--- Кратко ---
Имя: Радослава
Возраст: 25 лет
Раса: Человек
Ник: Radoslava
Имя: Радослава
Возраст: 25 лет
Раса: Человек
Ник: Radoslava
--- Внешность ---
"Девушка была рождена для боя и силы..." Так бы сказал почти каждый впечатлительный, глядя на ее габариты. Не смотря на более завышенный чем у женских показателей рост (198 см) и на накаченную проекцию тела, взгляд Рады не такой уж тяжелый. Она не бледная, не худая, а весьма средней по жировой части ипостаси, что дает делает ее не такой уж и мужественной, если не смотреть на длинные руки и стопы. Черты лица спокойные, но красивой особо не назовешь. Рыжие длинные волосы, черные маленькие зенки - все весьма обычно, как и раны на теле от тяжести работ и практики. Одета как обычная хакмаррская крестьянка. Лишь любит необычные украшения, которые и носит.
"Девушка была рождена для боя и силы..." Так бы сказал почти каждый впечатлительный, глядя на ее габариты. Не смотря на более завышенный чем у женских показателей рост (198 см) и на накаченную проекцию тела, взгляд Рады не такой уж тяжелый. Она не бледная, не худая, а весьма средней по жировой части ипостаси, что дает делает ее не такой уж и мужественной, если не смотреть на длинные руки и стопы. Черты лица спокойные, но красивой особо не назовешь. Рыжие длинные волосы, черные маленькие зенки - все весьма обычно, как и раны на теле от тяжести работ и практики. Одета как обычная хакмаррская крестьянка. Лишь любит необычные украшения, которые и носит.
--- Характер ---
Девушка... нет, женщина. Ее взгляд бывает тяжелым для запугивания, усталости, как и медленно накапливающейся ярости. Однако гнев - не частый гость, потому лико мягкое, непредвзятое, но яркое. Она часто изменчива к спокойствию, как и к радости, искренности, непоколебимой решимости, отчего упорство встречается более чем обосновано. Раду еще прозвали как Радка Твердолоба, что показывает ее отношение к битве как к нечто серьезному. Не зря же говорят, что женские драки более жестокие, чем простая военная тренировка. Другая сторона медали - чувство неполноценности. С трудом понимание кем действительно хочется быть... как и дилемма с решением: стремиться к истинному семейному счастью или примкнуть к крови и верному копью. Хоть ее и трудно вывести из себя, но при этом и достучаться с целью узнать объяснение точки зрения, аргументацию собственного мнения являются заданиями со звездочком. Радослава никогда не разбиралась с человеческой ипостасью как философии и рассуждения своих внутренних конфликтов. Проще говоря, терпила.
Девушка... нет, женщина. Ее взгляд бывает тяжелым для запугивания, усталости, как и медленно накапливающейся ярости. Однако гнев - не частый гость, потому лико мягкое, непредвзятое, но яркое. Она часто изменчива к спокойствию, как и к радости, искренности, непоколебимой решимости, отчего упорство встречается более чем обосновано. Раду еще прозвали как Радка Твердолоба, что показывает ее отношение к битве как к нечто серьезному. Не зря же говорят, что женские драки более жестокие, чем простая военная тренировка. Другая сторона медали - чувство неполноценности. С трудом понимание кем действительно хочется быть... как и дилемма с решением: стремиться к истинному семейному счастью или примкнуть к крови и верному копью. Хоть ее и трудно вывести из себя, но при этом и достучаться с целью узнать объяснение точки зрения, аргументацию собственного мнения являются заданиями со звездочком. Радослава никогда не разбиралась с человеческой ипостасью как философии и рассуждения своих внутренних конфликтов. Проще говоря, терпила.
Языки: Хакмаррский, Говарь, амани (50/50)
Грамотность: -
Религия: Культ Леса
Грамотность: -
Религия: Культ Леса
--- Навыки ---
- Владение луком, кинжалом и палицей.
- Навыки готовки мясных и овощных блюд, разделка мяса.
- Опыт в защите поселения.
- Навыки выживания и охоты на небольших зверей.
- Грузоподъемность до 100кг
- Фермерство
- Рыбалка
- Владение луком, кинжалом и палицей.
- Навыки готовки мясных и овощных блюд, разделка мяса.
- Опыт в защите поселения.
- Навыки выживания и охоты на небольших зверей.
- Грузоподъемность до 100кг
- Фермерство
- Рыбалка
--- Слабости ---
- Проблемы со зрением
- Риск заболеть гораздо выше
- Не может бегать из-за травмы ноги
- Сложность изучения других языков
- Проблема с употреблением курицы и продуктов из нее
- Непереносимость жарких климатов
- Проблемы со зрением
- Риск заболеть гораздо выше
- Не может бегать из-за травмы ноги
- Сложность изучения других языков
- Проблема с употреблением курицы и продуктов из нее
- Непереносимость жарких климатов
--- Страхи ---
- Разочарование
- Обнимашки с незнакомцами
- Сок Райи
- Темнота
- Оказаться связанной
- Разочарование
- Обнимашки с незнакомцами
- Сок Райи
- Темнота
- Оказаться связанной
--- Привычки ---
- Рассматривать маленьких существ
- Встряхивать носки ног после напряжения
- Во время ожидания постукивать пальцами по бедру
- Рассматривать маленьких существ
- Встряхивать носки ног после напряжения
- Во время ожидания постукивать пальцами по бедру
--- Цель ---
Деньги, начать новую деятельность.
Деньги, начать новую деятельность.
