат. Уже до невозможности терпя всё случившиеся и происходящее, он стал считать, что это как раз конец его собственной книжки.
Перед лицом мелькают лица родителей. Весенние поля цветов на заднем дворе. Ореховый дуб у входа, что сейчас весь помрачнел и облысел. ... Смех, горечь, первый подарок матери... И всю эту настальгию прирывает детский голосок, с протяжным "М" и "Р". Картавящая, одетая в милое, голубое плотице девица с овальной мордочкой, большими глазами и невинно розовым носиком. На вид совсем маленькая. Даже меньше самого Солистера. Она спросила: [Мирэя]: Ты-и плачешь? ... Эти недоумевающие глаза, в горку скривившие бровки. Девица даже не наклонялась. Она стояла на своих маленьких, босых лапках и глядела на лицо жалкого лиса, сидящего у стены, с глазами заплывшими ручьём на одном уровне, что и лицо сожалеющей девочки. Совершенно неведающей о происходящей ситуации девочки, которая не думая обняла грязного звереся, будучи одетой в дорогую ткань. Дурёха даже спросить причины не успела своим ломанным, неуклюжим владением хобсбкого языка, как сама начала плакать.
Глава II - Лис и караван Сар-Джалан
Прошло достаточное количество времени, чтобы можно было называться поистине взрослым представителем своей расы - Мужчиной. Малец уже выглядел не столь дурно и бедно, более не нуждался в скитании по базарам, дабы раздобыть себе кусок заплесневелого хлеба. Даже сейчас, лис с лёгкой улыбкой вспоминает момент, когда маленькая, добродушная кошечка в платье, своим плачем созвала своих родственников. В дорогом платье платье, хоть и детском, она была не просто так. Родилась в довольно успешном торговом караване семейства кошачьих Сар-Джалан. По доброте душевной или жалости, а может и всем сразу, они приняли решений взять с собой Солистера под опеку. Того не называли сыном, а он не называл чужих себе звересей роднёй, до некоторого времени. Для него те стали семьёй, но будто бы в окружении друзей разных возрастов. Милую девицу звали лаского и звучно, Мирэя. Видно, как её хорошо воспитали и внушили веру в доброту. А может это всё влияние Световеры.
О всевышний... Не уж то, вера моя окупится чудом твоим?
Ужиться в новом окружении было не просто, при этом когда настолько резко перестраивается весь твой круг лиц, которого хоть и ранее не было, но всё равно заставляет усомниться в подобном чуде. В любом случае, подобный коллектив пошёл маленькому на пользу. Дядя Ваур, старший из всех в караване и знаток семейного дела, тоже ворчал, считая мальца чужим и лишь обузой, пока сам не пожалел о сказанном и не привязался к мальцу, как к подкинутому животному. С Вауром у Сола сложилось довольно сомнительная, но близкая связь. Отцом его назвать было сложно из-за его переменчивого характера. Одно можно было сказать точно - Ваур был строг. Особенно по отношению к лису. Хоть у того и был племянник "Струна", но у того был талант далеко не в том, чтобы чесать языком торговый лепет. Понатаскав все эти годы Сола в хобсбком языке и амани, подтянув его письменные навыки, двоица раскрыла талант к языкам. Возможно это из-за юной головушки, что естественно будет усваивать полученную информацию лучше, нежели взрослая. С таким темпом, Солистеру исполнилось девятнадцать лет. Караван уже распалагался далеко не в Хобсбурге, а в Монзане, но с дня на день готовился к путешествию. Накопилось довольно таки много заказов из других городов и Государств. Вот настолько была широка продажа до этого неизвестного юноше каравана. Путь проходил через Монзан, Хакмарри, Флоревендель, Мэр-Васс и Кальдор.