--- История ---
В южных землях Хакмарри всегда царила не лучшая обстановка. То соседи поднимут руку, то лживые улыбки, вонзаясь в спину клинком. В небольшом клочке земли правил старый воевода. Почти у границ с Друнгаром и Монзан как раз у реки Старакъяр находилась большая деревня, что не в первой встречала улыбки Восточного монзанского воеводства, как и кочевых люфтерати да аскалов с целью забрать себе под охапку. Как раз со взглядом на великие горы почти одновременно родились два дитя. Небольшая хижинка с курицами, утками и баранами, небольшим огородом да яблоней, пережившей зимний налив. И как раз под цветением белых цветов родились двойняшки, хоть и не сиамские близнецы. Братец, родившийся на пару часов раньше, уже был радостью рыжего керпудха. Крики матери из дома продолжали раздаваться и по соседним улочкам, вскоре рождая и причину будущих недугов родительницы. Девочка, что была в разы крупнее первенца. Было ли пеклом для роженицы? Более месяца она не могла встать с постели. Младенцы столько просили первичного, что пришлось подзывать к себе соседскую кормилицу. Дочь назвали Радославой, брата - Станиславом.
Девочка росла весьма крепкой и было заметно, как и тело росло быстро. Та не могла сразу отвыкнуть от молока. Такие отличия между ними для многих являлось странным, дивным, словно проклятие. И когда лекарь не раз осматривал не только мать, но и дочь, лишь пожимал плечами, ибо ребенок выглядел здоровым. Рада оставалась под надзором постоянно. За время становилась частым гостем к местному лекарю. Более устрашающим визитом оказалось после первой пробы курятины - сыпь по телу, тошнота, диарея.. И ведь не это было самым страшным, а средством от такой недуги - сок Райи. Стоит ли говорить, что на маленького ребенка это стало ее первой душевной травмой? Ближе к пяти годам детишки стали общительнее с окружением. Если же Станислав легко находил общий язык со сверстникам, то сестра становилась больше поводом для простых шуток, иногда переходящие в наигранный страх. Радовало лишь одно - мальчик от нее не отворачивался, а наоборот даже немного ей завидовал. Если его рост в пять лет едва достиг метра и десяти, то девочка уже находилась на двадцать восьмом значении. Именно тогда в это осознанное время семья для детей впервой встретилась с набегами от соседних земель. Отец ухватился за свое фамильный топор, а мать с малышами остались в подвале, ожидая с надеждой на возвращение главного кормильца. Звуки сражений, лязги оружий, инструментов, также крики вызывали с каждым его проявлением "гусиную" кожу. И лишь когда дверь открылась и проявилось грязное окровавленное лицо отца, в доме стало спокойнее. Потушили в местах пламя, стали строить заново крышу. Когда же брат возгорал желанием также защищать свою родину, девочка наоборот встретилась со страхом женщины и просьбой благополучно забыть о подобных желаниях.
В южных землях Хакмарри всегда царила не лучшая обстановка. То соседи поднимут руку, то лживые улыбки, вонзаясь в спину клинком. В небольшом клочке земли правил старый воевода. Почти у границ с Друнгаром и Монзан как раз у реки Старакъяр находилась большая деревня, что не в первой встречала улыбки Восточного монзанского воеводства, как и кочевых люфтерати да аскалов с целью забрать себе под охапку. Как раз со взглядом на великие горы почти одновременно родились два дитя. Небольшая хижинка с курицами, утками и баранами, небольшим огородом да яблоней, пережившей зимний налив. И как раз под цветением белых цветов родились двойняшки, хоть и не сиамские близнецы. Братец, родившийся на пару часов раньше, уже был радостью рыжего керпудха. Крики матери из дома продолжали раздаваться и по соседним улочкам, вскоре рождая и причину будущих недугов родительницы. Девочка, что была в разы крупнее первенца. Было ли пеклом для роженицы? Более месяца она не могла встать с постели. Младенцы столько просили первичного, что пришлось подзывать к себе соседскую кормилицу. Дочь назвали Радославой, брата - Станиславом.Девочка росла весьма крепкой и было заметно, как и тело росло быстро. Та не могла сразу отвыкнуть от молока. Такие отличия между ними для многих являлось странным, дивным, словно проклятие. И когда лекарь не раз осматривал не только мать, но и дочь, лишь пожимал плечами, ибо ребенок выглядел здоровым. Рада оставалась под надзором постоянно. За время становилась частым гостем к местному лекарю. Более устрашающим визитом оказалось после первой пробы курятины - сыпь по телу, тошнота, диарея.. И ведь не это было самым страшным, а средством от такой недуги - сок Райи. Стоит ли говорить, что на маленького ребенка это стало ее первой душевной травмой? Ближе к пяти годам детишки стали общительнее с окружением. Если же Станислав легко находил общий язык со сверстникам, то сестра становилась больше поводом для простых шуток, иногда переходящие в наигранный страх. Радовало лишь одно - мальчик от нее не отворачивался, а наоборот даже немного ей завидовал. Если его рост в пять лет едва достиг метра и десяти, то девочка уже находилась на двадцать восьмом значении. Именно тогда в это осознанное время семья для детей впервой встретилась с набегами от соседних земель. Отец ухватился за свое фамильный топор, а мать с малышами остались в подвале, ожидая с надеждой на возвращение главного кормильца. Звуки сражений, лязги оружий, инструментов, также крики вызывали с каждым его проявлением "гусиную" кожу. И лишь когда дверь открылась и проявилось грязное окровавленное лицо отца, в доме стало спокойнее. Потушили в местах пламя, стали строить заново крышу. Когда же брат возгорал желанием также защищать свою родину, девочка наоборот встретилась со страхом женщины и просьбой благополучно забыть о подобных желаниях.
С первым зовом петухов Радослава не раз наблюдала за тренировками отца и мальчишки. Ни зависти, ни радости, лишь поскорее начать работу и притом обучение готовить из мяса более питательные сытные блюда. До родов матушка как раз трудилась кухаркой в корчме, вскоре начала брать девчушку с собой. Первыми блюдами для Рады как испытанием, оказалась обычная похлебка. Сколько туда муки, мяса, картошки?.. Дни практики, девочка схватывала знания на ветру. Лишь со временем приходило понимание, что это не самое сложное дело в жизни. Выходя на улицу, пару раз взор сталкивался со всадниками, укротителями, медленно направляющиеся в постоялый дом вождя, что стоял почти отдельно от деревни. Лица хладные, недружественные, да и наряды совсем другие, но более утепленные. И так почти каждый месяц, незнакомцев становилось больше. Спустя около полугода раздался свист стрел. Снова тот же сценарий: дети прятались, отец уходил защищать. Возвращение с травмой ключицы перепугал семью. Тяжесть ее лишь после осмотра лекаря оказалась более масштабной, как для того, кто не знал как исправить перелом. Снадобья не были уж дешевыми, изредка прибывали путники из других земель, что своим интересом к товарам, еде и культуре давали хоть какой-то флоринг. Но что касательно тренировок? Станислава отдали к одному из старых знакомых вояк.
Тем временем Рада понимала совершенно другую картину - пока брат обучается владением щитом и топором, охота на дичь и прочую живность тоже немаловажна. Ее взор во время хакмаррского праздника пал на турнир среди лучников. Уже в восемь лет девочка выглядела как подросток. Сверстники с ней не часто ладили, а их родители просили не играть. Она и наплевать на это хотела, лишь заприметив победительницу в стрельбе по мишеням, направилась напрямую просить об обучении, даже умоляя в бартере, оплате флорингами, которые бы та зарабатывала с продажи удова и подработок в корчме. Ей отказали. Однако услышав о предложении таком услышал другой участник в стрельбе - одинокий охотник средних лет. О нем шли не лучшие слухи в деревне, как и известная молва о принадлежности к люфтерати, а потому отшельничество являлось пожизненным клеймом. Рыжевласка хотела отказаться, но предложение за месяц обучения стрелять идеально по целям заставило наивного ребенка пойти навстречу. Лучше так, чем сидеть без дела. Частые отговорки матери о прогулке с детьми длились недолго, но положение стойки, частый поход в ближайший лес, умением держать стойку и дугу лука в правильном положении девочка быстро научилась. В корчме она заработала первые деньги - мать созывала вместе и когда владелец оставлял хоть небольшую прибыль, пару флорингов и чуть ли не бесплатная еда оказывалось достаточной платой от ребенка... Повзрослеет - цена будет гораздо выше.
Отец стал чаще отсутствовать дома, то выпивая, то находясь рядом с сыном. Рыжевласка впервые пошла на охоту в одиночку. Стойкость дыхания и самообладание оказались прекрасными заточенными, что в итоге спустя около месяца обучения лишь с четвертой стрелы олениха пала замертво. Лук и стрелы нужно было самому сделать, ибо тогда "духовная связь между оружием и им владельцем зарождается в разы быстрее". Охотник наблюдал, как спустя сотни порезов, тягостных часов и его упреков в руках девочки с простой деревянной балки и оленьего сухожилия получилось первое творение. Мать узнала об этом после конца обучения, но говорить ничего не стала - сама понимала, что жить на что-то нужно. С другой стороны, ей было страшно оставаться одной целый день, без заботы хоть от одного из детей. Оленья шкура легко продалась кожевнику, мясо часть продана в корчму, остальное - семье. Правда, с другой стороны оставался четкий недостаток и при этом преимущество - рост. Девчушка во время тренировок стрельбы из лука часто получала оплеух в случае ошибок, как и прикосновение рук к кинжалу, дабы закончить страдания подбитого зверя. Время текло быстро, но насыщенно. Пока она была маленькой, наставник следовал почти за ней, но более чем учитель и ученик связь не расширялась. Да и нужно ли..? В одном из ранних утренних походов, Рада и старый охотник наткнулись на лагерь спящих разбойников. В отличии от рыжевласки, которая не хотела лезть к пристанищу, мужчина же наоборот достал кинжал, без сожаления к ним успел пронзить лишь пару глоток до полного пробуждения остальной тройки.
Именно тогда впервые из-за страха и некой тряски подняла лук на разбойника. Одного выстрела стало достаточно, дабы опустить на колени напавшего. Удар клинка наставника разрезало горло подбитого, пока один из двоицы направлялся к кустам. Оставалось меньше секунды на реакцию. Вместо какой-либо ответной атаки, девочка лишь закричала. Лишь сбитость с толку дал фору охотнику достать ручной топор и попасть в спину, но в сей же час плечо было задето ударом грубого намека на меч. Ученица не знала что делать, поэтому лишь попятилась назад, в итоге доставая отточенную стрелу как единственное, но крайне ничтожное оружие. От первого взмаха клинком она успела отскочить, но от другого - упала на спину, На ее тело уселся мужчина, что стал рукой сжимать тонкую шею. Перед глазами плыло, трудно сделать вздох, внутри словно что-то трескалось. Последние секунды - и потеряла бы сознание. Удар. Хрип разбойник раздался тут же, глаза закатились вверх. Тяжелое тело с трудом оттащили от Радославы. Весь окровавленный и израненный охотник одним целым глазом глядел на девочку, а рука пряталась пустой бутылек за пазуху, молвив одно: "Домой".