Лис занимался уже привычной продажей. Довольно таки приятное место, этот ваш Монзан. Хоть и всё ещё молодое государство, но вполне удобное место для путешествия. Вероятно всего, что держать путь мы будем каждый раз через это государство. Немало было создано соглашений от каравана с торговыми гильдиями самого Монзана. Решение это было крайне разумным, ибо можно было останавливаться на ночлег, повторную торговлю и обеспеченный безопасный путь. Почему? Монзан находился очень удобно! На середине Флории, граничив с Хакмарри, Флоревенделем, Хобсбургом и Мэр-Вассом. С последнего Государства уже было бы легче попасть в Кальдор, а там уже путь обратно держать. Необычно удачное положение для каравана. Сразу видно, что Дядя Ваур, что занимался маршрутом, договорами и бумажной дипломатией - знал, что делает. Пока спокойно сиделось за прилавком постеленного шатра. Разбирая товары вместе с Дядюшкой Вауром и Авой (Старшей Сестрой Мирэи), вернулась и сама кошечка. Уже повзрослевшая киса была одета уже, как плут, нежели милая девица в платье. Она тяжело дышала, держа при себе звенящую сумку. Она поделилась тем, что выкрала баночки с краской. Поведала, что старика, который занимался уличным творчеством. Кистью рисовал пейзаж городка. Услышать о том, что дети каравана крали, ровно также, как и продавали - не было необычном. Всё таки, возможно, лишь предположив - начало этому дал Солистер, своим образом жизни. Ваур же не обращал на это внимание, пока это никак не вредит бизнесу. Удивительно... Но не вредило. Ещё никого не поймали. Ра'Мирэя рассказала, как её интересуют эти краски, как её манит что-то нарисовать. Может быть это просто детская привычка? Желание рисовать. Способ утешить себя от окружающего мира? Не важно. Главное, чтобы девице нравилось. Хотя, Ваур считал, что это бездельный товар. "Вот красочные ткани! Вот это уже что-то!" - говорил он, пиная Солистера локтем, будто выпрашивая поддержку. Лис лишь ухмыльнулся и продолжил следить за прилавком. Думалось, что Ава сама справится с сестрицей. У той самой были художественные наклонности и опыт, потому, дело их.
Интересно, но граничив с Хакмарри, Монзан имел государственным языком - диалект Хакмаррского, "Говарь". Столь глубоко узнать историю Монзана лису не удалось, да и мало интересовало. Истории, байки, сказания и легенды больше всего притягивали родственные души двух кошачьих. "Струну" (Старшего брата) и саму Мирэю. Две музыкальные души, в коих горят будущие таланты. Таланты... А какой был у Сола? Не ясно. Ваур всё пичкал и пичкал его этикетом, дипломатией и навыками по выживанию в суровом обществе. В один из таких учений, дядюшка готовился менять бирки с ценой на товары. Рынок уже был весь шумным фамилией торгового семейства. Конкурентов не было. В ту же секунду Солистер услышал чей-то голос издалека:
"Можно будет поставить палатку прямо напротив шатра Сар-Джалан. Они должны поднять цены. Место у них уже известное. Люди сами попрут, а нам всего лишь цены ниже рыночных поставить. Заработаем много, заберём у тех люд." Сразу поняв, что это не глюк, Солистер остановил Ваура, попросив, снизить цены, вместо подъёма. На вопрос, "зачем?" - Сол ответил весомым аргументом, что тот слышал якобы вчера. Так защитив продажу в Монзане до отъезда, караван выдвинулся в Хакмарри. Глава III - Караван / Новая семья Шёл уже второй десяток жизни Ви'Солистера. Хакмарри встретил караван весьма холодной стужей. Обязанности были поделены, стоило сделать шатёр прямо возле неизвестного Солистеру поселению и торговать уже там. Дипломатия в Хакммари приветствовалась не столь радужно, как в Монзане. Нужно было собрать хвороста для костра и будущего ужина. Потому, Солистера поставили на пару с одной кошкой Ра'Мирэей. Их задача была понаставить всякого рода ловушки и добыть еду. Пока оба шли на точку, Ра'Мирэя завела разговор. Весьма решительная девчонка, рассказала о себе, своей семье из каравана, где та оказывается и родилась, а не была также подобрана, подобно лису. Хотя, по ней было видно. Оттенок и раскрас шерсти был такой же, как у её родных. Сол выслушивал всё внимательно, хоть и по большей части отвечал сомнительно, вяло и кратко. Стеснялся? До точки так и дошли. Лес для Хакмарри был опасен не понаслышке. Раставляя первую ловушку и запутавшись в её конструкции и плану установки, Сол и опомниться не мог, как застал пропажу Мирэи из территории своего взора. ... Странно, и не очень приятная картина. Что касается дичи... Получилось поймать лишь зайца за уши, и принести только его. Коллектив в караване благо был не суровым! Даже больно добродушным. Девицы Мирэи не наблюдалось довольно-таки долгое время. Заметил это не