Переживаний в доме было достаточно, как и выводов о своих решениях. Охоты недостаточно. Будучи перепуганной, но восхищенной мастерством учителя, она просилась обучиться и хорошо драться, если придется защитить дом от набегов. Мужчина отказал, ибо уж не так едва согласился на стрельбу, но уж никак не военному делу. Еще тяжелее наблюдать, когда отец становился с каждым годом слабее... Когда наступило нападение со стороны люфтерати, на сей раз потерявшая хоть какое-то чувство страха Рада почти что вышла из дома в сей момент - ее вовремя остановили. Раздался свист с неба. Пожар. Пришлось поспешно покинуть дом и перебежать в сарай, пока собранные на помощью мужья прятались от полета подожженных стрел и держали врата закрытыми. Всех детей, женщин да стариков на сей раз повели в таверну, в погреб. Сверху доносились знакомые звуки, что уже не переставали сильно пугать... пока не чей-то топор не прорубил вход. Незнакомые лица с угрозами и грубостью стали выводить плачущих и перепуганных. Те, кто сопротивлялся - или убивали старых, или оглушали молодых. Ноги невольно велись к берегам моря, но в сей момент всадники в знакомых одеяниях перехватили нападчиков - началась резня. Заложные с ужасом глядели за происходящим... Это оказались хакмаррцы с центральных земель - они выглядели чуть более отчужденными. Снимая с детей да женщин веревки и прочие ограничения, раздавались приказы идти за ними. Брат и сестра держали с двух сторон матушку с рассеченной ногой - упала, когда бежали в погреб. Вождю не оставалось как отдать свои земли за небольшую цену, но в итоге его голова легко слетела на глазах многих. Продажный. Теперь эти земли принадлежали другому воеводству.
Деревню восстанавливали долго, в сей момент Рада стала уже сама практиковаться в охоте. Наставник погиб. Когда впервой получилось подстрелить пару зайцев, ей пришлось все же один отдать в корчму. Жизнь теперь обрела лишний груз. Чтобы заработать на пропитание, рыжевласка не раз и брата просила научить. Станислав так то и начал помогать, отец решил уж позволить теперь двенадцатилетней персоне и самой участвовать. Они отбивались на палках. Не было и свободного времени кроме ночи. Подходя к выжившим она отзывалась помочь на ферме или наловить рыбы... И так почти каждый день. Когда земли стали принадлежать княжеству вблизь к Монзан, нападения поредели. Спустя три почти спокойных года Рада трудилась словно по расписанию. Такова жизнь, как и помощь матери, оплаты за снадобья лекарю хоть любым бартером. Каждый день был нагруженным, а ночь - быстрым течением времени, пока всё вновь не повторится.
Деревню восстанавливали долго, в сей момент Рада стала уже сама практиковаться в охоте. Наставник погиб. Когда впервой получилось подстрелить пару зайцев, ей пришлось все же один отдать в корчму. Жизнь теперь обрела лишний груз. Чтобы заработать на пропитание, рыжевласка не раз и брата просила научить. Станислав так то и начал помогать, отец решил уж позволить теперь двенадцатилетней персоне и самой участвовать. Они отбивались на палках. Не было и свободного времени кроме ночи. Подходя к выжившим она отзывалась помочь на ферме или наловить рыбы... И так почти каждый день. Когда земли стали принадлежать княжеству вблизь к Монзан, нападения поредели. Спустя три почти спокойных года Рада трудилась словно по расписанию. Такова жизнь, как и помощь матери, оплаты за снадобья лекарю хоть любым бартером. Каждый день был нагруженным, а ночь - быстрым течением времени, пока всё вновь не повторится.
Охота сравнилась с привычной рутиной, которая могла или повезти, или оставить без намека на дичь. Радослава взрослела, обретая признаки женственности. Вот только никто не созывался. В отличии от братца, к которому проявлялось хоть какое-то женское внимание, ее скорее воспримут не за девушку. С одной стороны, она не жаловалась, с другой - родители качали головами от смирения одинокой судьбы дочери. Вот только той было достаточно Станислава как душевной поддержки. Они тренировались в свободный час и медленно отправлялись в корчму, попутно улавливая разные взгляды. Девушке от них становилось только неловко. Частая подготовка тела и помощь во многих вещах делала руки объемнее, как и спину и ноги. Работая в единственном и крайне общественном месте, она примеряла многие роли: повар, уборщица, посудомойка и переносчик. Брат же тоже помогал, но по большей части играл в кости с другими посетителями и пришедшими путниками, пару раз нарывался на драки, в которых другие едва разнимали, а сестрица не давала сорванцу леща. В последнее время Рада часто замечала на себя чужие взгляды, словно пытались понять: юноша женоликий или это действительно девушка.. Вскоре прибыл дядюшка Балтрик - двоюродный брат матушки. До него уж дошли не лучшие вести.Услышав всю проблему из уст сестрицы, он обратился к ней с одним предложением касательно Рады. Работать в Монзане? Больше денег?.. Вот только рыжевласка была готова отказаться, не желая бросать семью. Но родители уговаривали, что возможно так будет лучше. Младшая не верила своим ушам, как и брат не понимал причины такого решения. Скорее из-за слухов, что совершенно недавно на одну из деревень воеводства совершился зверских набег со стороны северных хакмаррцев. Раз уж близкие так решили... Радослава медленно собрала вещи. Ранним утром перед отъездом напоследок отправилась на охоту, сделать подарок и на прощанье с родными. Вместе с утренней тишиной сердце хакмаррки становилось тяжелее. Вот и бобра подстрелила. Все произошло быстро: возвращение, прощание и вскоре - отъезд. Учитывая, что валюта в Монзане другая, ее размен на флоринги произведет к хорошей сумме. Та согласилась быть кухаркой в одном малом привоенном придворье в Южном воеводстве. Он пообещал, что часть платы за полгода работы будет отправлять ее семье. Девушка хоть и верила, но держала лук при себе. По пути на малой повозке Бартлик обучил пару словечек на амани, дабы та могла понимать хотя бы приказы в придворье.
Пересекая границу и первые поселения, хакмаррка не раз замечала новые представления о домах, немного другой одежде, как пару полей, где трава лишь начинала расти среди обломанных копьев, разбитых клинков и черепов. Через пару дней странствия и общения они наконец прибыли. Красные кирпичи двора, парочку малых башен, что отделяли казармы и главное здание, как и поля с овощами, злаками и животного стойла. У казарм наблюдалась конюшня. Увидев впервой такую высокую женщину, жители шептались и даже смеялись. Среди них наблюдались совсем молодая кровь, как и более старшее поколение. Их речь казалась частично знакомой, но при этом многие слова вызывали большие вопросы. Бартлик быстро им что-то сказал и пару человек, стоящие возле костра, переменчиво кивнули, начиная не особо хорошо оговариваться на амани в приветствии, кто-то промолчал. Рада испытывала большое напряжение, вскоре оказываясь перед глазами главной кухарки. Весьма низкая и широкая дамочка средних лет долго оглядывала новенькую, пока с недовольныс вздохом не начала показывать кухню, а затем комнатку, где были еще две женщины разных возрастов. Учитывая размер лежанки, той приходилось спать на боку с поджатыми к себе ногами. Первые дни давались крайне тяжело: крайне ранее пробуждение, чтобы подготовить продукты, розжиг печей и котлов с водой, чтобы после варить каши, кинуть туда свиных шкварок, соль. Недоваренное чудо сразу подавалась воякам и становилось завтраком для кухарей. Радка такому сначала немного противилась, но со временем привыкла. Овощи служили лишь для супов, которые подавали на обед. А вот самое дорогое, крайне вкусное оставалось командиру, владельцу придворья и его приближенным. Фаршированная индейка, молодой поросенок, фаршированный яблоками и кукурузой. Нравилось это новенькой? Нет. Бывало немного времени свободного, когда ей, как самой младшей давали задания в виде уборки, работы в саду-огороде, доение коров и даже подготовки мяса в особых случаях. Чаще всего девушке приходилось переносить привезенные вещи и продукты из ближайших поселений на кухню. Наблюдая иногда за тренировками на среднем расстоянии, как и иногда вечерные состязания между монзановцами, она вспоминала про свой дом, семью, как и переживания за них.
Благодаря Бартлику начала постепенно понимать не только Амани, но и запоминала слова их Говаря. Некоторые из мужчин пытались даже подшутить над Радиславой. Ей было неприятно, но старалась вести себя сдержано. Как-то раз уж пыталась ранним утром сбежать со своим снаряжением ради охоты - в итоге отлупили розгами и забрали оружие. Все так продолжалось, пока не принесли известие о пограничном столкновении в Стииркандских лесах. Не без помощи Бартлика хакмаррку взяли с собой не просто как кухарку, но и в качестве запасного стрелка. Может, даже смогла бы что-нибудь и поймать. Ей вернули лук, колчан со стрелами. Весь путь проходился почти пешком, пару раз останавливаясь отдохнуть. Девушка и делала, что кормила и поила лошадей, а затем в малом котелке заваривала похлебки. Привыкшие к особенности Рады перестали обращать на нее внимания, некоторые оставались все еще желающими хоть как-то ее задеть или специально делающие легкие толчки и подножки. Она продолжала терпеть, сама уж ждала возможности выпустить пар. Благо, никто ее не заставлял быть ночной дозорной... сама ею стала из-за страха. Как-то раз один сонный солдат перепутал палатки и в итоге лег к ней, крепко обнимая. Случайно или нет - девушку не волновало, это уже оставило некий страх впоследствии. Прибывая к границе к военному лагерю, вояки стали отдыхать. Рада вместе с другим кухарем начали готовить из привезенной провизии сытный обед. Незнакомые взгляды, что раньше не видели высокой девушки, то игнорировали, то молча реагировали, а кто-то уже тихонько гыгыкал без всякого стеснения. Одна боевая дама, что была пехотой, разговорилась с ней, ибо уж не каждый день в военных привалах можно узреть других женщин. В один момент поступило предложение о тренировочной дуэли. Радка засияла, сразу согласившись.
Конечно, за женской дракой менее интересно наблюдать... без ставок. Многие поставили за воительницу Катрину, ибо на кухарку из "диких земель" никаких надежд и не сверкало. Вместо мечей взялись за небольшие деревянные балки, схожие на палицы. Начался бой. В попытках вспомнить все приемы во времена наблюдений и тренировки с братом, Радослава всяческий раз совершала выпады и едва ставила парирование, пропуская раз за раз весьма ловкие и удары. Тем временем Катрина легко предсказывала траектории взмахов и всяческих раз обходила со стороны высокую деву. И в случае разницы в росте, как и в маневренности, хакмаррка была легко побеждена. В отличии от мужчин, Катрина не посмеивалась и понимала, что перед ней не хрупкая кухарка, а весьма стойкая жрица, не выдержав долго шквал быстрых взмахов палкой из-за неполноценно раскрытого потенциала.