только Солистер, но и родственники семейства "Ра". К слову, со старшим братцем "Струной" получилось познакомиться даже хорошо. Он был тощим и стеснительным, но весьма забавным в разговоре. Постоянные шутки, уверенность и социальный образ жизни. Без понятия, как зовут брата. Как только я попал в караван, его так уже и называли. После узналось, что прозвище у него такое не из воздуха взято. Парень хорошо играл на флейте. Мы были с ним почти ровесники. Старше был я, на пол года. Находить хворост уже сухим было сложно, но, увы... В общем и целом - дел было достаточно, чтобы не заскучать. Через несколько месяцев Мирэя объявилась. Я не так хорошо её знал, но показалась она мне страннее обычного. Не знаю почему, но она казалась мне воодушевлённой и нервной, хоть лицом не показывала этого. [Прорицание] Что более странно... Каждый раз, когда тот ощущал чужие эмоции, будто интуитивно - Он постоянно уставал. Щёки бледнели, руки вялые, концентрация в деле более затупленная. На следующие дни всё приходило на свой лад. Странно не только то, что он уставал. Трюк с интуитивным пониманием личности не всегда случается. Лишь когда тот сам этого хочет. Сол заметил интересную записку у мелкорослой девицы. Поинтересовавшись, что это, она ответит что-то на подобии задания, заказа или работёнки почтовым "вороном". Пусь так! Не особо было интересно Лису содержание письма. Главное, что деньги заплатили. ... Так он думал. Подходили последние часы, сборы вещей, и караван пустился в путь. Для Ви'Солистера это было даже в новинку. Видеть то, что за пределами его разрушенного дома, родного леса и в общем Хобсбурга! Другие государства, которые можно было повидать. Это его второй поход настолько далеко. Конечно, караван парою останавливался для торговли на других точках Хакмарри! Раз в две недели причиной подобных привалов была возможность искупаться в прудах или мелких речках, без сильного течения. До этого момента Мирэя стала приятным собеседником. Она в хвастливой манере говорила о своей особенности не видеть цвета. Она поделилась наборами своих красок и описывала, как они отличаются в её понимании. Это было... Жалко. Солу не представлялось, какого это жить не видя цветов. Мирэя и без того сильно привязалась к Лису, как и тот к Мирэе. Они даже шутили над друг другом, когда всей шайкой шли красть товары других торговцев. Сея забава была своего рода игрой. Перед отъездом ребятня даже курицу украла, поселив в одном из тележек. На вопросы, куда пропадал Мирэя, когда оба шли на охоту - она не отвечала даже родственникам. Отговаривалась по разному и даже нелепо. Первый раз она оправдалась "БЕЗУМНО КРАСИВЫЙ ВИД Я НАШЛА! ПРОСТО УХ-ТЫ ПУХТЫ!". На второй раз, она видать забыла о чём говорила, и отвечала "Так там это... Котёнка нашла! Подкармливала, игралась. Дала в добрые лапы!" - и всё в этом духе.
И вот наступил конец второй недели. Как удачно вышло! Но удалось увидеть два идентичных пруда подле друг-друга. Они были достаточно глубокие, чтобы за почвой не было видно друг-друга, и достаточно высок, чтобы можно было вылезти. Девицы отделились от мужской стороны и искупались. Место было живописным. Решили остаться на денёк. Сол всё ещё не привык к коллективу в караване, потому принял решение пойти последним ближе к темноте, когда никто не будет глазеть. Пока все купались и веселились. Сол приметил интересную карту на столе одной из телег. Развернув её, он увидел невообразимо точные чертежи! Точные, красивые и завораживающие. Он нашёл свой лес с домом, нашёл соседние поселения в Хакмарри по соседству. Даже нарисованные парные прудики, были обрисованы довольно креативно. Кривой овал с волнами и рыбкой. Делать в общем было нечего. Пока сияло солнце, он приложил имеющий пергамент бумаги поверх карты и решил попользоваться чужими инструментами. Копий таких карт было достаточное множество! Дядюшка Ваур постарался над этим из своего кошеля, думая, что окупит добро во Флоревенделе у северных районов, что ближе к границам Хакмарри. Конечно, первая попытка была ужасной. Парниша попытался нарисовать всё красками, но не заметил, как всё пролил. Так ещё и испортив сразу две бумаги. Нижний слой, состоящий из копии карты впитал в себя краску и столь же быстро высох. А на телеге намертво обосновалась черная лужа, а после пятно. Было неудобно... Рядом были угольные мешки, в которых топливного камня оставалось считаные кусочки. "Надо было пользоваться ими сразу...". Покусывая лапу, ему сразу пришло в голову мысль уйти и подставить курицу. Измажет её перья в краске, испачкает лапы и ими же оставит следы на столиках. Сам же смотря на свою шёрстку, быстро покинет телегу и скроется до темна.