Благодаря Бартлику начала постепенно понимать не только Амани, но и запоминала слова их Говаря. Некоторые из мужчин пытались даже подшутить над Радиславой. Ей было неприятно, но старалась вести себя сдержано. Как-то раз уж пыталась ранним утром сбежать со своим снаряжением ради охоты - в итоге отлупили розгами и забрали оружие. Все так продолжалось, пока не принесли известие о пограничном столкновении в Стииркандских лесах. Не без помощи Бартлика хакмаррку взяли с собой не просто как кухарку, но и в качестве запасного стрелка. Может, даже смогла бы что-нибудь и поймать. Ей вернули лук, колчан со стрелами. Весь путь проходился почти пешком, пару раз останавливаясь отдохнуть. Девушка и делала, что кормила и поила лошадей, а затем в малом котелке заваривала похлебки. Привыкшие к особенности Рады перестали обращать на нее внимания, некоторые оставались все еще желающими хоть как-то ее задеть или специально делающие легкие толчки и подножки. Она продолжала терпеть, сама уж ждала возможности выпустить пар. Благо, никто ее не заставлял быть ночной дозорной... сама ею стала из-за страха. Как-то раз один сонный солдат перепутал палатки и в итоге лег к ней, крепко обнимая. Случайно или нет - девушку не волновало, это уже оставило некий страх впоследствии. Прибывая к границе к военному лагерю, вояки стали отдыхать. Рада вместе с другим кухарем начали готовить из привезенной провизии сытный обед. Незнакомые взгляды, что раньше не видели высокой девушки, то игнорировали, то молча реагировали, а кто-то уже тихонько гыгыкал без всякого стеснения. Одна боевая дама, что была пехотой, разговорилась с ней, ибо уж не каждый день в военных привалах можно узреть других женщин. В один момент поступило предложение о тренировочной дуэли. Радка засияла, сразу согласившись.
Конечно, за женской дракой менее интересно наблюдать... без ставок. Многие поставили за воительницу Катрину, ибо на кухарку из "диких земель" никаких надежд и не сверкало. Вместо мечей взялись за небольшие деревянные балки, схожие на палицы. Начался бой. В попытках вспомнить все приемы во времена наблюдений и тренировки с братом, Радослава всяческий раз совершала выпады и едва ставила парирование, пропуская раз за раз весьма ловкие и удары. Тем временем Катрина легко предсказывала траектории взмахов и всяческих раз обходила со стороны высокую деву. И в случае разницы в росте, как и в маневренности, хакмаррка была легко побеждена. В отличии от мужчин, Катрина не посмеивалась и понимала, что перед ней не хрупкая кухарка, а весьма стойкая жрица, не выдержав долго шквал быстрых взмахов палкой из-за неполноценно раскрытого потенциала.
На рассвете раздался горн. Пробужденные воины встали не евши и не пивши, навострив клинки, копья и топоры, подготовив щиты, проверив арбалеты да коней. Радослава встала вместе с ними, но для нее приказ стал один - приготовить еды и помочь полевым лекарям все подготовить к возвращению выживших. Ей пришлось послушаться и приступила к приготовлениям. Тело было на пределе тревоги, некой злости за то, что так и не смогла доказать свою пользу как воина. В лагере осталось несколько людей: кухари, лекари, конюхи, оружейник, кузнец и запасной отряд за нескольких человек. Катрина ушла. После выполненных работ, хакмаррка хотела отправиться на охоту, но ей строго-настрого запретили покидать лагерь до возвращения пехоты. Оставалось тренировать свою точность на мишени в виде срубленного дубового кольца с нарисованными кругами и точкой в центре. С каждой стрелой словно уходили часы. Как только кончились стрелы, раздались крики. Вернулись. Потери оказались малыми - хобсбурцы отступили. Рыжик разогрела жирный мясной бульйон с картошкой, раздавая каждому подошедшему. Другой кухарь относил еду в палаточный лазарет. Катрина рассказала подробнее о сражении весьма просто и по слогам. Хакмаррке лишь оставалось как поддерживать ту. Однако это был еще не конец. Следующие два дня оказались передышкой, разведчики из раза в раз покидали и затем возвращались обратно в лагерь. Рыжевласка продолжала выполнять свои обязанности. Когда оставалось свободное время, Катрина решила показать свои приемы, перед этим заставляя ту пройти все этапы физической подготовки. Даже люфтерати так над хакмаррцами не издевались, как женщина над великаншей…Несколько дней ожиданий и потерь дошли до финала - отряд покинул военный лагерь. За сие время девушка действительно успела сдружиться и пару раз охотилась в ближайшем лесу, пристрелив лисицу и оленя. Путь в придворье заняло немного больше времени. Радка не торопилась забывать тренировки, потому как только время готовки завершалось, забирала лук уже с дозволения старших и отправлялась в леса. Однако не только ради добычи, именно в поисках мест для разминки, отдыха, наконец побыть в тишине вместе с природой. Один такой поход завершился не хорошо. Во время пути домой раздался медвежий рев. Хакмаррка не успела сбежать от разъяренной медведицы, повредив серьезно ногу. Благо, рядом оказался отряд путников, разобравшись арбалетами да топорами. Раду едва довели до двора, где местный лекарь разобрался с повязками. Только на этом поход не кончился - она из раза в раз обращалась к нему, испытывая колкую боль при сгибе ноги во время ускоренной ходьбы. Точка невозврата. Легкая хромота медленно отступала, но проблему так и не смогла исправиться, словно само тело не могло больше сгибать ногу как раньше.
При этом за несколько лет работы в придворье дева медленно и уверенно стала общаться не просто на амани, но и на говаре, хоть и с ярким на то акцентом, с ошибками, легким заиканием. Ей исполнилось почти двадцать, а именно только недавно к ее душе стал медленно приближаться один вояка. И почему? Как-то раз рыжевласка отозвалась с кем-нибудь подраться, умерить свой пыл после ужасного дня. Как раз весьма темноволосый монзанец согласился. Разница в силе была заметной, но если б не предсказуемость ее движений - победила бы. Сначала деву злила приставучесть победителя, пока не убедилась в отсутствии хоть какой-то злости или оскорбительной насмешки за все время. Рыжевласка долго не понимала эти чувства, возникшие за время с ним, при этом другая сторона ей молвила другое: "Скоро домой". Пять лет работы почти что прошло. Денег накопилось не так много, как обещали в первые дни, часть из них Бартлик раз в полгода действительно отвозил в ее родную деревню, а сам уж к ней возвращался то с соленьями, деревянными фигурками и гребнями, пару сорочек, как и разными историями. Вся семья жива и почти здорова. Радославе становилось тяжелее слушать, загораясь желанием самой встретить их. Боялась еще и одного момента - она быстро выросла. Влюбленность не смогла ее остановить, так еще и смена глав влияло на оплату, условия жизни, как и порою на саму работу. Тренировки движениями палицей, стрельба по мишеням и нередкие кулачные бои сделали из нее менее робкую и приспособленную к любовь неожиданности даму. Однако даже такого было недостаточно для уверенности в собственных силах. Учитывая, что даже в родной доме за пять лет все медленно шло по деньгам и состоянию деревни к самому низу, желала своим возвращением помочь семье.