Настало время искупаться в пруду. Пальцы в чернилах, а одежда замазюкана... Впрочем, было темно. Было слышно отдалённо слышные разговоры остальных звересей, их недовольство курицей и прочий нагнетающий лепет. Хитрый Солистер вздохнул с облегчением, пробираясь дрожью от сквозняка. И тут! Послышался тихий хруст веток... Зашелестели кусты подле Лиса, а одежда была далеко. Это не был привычный звук шелеста. Будто кто-то дергал за ветки листву! Доставая мысленные свечи, чуть ли не пролив это же масло на себя! Лисья лапа тянет источник света к стороне подозрительного звука. Из прорезей густой темноты, отблеск двух цветом одной пары глаз показался вору. Столь же неожиданно, как и жалобный, расширенными зрачками умилённый, виноватый взгляд.
"Мирэя? ... ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?!" - Сразу от не привычки прикрывая подноготную, лис смотрел на скрывавшие за кустами очи. Шум листвы и быстрым бегом уходящие шаги. ... На сколько долго она там была? Сар-Джалан закончил с купанием и одевшись, пошёл к остальным. Все спали. Обладательница столь знакомых глаз укуталась в накидке и смотрела в угол стенки, видимо, уже уснув.
На следующий день, Мирэя сама пришла к Солу, чем сильно его напугав. Речь зашла за испорченную карту и пролитую краску. Солистер, пытался скрыть свою вину, но не получилось. Она пальцем указала на испачканную одежду, лапы и отметила факт, что куры не могут открывать склянки. И колба была довольно мелкой и плотной из-за наполненной краски, чтобы разбиться упав со стола. Тут Солистер раскрыл глаза и не мог поверить. Его глупую отмазку раскрыли и размазали по полу, будто ту самую краску по карте. Оставалось лишь опустить голову, увести взгляд и извиниться. Мирэя не отставала. Она всё мусолила свою обиду на счёт склянок с краской, ради которой она рисковала. Стойло лишь упомянуть ночь, когда в кустах поблестели два девичьих ока, звересь отстал. Караван продолжил путь.
Глава IV - Флоревендель (Рассказ от Лица персонажа) Прошло несколько месяцев. Я всё ещё блуждал с испачканной одеждой. О моём проступке знали все, но ругать никто не собирался. У каравана было многое украденным или купленным. Место даже не хватало, потому было принято решение продать старую телегу и купить получше - новую. Продажи шли в гору! Это не могло не радовать. Караван решил задержаться во Флоревенделе из-за большого спроса имеющих товаров. Много самолюбивых там было, меркантильных и до ужаса мерзких людей с большим статусом и титулами. Таких, увы, пришлось обслуживать с осторожностью в словах. Благо каждый из подобных был крайне падок на ювелирные изделия нашего каравана. Да и место мы выбрали крайне удачное - в торговом переулке. Было людно. Не было дня без работы. Но и с большой работой тоже приходит усталость. Мне тоже довелось попробовать себя в роли продавца, и в первый раз я чуть не завязал драку с расистом работорговцем. Радовало, что более этого покупателя караван не видел. Сам же Флоревендель казался весьма богатым историей и климатом даже в весенние будни. Было уже сухо и тепло. Сырости почти не было, а подслушивать за байками в трактирах стало интереснее. [Обострённые чувства] Нечто новое и вправду шло по вкусу Солистера. Ранее, он слышал о всякой глупости на манере "Моё пугало двигалось вчера.", а теперь разборки в семьях, планы других людей. Из местных моряков было слышно о Пределе, куда стали сплывать большое количество странных на вид личностей, простых авантюристов и впрочем многих представителей рас. Хвасталась группа о большом доходе, но долгом пути, будто выстраивая некоторый план по большому заработку. Что такое предел я не знал, но узнал название портового города "Хандельспорт". Якобы работодатели моряков арендуют их за солидные суммы, чтобы вести поставку припасов на портовый город. Даже некоторые, хоть и не большого чина, но дворяне давят на обычных работяг, будто на пределе есть что-то или кто-то, кому те должны привести важные товары. Возможно, родственники, либо союзники больших домов. Очень приятно, что тема всегда меняется. Заведений много, люди разные. Солистеру не терпелось выдвинуться в путь дальше с караваном, но возможности таковой не было. Ещё не окупились продажи и приобретённые товары в городе. И с тележкой объявились проблемы. Солистер покидал таверну, предварительно в те моменты, когда можно было незаметно использовать ловкость рук и уйти бесшумно с бутылкой дорогой выпивки. После Флоревенделя, выпивка и правду пошла по вкусу Лиса. За время пребывания, Лис пытался узнать язык в устной форме вместе с Мирэей, попутно поправляя ей в знаниях Хакмаррского и диалекте Говарь. Получалось у неё не плохо, но... На самом деле ужасно. Она отлично запомнила базовые слова, но никак не запоминала остальное. Видимо для рождённого из Хобсбурга, язык родины лисьей морды, был крайне твёрд и груб. Флорский язык запомнился довольно легким на слух. Не понятно почему, но казалось, что к языкам у Солистера был какой-то талант. К письму он так и не приступал. Ему хватало знать местные законы и валюту. Остальным занимался Дядя Ваур. Ранее и писать Солистер и не мог, даже на родном и Амани. Потому, Ваур помог ему с этим вместе со "Струной". Старший брат семейства Ра был конечно далёк от Хакмаррского, а у Дядюшки же виднелся опыт жизни.
Что до остальных? "Струна" постоянно пропадал в трактирах, чтобы попрактиковаться на публике. Дядя Ваур вёл договоры с торговыми гильдиями на разрешение вести торговлю уже документировано и имея на то право. Во Флоревенделе с этим было всё жестоко. Парою ловят нелегальных торгашей, продающие опасные вещества без регистрации. У нас они, к слову, тоже были... Потому и нужно было снова проводить всю документальную процедуру. Помимо этого, Семейка Сар-Джалан встретила своих дальних родственников, а в их число я влился недавно. Пришлось знакомиться с семейством кошачьих из какого-то Арвароха. Некой страны или места... В пустошах вечных песок и жары. Звучало странно... Может такие и вправду есть? Сестрица Ава была со мной. Мы вели торговлю поочерёдно. В эту очередь ранее входила и "надоеда" Мирэя, но она стала всё чаще пропадать. Ава подсказала, что её сестра падкая на новые виды и прогулку. "Оно и видно... Кошка.". Один такой раз, когда Художница снова решила прогуляться, меня подменил "Струна". По его словам, он уже устал каждый день играть на флейте для постоялого двора и обычных рабочих, мол те просят сыграть то, чего сам он не знает.
Делать было не чего... Казалось, мне бы хотелось отдохнуть от закорючиных слов, умного тона и договоров. Перед тем, как пойти через город, название которого я не знал, и не спрашивал, к выходу. Мирэя меня приятно удивила. На замену моим тряпкам, что я называл одеждой, она дала мне новую. Пальто, охотничьи ботинки со штанами и заумный жилет. На вопрос откуда у неё на вид столь дорогая одежда, она упомянула своего родственника. Какого из, без понятия. Я посчитал, что она просто украла эту одежду, либо купила. Как оказалось, город являлся столицей, Эирини. Идя молча по пустому тракту, выйдя за пределы города, Мирэя заполняла эту тишину разговором. Спрашивала, сколько мне лет, что делал, до попадания на караван, какая любимая еда и прочее. Ну, а я просто отвечал. ... Про каннибализм я умолчал. На тот момент я был достаточно образованный, чтобы понимать, что в обществе приветствуется, а за что могут и убить. "Жил не припеваючи, но не жаловался. Крал ещё до того, как попал в вашу едино мыслящую семейку. В остальном даже и ответить ничего не могу."