Получив последнюю плату, Рада и Бартлик направились в Хакмарри. Пару раз останавливались в придорожных корчмах, выпивали, изливали друг другу души. Когда появились знакомые дома, она ожидала чего-то похуже. Матушка покрылась морщинами, отец овладел сединой. Станислав стал взрослее и уже был почти ростом с сестрой, обнимая и приветствуя радостно. Дом стал старее с виду, но при этом в нем еще царили тепло и уют. Само селение не стало лучше, но и запущенным нельзя назвать. Поселились приезжие монзанцы и хакмаррцы, колья у главного двора заострились и были укреплены. Двор вождя разрушен, главное поселение оказалось в соседнем местечке недалеко от реки вдоль. Радослава узнала, что отец уже с тяжестью ходил, продолжал пить. Жабы вспомнить и взглянуть на пятилетний результат, брат и сестра за домой устроили небольшой спарринг лопатами. Парень был весьма точно и старался попадать по уязвимым местам. Рыжевласка часто отбивалась, сохраняя стойку с редким перемещением. Удары она держала с достоинством, а сильными замахами не раз сопернику доводилось немного менять тактику боя. Под тщательным наблюдением истинного старого вояки, девушка с большим трудом одержала победу. Наверное, Станислав поддавался. А может и нет... Приятной семейной атмосферы действительно той не хватало. Матушка часто говорила об изменениях Радославы. С трудом вернувшись к работе в корчме, дева стала в себе увереннее, а в комплекции тела - немного шире, что в итоге случались небольшие казусы с задеванием кого-нибудь плечом или бедром. Готовка стала лучше, но когда случались моменты с пьяными посетителями или вовсе буйных - дева уже молча выходила к ним навстречу. Изначально многие пугались из-за комплекции и роста, но вскоре некоторые проявляли больше наглости - в ответ получали по лицу. Перед закатами она собиралась на охоту. Пределы силы немного расширились, а старики с радостью созывали деву помочь с огородом или перенести что-то, в итоге получая небольшие и приятные дарования. Более молодое поколение и новоприбывшие пока косо поглядывали, даже немного боялись. В итоге даже детишки местные ради шутки рассказывали "страшные истории" или небылицы про "дитя великана, которая храпом ночные кошмары пробуждает". Неприятно, но пришлось терпеть, показывая лишь хорошие и не очень стороны. Радослава и Станислав уверенно тренировались друг против друга, иногда даже участвуя в кулачных боях у корчмы. Сначала много кто ставил за мужчину, но чем чаще руки покрывались ссадинами и победа оказывалась на стороне Рады, тем более разносторонние ставки предлагались.
Спустя около полугода прошла молва о напутствии большего скопления разъяренного народа, осуждая воеводство южное-хакмаррское за отсутствие хоть
какого-то от них щита, в котором же эта деревенька была. Поселение же не желало вспоминать времена частых набегов, а потому вождь созывал из соседних деревень всех желающих хоть что воспоставить буянящим. “Рыжая семейка” отпустила боевых детей: одна взяла лук и позаимствовала почти сломанную сапку, а парень ухватил отцовский топор. Путь оказался недолгим, оказавшись в хорошо развитом поселении, среди которых возвышалась хорошая деревянно-каменная крепость. Не знающие Радоославу не желали связываться, вояки глаза от удивления вверх поднимали, но после благополучно свыклись. Однако не успели всех поприветствовать, так сразу дошла молва о приближении стука копыт в их сторону. Надевая кожаные одеяния, шлемы небольшие и оголяя орудия, всех стали быстро направлять кто-куда. Великанша приняла положение лучницы, залезая на удобную позицию у одной из сторожевых вышек. Натянута тетива, слегка расплывчатый взор ожидал приближения врага. Однако команды тут же привели к поднятию прицела выше, совершая шквал стрел на леса. Раздался встречный свист снарядов. Подожженных. Замечая такой отпор, дева осмотрела вышку и, ухватив табурет, прикрылась им подобно щиту, приседая. Запах гари. Голоса со стороны главной тропы и лесов становились громче, наконец освещая нарушителей тишины и покоя. Кто-то захотел себе клочок земли присвоить через грабеж… Что же, Радослава продолжала уже целиться по лучникам, которых оказалось труднее найти с первого раза. В отличии от охоты, здесь нужно действовать быстро - с этим оставались большие трудности. Открылись ворота и оттуда вышла большая орава бойцов, среди которых высвечивались и дамы с вилами или лопатами в руках. В итоге девушка спустилась, доставая сапку в роли палицы и направлялась широким спешным шагом к народу, не переходя на бег. Первый мужчина оказался с топором в руках, но небольшим совсем. Она отбила ударом по запястье палкой и более острой частью направила в голову - тот упал без памятства. В итоге забрала его топор, попутно снимая со своей блузы веревку, что держала пояс, наматывая хорошенько, почти не глядя. Взор заметил приближающегося человека с вилами. Здесь уже шансов на победу меньше, однако Станислав успел подскочить и ухватился сражаться. Позади себя дева услышала круг и инстинктивно замахнулась, ударяя человека так, что привязанный топор сразу отлетел с небольшим обломком сапки, но успех кончился смертью нападавшего. Вставая спиной к брату, схватила булаву. Тяжело, но сойдет. Свист стрелы справа раздался со скоростью света, пробивая по предплечью той - раздался ее крик. Боль и ярость смешались в одном флаконе, пробуждая наконец желание со всем этим покончить. С каждым взмахом сопровождала волна боли по локоть. Однако дева научилась терпеть. Недолго, но все же. Сражение продолжалось недолго, пока вскоре налетчики не сбежали в меньшинстве. Многие из своих сильно пострадали, включая брата и сестры. Получив свою долю и получив помощь от лекарей, они направились домой. Радость семьи была теплотой для души Радославы. Дни стали тяжкими.