Наконец, сквозь тонну вопросов о знакомстве, мы дошли до найденного Мирэей местом. Ромашковое поле со склоном, откуда открывается по истине волнующий вид... Дикие деревни, горы в дали казались мелкими. Да и сами мы поднялись весьма высоко. Юная Звересь достала свои краски из сумки, которую мне так и не доверила понести. Единственное, что мне доверили, так это холст. Не сказал бы, что он был большим. Скорее с туловище самой художницы, а у неё она была относительно среднего размера от того, что можно было назвать большим. Установив холст, усевшись сзади на почву и дергая от скуки травинку, я глядел на затылок девицы. Не было видно её лица, но в острившие уши и торчком стоявший хвост, дал мне ясно понять, что она чувствует. Стойло мне лишь об этом подумать, как я сразу услышал её бурные эмоции. "На столько она помешена на искусстве?" - последнее, что я смог подумать до того, как отключился в сон, вдыхая свежий воздух, питая лучи весеннего солнца и ощущая прохладу всё уходящей зимушки зимы. Будто сам леший, лениться встать с постели и выходить на работу. Это мне и приснилось...
Видя весьма короткий сон, в конце которого Леший стал трясти меня и женским голосом прося очнуться, я с ужасом открыл глаза! Но не дёрнулся. Боялся ударить "Василису" своей длинной мордой. Перейдя на сидящее положение и опираясь на свои ладони сзади. Приснится же такое... В Хакмарри байки дали о себе знать. Зевнув проморгавшись, и заметив, как солнце уже перешло на вторую половину неба - Мирэя ещё раз меня окликнула:
[Ви'Солистер]: Да чего?! Тут я, тут.
[Ра'Мирэя]: ГЛЯДИ!
Воодушевлённые глазки с широким зрачком тут же прикрылись холстом с уже затвердевшей краской, которым маленькое чудо тыкала мой нос. Я просидел так 3 долгие секунды, пока не осознал, что надо самому приложить силу, не то девица попросту задавит своим чудачеством и напором. Взяв в руки холст, я глянул на до этого краем глаза замеченный подбор палитры цветов. Поле было красное, будто уже не ромашковое поле простиралось по склону, а маковое. Свыше небо, сероватого оттенка. Прокрутив в голове ранее упомянутую особенность в виденье мира Мирэи, я поддержал картину. Но, ... Я не говорил ничего банального. Глядя на картину, я неосознанно стал подходить с философской точки зрения. Отметил, что выглядит этот пейзаж с таким подбором палитры даже КОЛДОВСКИМ! Жутким и наматывающий разные мысли, чтобы задуматься о смысле многого вокруг. Подобный комментарий заставил девушку замолчать. Она заплакала, убрала из моих рук картину и положила обратно, утирая рукавами свою глаза. Сжав челюсть и раззявив глаза, я подумал, что обидел девушку в её начинаниях! Было не ловко... Окликнув девицу "Ра", протянув руку, чтобы взять её за плечо, она обняла меня. Призналась, что это был первая оценка от "некогда" чужого. Видимо, я воодушевил девушку до слёз, хоть и не собирался. Столь сентиментальной она была. Скорее всего всему виной её тяга к искусству и создание своих произведений из всех сил.
Придя обратно к каравану, дева похвасталась своим творчеством Аве, что тоже увлекалась искусством и стала обучать свою загоревшую желанием младшую сестрёнку "Ваську". В следующие разы, Мирэя звала меня с собой, но, я не всегда отвечал взаимностью. Пока она рисовала, я, как старший должен был вести торговлю и прогуливаться по столице и другим городам, куда можно было поставить караван в следующий раз. Всё же, хоть мы и оставались во Флоревенделе на долгое время, оставаться на одном месте семейка не привыкла. Надо было выполнять торговлю ещё и в других районах, где до этого о них слышали люди. Шёл я не один. Я был в компании с "Струной". За время Прогулки я нашёл одного мастера по вырезке. Труд его назывался "Плотничеством". И этот же "Плотник" занимался "Скульптурами". Все красивые перегородки их камня, статуи, фонтаны и прочее на районе было его рук делаю. Оставалось довольно много времени до того, как караван собирался переезжать в Мэр-Васс. За этот период я успел поработать на этого мужчину и обзавестись ещё одни талантом. Я сделал скульптуру монахини, пару живописных дверных арок и вырезал рамку для картины. Учение давалось мне не легко, тут буду честен. Учитель был строг и постоянно давил на меня, если я не посещал его хоть одну половину дня. Плоды это точно дало. И вот. Перед уходом я сознаюсь, ... Я хотел выкрасть у него инструменты. Был замечен. Мастер был человеком. Так ещё и родом с того же края, что и я. Инструменты он отдал мне сам. Сказал, что ему жаль, что меня продала родня. Откуда он знал? Без понятия... Струна странно глядел на меня и отворачивал взгляд. Думаю, было ясно, кто надавил на жалость старика. Потом я хитрой мордой отомстил Струне тем, что выкрал за счёт его имени окулеле. Это получилось довольно легко. Используя неизвестный мне талант и обаятельный подход к торговле и деловому общению, я обманул симпатичную девицу за прилавком и выкрал дешёвый музыкальный инструмент. Мирэя узнав об этом пинала меня задними лапами, будто не довольствуясь произошедшим. Из-за чего конкретно я так и не понял, а пообщавшись в Авой, она лишь осуждающе помотала головой и оставила меня. Начинался поход в Мэр-Васс. Многие приобрели для себя что-то своё, а Васька была с новым другом. Разговорчивый, и по-моему взгляду через чур осознанно говорящий ворон. Я не верил, что птицы могут быть столь умными созданиями. А сам Ворон будто знал об этом и познакомился со мной лишь через неделю.
Во Флоревенделе всё пришлось даже сесть на некоторое время в тюрьму. Группа людей, избила Лиса за его расу и животную морду. Те не были похожи на Флоров. Может Дартадци? Нанеся увечья и сдав Бледного-шкурого за кражу. Солистера сковали и бросили в сырую темницу, приговорив к суду. В темницах не было столь же доброжелательных лиц. Наоборот! Также поддерживающие идею искоренения звересей. Солистера уверено доводили до кулаков, называя бесхозной животиной и рабом, чьи родственники были бы благими рабами в хибарах гнилых заключённых. И у них это получилось. Солистер был физически развитым мужчиной в рассвете молодости. Целей было троя. Когтистой лапой и скалившей мордой глядя на тощего торчка, взяв его за голову и вдарив виском об решётку. Следом ощутив за своей спиной приближения парочки, стянул с себя пальто и обвязал в захват шеи второго ублюдка, завязав тугой узел у шеи и оставив задыхаться. Третьего же, чтобы успеть завязать узелок, ударил сапогом в грудь. Рыча и вострив усы, уши засекли скрип двери. Стража вошла и отпустила Лиса. Дядя Ваур внёс свой денежный вклад в его освобождение. Бедолаг отчитали, пальто вернули. ... Не было ясно, почему к звересям такое гнилое отношение. Вот, если бы были силы сделать из себе подобных существ, о которых говорят эти свиньи... В диких животных, ... Вот только не тех, что считаются жалкими, а показать своё превосходство. Было бы славно поглядеть на мразей, считавшие обратно.
Глава V | Мэр-Васс и Девочка со скрипкой. Что можно было рассказать о Мэр-Вассе уж точно, так это то, что сыростью там пахло намного сильнее, нежели в портовых городах Флоревенделя. На каждом шагу были мне неведомая раса, которых в Хакмарри называли Манфератт. То есть Морфиты мигранты. Однако, если в Хакмарри под тяготой менталитета и принятых людьми устоями их гордость и самолюбие смыло потоком полукровок, то в Мэр-Вассе правила были уже дале-е-еко-о другими. Сол не спешил открываться всем, что он из Хакмарри. Боялся, что тут Хакмаррцев не любят также, как Хакмаррцы длинноухих отродий. Радовало, что Мэр-Васс приятно удивил добродушием к каравану звересей. Особенно Мирэя. Хоть её и заставили перебирать товары, поправлять поводья и вести другие дела по плану каждого прибытия на новое место. Ваську тут заманила музыка, которую Солистер не раз слышал в дорогих районах Флоревенделя. Василиса много общалась с вороном и с Лисом. Ворон всячески выручал её найденной монеткой или лежащей листовкой, будто правда зная наперёд, чтобы пригодилось в ситуации. "Многоликому" же не нравилось странное поведение обычной тёмной птицы, потому он стал следовать за Мирэей чаще. Ничего особенного в заведениях выпить не было... Морфиты говорили на своём неясном языке, а Лис лишь по интонации и таланту понимал, что они чувствуют. Ничего нового. Солистер крал выпивку - выпивал её, либо продавал в два раза за себе стоимость. Единственное. Ви'Солистер стал употреблять травы. Ту же скуму, что шла на продажу, он выкуривал в тайне за пределами каравана.
Всё повторялось по кругу. Мирэя пропадала, она рисовала со Лисьей мордой на пару. Сам Сол хвастался своими новыми инструментами, которыми ещё и не пользовался. Вскоре ворон сам привык к Черномазому вору. Будто доверял. Девице самой приглянулся музыкальный инструмент - Скрипка. Так её называли. Она не знала, где ей набраться навыков и Сол подбил её на решительное действие познакомиться с уличными музыкантами, которых он видел подле таверны. Не знал, понимали ли они Амани, потому проверив и ... Да. Они мало того, что знали Амани - девицу взяли в ученики. Васька через долгое время научилась играть. Лис был с семейкой на каждом её выступлении и был горд за то, что девица научилась так искусно играть на столь сложном в моём понимании инструменте.
Так летели дни... Одним вечером, она пришла с чужой скрипкой. Задать вопроса не успев, как тут же ощутил Лис прильнувшие к себе губы. ... Слов не было. Девица с улыбкой глядела на мужчину, покраснела и всё оставшееся время в Мэр-Вассе, эту тему Сол не поднимал. Ему сразу стало понятно, почему Мирэя так сильно злилась, когда заигрывал Лис с девицей за прилавком музыкальных изделий. Стало ясно осуждающие взгляды Авы и Струны. Ви'Солистер Сар-Джалан тогда хотел понять, что чувствует юная Василиса. Увидев бурю чувств, до этого не ведомых. Он упал, погрузившись в сон.
Глава VI | Кальдор и поиски. (Рассказ от Лица персонажа)
Кальдор... Столь надоедливый запах сырости пропал, но наступила следующая проблема. Собрав пожитки, закончив с изготовлением новых товаров за считанные дни, караван пошёл в путь. Однако не тут то было! Кальдор преставился весьма опасным и суровым местом на земле. Скалы, горы, разрухи, следы от пожаров, но большие леса. Караван остановился на столице Динасддрайга. Что сказать о менталитете? Да ничего адекватного! Драконов столько, и так много, что до ужаса завораживает и пугает. Я боялся драконов, потому и скрывался в новой телеге. Эти настолько огромные и страшные существа, но в то же время столь обыденно используемые для ремесла и передвижения. Удивительно и прямо ясно, почему Кальдор всё ещё считается непобедимым, как скала. Всё шло по такому же плану, как и ранее. Торговля, договоры, блуждание по городам и очень странное поведение Мирэи. Хоть я и до этого считал её не совсем здоровой умом. В последнее время он даже стеснялся её присутствия, вспоминая о тех чувствах, что ощутил от Мурки. Всему виной было письмо, что она постоянно держала в дрожащих прямо с начала выезда в Кальдор. Что-то точно ждало девицу внутри стен драконьих угодий. Теперь Мирэя сама стала просить меня не ходить за ней, когда у неё появляется желание порисовать. Я не придал этому никакого внимания, но в один из дней я всё же проследил за девицей, питая волнения к её поведению. Она остановилась у склона крутой, гладкой горы, уложив холст перед собой и усевшись в медитации. Выглядело это запредельно пугающе. Неужели в головушке девицы и вправду не все дома? Как тут. Перед моим лицом краски сами стали ложиться на холст, будто ... Почему будто? БУКВАЛЬНО ЛЕТАЯ перед мордой Кошки! Я тут же скрылся, заслышав взмахи устрашающего существо в небе и истошный крик. В голову пришла остерегающая мысль, что Василиса заметит меня, потому я вернулся в караван. На следующие дни, Мирэи не было. Никто из каравана так и не видел её в течении двух лет, которые мы тратили на попытки разыскать её. Отчаявшись и уже не зная, как подбадривать семейку пропавшей девицы, она вернулась сама. С тем самым вороном, которого тоже не было видно. Не пересчитать того, сколько разных сортов запрещённых средств я вдохнул, чтобы успокоиться. Мирэя ничего не говорила, и это злило. Она просто показалась, сказала, что всё в полном порядке и мы двинулись в путь. В Предел. ... Продел. Тогда я понял, что уже слышал о этом месте во Флоревенделе, подслушивая разговор мореплавателей. Караван держал путь через моря. Благо Сар-Джалан пользовался популярностью у многих торговых моряков. Дядя Ваур пользовался связями, как искусный тактик, потому и я начал брать с него пример. ... Так и сошёл я с Мирэей на путь неизвестного места.