Спустя около полугода прошла молва о напутствии большего скопления разъяренного народа, осуждая воеводство южное-хакмаррское за отсутствие хоть
какого-то от них щита, в котором же эта деревенька была. Поселение же не желало вспоминать времена частых набегов, а потому вождь созывал из соседних деревень всех желающих хоть что воспоставить буянящим. “Рыжая семейка” отпустила боевых детей: одна взяла лук и позаимствовала почти сломанную сапку, а парень ухватил отцовский топор. Путь оказался недолгим, оказавшись в хорошо развитом поселении, среди которых возвышалась хорошая деревянно-каменная крепость. Не знающие Радоославу не желали связываться, вояки глаза от удивления вверх поднимали, но после благополучно свыклись. Однако не успели всех поприветствовать, так сразу дошла молва о приближении стука копыт в их сторону. Надевая кожаные одеяния, шлемы небольшие и оголяя орудия, всех стали быстро направлять кто-куда. Великанша приняла положение лучницы, залезая на удобную позицию у одной из сторожевых вышек. Натянута тетива, слегка расплывчатый взор ожидал приближения врага. Однако команды тут же привели к поднятию прицела выше, совершая шквал стрел на леса. Раздался встречный свист снарядов. Подожженных. Замечая такой отпор, дева осмотрела вышку и, ухватив табурет, прикрылась им подобно щиту, приседая. Запах гари. Голоса со стороны главной тропы и лесов становились громче, наконец освещая нарушителей тишины и покоя. Кто-то захотел себе клочок земли присвоить через грабеж… Что же, Радослава продолжала уже целиться по лучникам, которых оказалось труднее найти с первого раза. В отличии от охоты, здесь нужно действовать быстро - с этим оставались большие трудности. Открылись ворота и оттуда вышла большая орава бойцов, среди которых высвечивались и дамы с вилами или лопатами в руках. В итоге девушка спустилась, доставая сапку в роли палицы и направлялась широким спешным шагом к народу, не переходя на бег. Первый мужчина оказался с топором в руках, но небольшим совсем. Она отбила ударом по запястье палкой и более острой частью направила в голову - тот упал без памятства. В итоге забрала его топор, попутно снимая со своей блузы веревку, что держала пояс, наматывая хорошенько, почти не глядя. Взор заметил приближающегося человека с вилами. Здесь уже шансов на победу меньше, однако Станислав успел подскочить и ухватился сражаться. Позади себя дева услышала круг и инстинктивно замахнулась, ударяя человека так, что привязанный топор сразу отлетел с небольшим обломком сапки, но успех кончился смертью нападавшего. Вставая спиной к брату, схватила булаву. Тяжело, но сойдет. Свист стрелы справа раздался со скоростью света, пробивая по предплечью той - раздался ее крик. Боль и ярость смешались в одном флаконе, пробуждая наконец желание со всем этим покончить. С каждым взмахом сопровождала волна боли по локоть. Однако дева научилась терпеть. Недолго, но все же. Сражение продолжалось недолго, пока вскоре налетчики не сбежали в меньшинстве. Многие из своих сильно пострадали, включая брата и сестры. Получив свою долю и получив помощь от лекарей, они направились домой. Радость семьи была теплотой для души Радославы. Дни стали тяжкими.С каждым годом Рада начинала уставать… Нападения, частые набеги, пребывание в корчме, тренировки с братом. Вскоре же произошла кончина отца после того, как его нашли утопленным в реке. Девушка привыкала к такому, немного горевала, помогала матери, которая вскоре встретила весьма… счастливую старость, но без внуков. Бартлик все это время был рядом, поддерживал морально обоих и даже предложил переселиться в Монзан. Рада сразу отказалась. Вскоре же дядя рассказал и о других новостях из своих земель. Говорил, что в Западном воеводстве в Чорнике один из приближенных к тамошнему воеводу собирает людей на исследование дивных земель Предела. Сестра и брат не могли долго на это решиться, боясь истратить имущество, оставленное родителями. Однако со временем им становилось труднее все держать под свой контроль, как и путников приходило гораздо меньше, чем раньше - в деревне буквально не на что почти жить. За пару дней до отбытия Бартлик услышал положительный ответ. Может получится хакмаррцам там разбогатеть, особенно приблизившись там к одним из невраждебных колонизаций? Может там возможно отдохнуть от частых столкновений? Нет, конечно, оба не были настолько наивными, но пробовать стоит. Часть скота была зарублена, единственная корова была продана в корчму, Рада всё подготовила, а Станиславу оставалось запрягать вещи в телегу. Тронулись. Несколько дней они долго направлялись в Чорнику, не останавливаясь в местах, где Радослава работала. Спустя несколько остановок они прибыли. Бартлик с ними распрощался, знание Говаря и амани помогло деве разобраться что и куда. Спрашивая про колонизацию, их направили к приморскому граду. Время шло быстро, наконец оплачивая своими кровными флорингами на пуск к кораблю. И в сей момент, они тронулись.
Вложения
Последнее редактирование:
