Имя: Стрей де Хейннен
Возраст: 20 лет
Раса: Человек
Ник: Stray
Внешность:
Смешанная кровь северянки и остфарца воссоздали весьма утонченный баланс между мягкостью и холодом. Она не слишком высокая, но и преодолела рамки 1,6м, весьма средняя по комплекции тела, слегка бледноватая. Благодаря одежде подчеркиваются черты ног, груди и малого живота. Лицо не имеет грубых границ, глаза немного узкие, проявляющие проницательный голубой взгляд, часто скрывающиеся очками из толстых желтых линз. Волосы преобладают в рыжеватом с легким светлым переливом оттенках, часто сплетенные в гульку для удобства, но если распустить, то их длина станет на уровне лопаток и даже выше. На теле присутствуют родимые пятна. Старается одеваться скромно и утеплено. Имеет легкую физическую подготовку.
Голос слегка низкой тональности в спокойном состоянии, полностью демонстрирующий холод в движениях и мимике. Или это не так?
(Есть схожести лица с женской версией Аста (хотите узнать в РП? Удачи))
Характер:
Стрей не совсем конфликтная личность, которая предпочтет не лезть лишний раз в неприятности, а во время общения обретает роль слушателя. К необъяснимому или к раздражителям девушка более активная и из-за стрессоустойчивости (которая рано или поздно истекает) имеет легкую непредсказуемость, используя окружение в собственных целях. Успокоить не особо легко, но вполне возможно без рукоприкладства. Конечно, в ситуациях с угрозами жизни она старается не потерять доли рассудка, пытаясь как можно скорее найти способ. Не имеет стремления драться даже на оружии, но предпочтет держаться в стороне или убежать.
Она меланхолик, что часто погружается в свои дела и собственные раздумья, не имеет много времени для анализа и если хочет что-то проверить - старается как можно быстрее получить должный результат. Душа стремится к покою, в голове чаще творится хаотичный беспорядок из переживаний, скрещенного пессимизма с реализмом, так и не сотворенных идей. Стрей может быть мягкой и веселой, но только в определенном окружении, скромна и немного щедра. В сторону незнакомцев не имеет наивности и доверия. Она более открыта в женском окружении.
Мировоззрение: Законно-нейтральное
Религия: Божество Вереск
Языки: Остфарский (чтение и письмо), амани (чтение и письмо), флорский (50% речь), йотмурский (50% речь)
Навыки:
Ювелирное дело. Стрей знает теорию по процессу изготовления колец, кулонов и очков. Ни разу не приходилось изготавливать вручную.
Алхимия. Девушка знает теорию простых зелий уровня новичок, умеет изготовлять слабые лечебные зелья, красители и обманки. Пока что еще ни разу не готовила особые зелья.
Флорист. Стрей в свободное время любит собирать цветы (особенно необычные) в красивые и приятно пахнущие букеты. Касательно обычного травничества та не углублялась в учения, но умеет сажать и ухаживать за простыми вариантами. (Замена трупам
)
Лопата. Думаю, это не нуждается в описании.
Слабости:
Ха! Так вам все и расскажи!
Привычки:
Во время раздумий часто перебирает пальцами по столу или любой твердой поверхности, а в нервозности - трясет ногой.
Цель:
Обучиться в создании алхимических камней, разобраться в теории кристаллизации, изучить новые земли в поисках ингредиента омоложения (маловероятно, но все же).
Возраст: 20 лет
Раса: Человек
Ник: Stray
Внешность:
Смешанная кровь северянки и остфарца воссоздали весьма утонченный баланс между мягкостью и холодом. Она не слишком высокая, но и преодолела рамки 1,6м, весьма средняя по комплекции тела, слегка бледноватая. Благодаря одежде подчеркиваются черты ног, груди и малого живота. Лицо не имеет грубых границ, глаза немного узкие, проявляющие проницательный голубой взгляд, часто скрывающиеся очками из толстых желтых линз. Волосы преобладают в рыжеватом с легким светлым переливом оттенках, часто сплетенные в гульку для удобства, но если распустить, то их длина станет на уровне лопаток и даже выше. На теле присутствуют родимые пятна. Старается одеваться скромно и утеплено. Имеет легкую физическую подготовку.
Голос слегка низкой тональности в спокойном состоянии, полностью демонстрирующий холод в движениях и мимике. Или это не так?
(Есть схожести лица с женской версией Аста (хотите узнать в РП? Удачи))
Характер:
Стрей не совсем конфликтная личность, которая предпочтет не лезть лишний раз в неприятности, а во время общения обретает роль слушателя. К необъяснимому или к раздражителям девушка более активная и из-за стрессоустойчивости (которая рано или поздно истекает) имеет легкую непредсказуемость, используя окружение в собственных целях. Успокоить не особо легко, но вполне возможно без рукоприкладства. Конечно, в ситуациях с угрозами жизни она старается не потерять доли рассудка, пытаясь как можно скорее найти способ. Не имеет стремления драться даже на оружии, но предпочтет держаться в стороне или убежать.
Она меланхолик, что часто погружается в свои дела и собственные раздумья, не имеет много времени для анализа и если хочет что-то проверить - старается как можно быстрее получить должный результат. Душа стремится к покою, в голове чаще творится хаотичный беспорядок из переживаний, скрещенного пессимизма с реализмом, так и не сотворенных идей. Стрей может быть мягкой и веселой, но только в определенном окружении, скромна и немного щедра. В сторону незнакомцев не имеет наивности и доверия. Она более открыта в женском окружении.
Мировоззрение: Законно-нейтральное
Религия: Божество Вереск
Языки: Остфарский (чтение и письмо), амани (чтение и письмо), флорский (50% речь), йотмурский (50% речь)
Навыки:
Ювелирное дело. Стрей знает теорию по процессу изготовления колец, кулонов и очков. Ни разу не приходилось изготавливать вручную.
Алхимия. Девушка знает теорию простых зелий уровня новичок, умеет изготовлять слабые лечебные зелья, красители и обманки. Пока что еще ни разу не готовила особые зелья.
Флорист. Стрей в свободное время любит собирать цветы (особенно необычные) в красивые и приятно пахнущие букеты. Касательно обычного травничества та не углублялась в учения, но умеет сажать и ухаживать за простыми вариантами. (Замена трупам
)Лопата. Думаю, это не нуждается в описании.
Слабости:
Ха! Так вам все и расскажи!
Привычки:
Во время раздумий часто перебирает пальцами по столу или любой твердой поверхности, а в нервозности - трясет ногой.
Цель:
Обучиться в создании алхимических камней, разобраться в теории кристаллизации, изучить новые земли в поисках ингредиента омоложения (маловероятно, но все же).
История:
Все началось с отбытия обратно в Остфар. Асториан и Вендела де Хейннены покинули Заокеанье, возвращаясь по срочным вопросам касательно алхимического филиала… Змеиный камень не раз коснется сией истории. Вернувшись в столицу и разбираясь в рынке своей родной стезии, рыжий алхимик узнает о беременности любимой. Это и стало причиной остаться в Остфаре уже навсегда. Дочь должна расти в должных условиях, а не в опасности и частых угрозах. Было тяжело. Они долго думали над именем, пока не назвали Стрей. Вен дольше оставалась дома в воспитании, Асториан делал все, чтобы семья крепчала в достатке, не забывая и о заботе близких. Ребенок не имел крепкости иммунитета, потому частый осмотр, изготовление травяных лекарств и знания отца помогали той выживать. И благо, этот этап оказался вскоре пройден, как и спасение тела матери. Вскоре всё стало проще. Приемы травяных снадобий продолжались периодично, Стрей не кричала и не проявляла к чему-то яркого интереса самостоятельно, наблюдала за делами, засыпала у материнского сердца, слушала колыбели маминой родины. Та еще скромница, издавая первые слова, привыкла к ожогам на лице отца, не видя теперь в этом причин для слез. И пока один родитель предавался работе в своей лавке и параллельно преподавал в одном из алхимических училищ, Вендела обучала уже слегка подросшую дочку так, как учили амани ее же саму в Заокеании. В более усложненных моментах уже помогал Аст, как только находилось свободное время. Он пообещал себе, что воспитает Стрей так, как не смогли взрастить его самого в самые первые времена. Девочка училась ходить, волосы овладели рыжеватыми оттенками, глаза погрузились в голубизне, сама казалась более любопытной, такой молчаливой. Конечно, бывали и слезы, которые быстро угасали разными действиями, словно переключая внимание со своей проблемы на нечто удивительное. Нет, отец пока ее не брал с собой в лабораторию и куда-либо на работе. Прогулки по городу были лишь всей семьей, а ночи то длинными, то короткими. Впервые стало страшно в момент проникновения в дом пару грабителей, с которыми Асториан с трудом разобрался даже с помощью зелий. Все обошлось, другой просто сбежал, но третьего связали, после сдали страже. После произошедшего мужчина нанял служанку, которая могла бы не просто помочь с ребенком, но и в случае чего защитить обеих. Он искал не просто среди народа, через своих друзей и частых покупателей. Как никак, если работница украдет или совершит ошибку - найти преступницу окажется проще всего через связи.
Когда девочка немного подросла и знала немного всеобщих словечек, ноги несли по небольшим цветочным лугам, когда находилась возможность у родителей на совместные прогулки за пределами града. Эти ароматы привлекали больше внимания, очаровали маленькую Стрей, отчего в доме все больше и больше становилось ваз и горшков с розами, ромашками, лавандой и ветками сирени. Орхидеи и васильки сильнее впадали в ее сердечко, напоминая голубыми лепестками глаза любящих родителей. Асториан не видел лишней необходимости ей иметь дела со сверстниками, переживания не давали покоя, особенно взросление. Из увлечений помимо цветов Стрей любила слушать сказки и представлять персонажей, придумывать собственные миры. Когда ей исполнилось пять, отец решил подарить амулет подобно волчьему когтю, но сам коготь был не настоящим, а из примеси кварца и кальцита. Надежда воспитать из девочки весьма вольную и добродушную личность укрепилась. Обучение на остфарском тоже доверилось на плечи Аста в моменты отдыха от работы преподавателя, ибо дела в алхимической лавке стали приносить больше прибыли из-за наплыва странников. Помимо надежды медленно настигал страх. Ее учил читать, писать, пытался обучить и счету, будучи торговцем, как и алхимиком, где граммовки ингредиентов необходимы для качественной продукции. Стрей стала задавать много вопросов, даже самые неудобные, неловкие, в коей-то степени сумбурные. Той интересно, а стыдно родителям. На частые просьбы показать чем занимается отец, тот лишь отсрочил, избегал, говоря об опасности там находиться. Она стала замечать даже разницу в возрасте между родителями, часто поглядывая за другими людьми. И тогда впервые узнала о любви и ценности этих уст на простом языке, чтобы понял и ребенок подобно ей. Стрей благодаря матери и познаниям отца флористики понимала принцип пересадки растений, как и уход за ними. Служанка также со временем привыкла к семье, как и к девочке, которая не баловалась, не создавала лишних трудностей, слушала взрослых. Рыжевласка чаще с ней и бывала, видя в той чуть ли не сверстницу, общались на разные темы, наемница рассказывала о своих приключениях до знакомства с семьей де Хейннен. Обучение становилось немного проще, уже говоря почти спокойно на остфарском, рука увереннее писала буквы и цифры, по слогам получалось читать простые сказки, которые иногда писал и отец на нескольких листах бумаги. Именно как раз и таким способом Асториан через историю рассказывал малютке о доверии и некой самостоятельности. Чуть ли не единственное, что не давало видеть Стрей сквозь розовые очки, но при этом не думать о мире плохо. Везде есть равновесие. С годами девочка просила больше книг, а также была настойчива с просьбой чаще находиться вне дома. Вендела, не смотря на возраст, за все время обучалась у мужа также следить за растениями и выращивать новые для изготовления травяных снадобий, потому чаще находилась в маленькой комнате, которую обустроили подобно оранжерее. Для Стрей это являлось излюбленным местом, особенно для чтения - тишина и спокойствие.
К двенадцати годам девочка наконец смогла попасть в лабораторию отца - и уже тогда ей казалось, что попала в другой мир. Склянки, стойки, странные и слегка специфичные запахи, а также легкий дымок, нависающий над одним работающим котлом… Пару алхимиков стояли над столом и подготавливали ингредиенты. Хорошо, что Стрей была в тряпичной мокрой ткани, закрывающей рот и нос. Асториан рассказывал об алхимии и как в юные годы пылал желанием создавать зелья, приносящие пользу и при этом вред для других ради блага, но со времен открытия здесь филиала планы немного изменились. Она не раз видела как тот применял взрывные зелья против недоброжелателей в меру своей агрессии. Отец раздумывал над тем, чтобы именно ей в будущем передать свое дело, потому сначала лишь ждал, водил ее в лабораторию, научил даже пользоваться ножом не только для помощи в чистке и нарезании, но и ради самозащиты, ибо именно тогда впервые за двенадцать лет решил срезать длинные рыжие волосы. Как никак, именно они являлись символом красоты и ухоженности в сие время. Стрей долго обижалась из-за этого, объяснения никак не помогли изменить мнение, отчего даже перестала ходить в лабораторию, проводя время с матерью и Эсфир все чаще и чаще. Однако обида долго не длилась, как минимум из просьб Вен помириться с отцом. Она в итоге решилась послушаться. Ей стало тревожно видеть мать, которая с каждым годом стала заметно… стареть? Асториан тоже менялся в лице и немного в теле, но менее видно. Слова наемницы поставили точную цель - обучаться всему чему возможно, чтобы найти способ продлить жизнь родителям. Хоть и алхимия кажется опасной, при этом не полностью раскрытой, может со времен получится изготовить необходимое, связывая две стезии?
Все начиналось с теории, терминологии, которую девчушка не особо любила. Понятие алхимии, разветвление на два направления, точнее, специализации, какие типы зелий существуют, а также ингредиенты. Увы, среди них Стрей не распознала необходимый, но вскоре же поняла, что в перечислении Асториана подобного нет, значит… если бы знал, то воспользовался такой возможностью, ведь так? Такие мысли расстроили, но не заставили опустить руки. Она продолжала учиться, в свободное время бродила вместе с Эсфир по библиотекам в попытках найти хоть что-то цепляющее - ничего, ей говорили взрослые о недоступности такой литературы на полках общественных мест. Лишь маленькая книженция с травами пробудила крупицу надежды, которую спустя время и отняла. Когда все попытки стали тщетными, девочка сосредоточилась на учебе, ибо тогда следующие занятия теперь заключались в перечислении необходимых вещей для зельеварения: ложки, палочки, миски, разные колбы, варочные стойки, катализаторы, котлы. Их было трудно запомнить, особенно под гнетом Хейннена старшего. Помимо лекций ради легкой передышки рассказывал и о своих приключениях в Заокеании, знакомства с другими алхимиками, обучения и все периоды жизни вплоть до ключевого отплытия. Нет, не все и сразу, а постепенно, медленно, подробно, будто все происходило вчера. Порою Вендела также рассказывала и от своего лица истории, скрывая не лучшие моменты в жизни. Не для детских ушек. Порою такое время становилось даже приятным, ибо слышались легкие смешки родителей, посиделки кто-то за простым алкоголем, кто-то с чаем или ягодным морсом. Именно как раз в сей час Стрей больше и больше узнавала о Заокеании и тамошних обитателей. Никакой магии. Она продолжала читать, учиться, узнавать, вскоре начиная обучаться амани, воскликнув желанием выучить все языки мира, но при этом глубоко внутри параллельно готовилась к будущей разлуке. Ради их же счастья. Ради их продолжительной жизни.
Когда юной Стрей исполнилось 16 лет, ей вновь срезали волосы. Лицом более походила на юного Асториана в женском обличии, телом - в мать. Она уже более не обижалась, и даже была рада напомнить родителю, ибо во время прогулки в сторону библиотеки пришлось столкнуться с не особо приятными людьми, которые пытались обворовать. Хорошо, что Эсфир оказалась рядом. За время взросления между двумя девчушками построилась крепкая связь, ибо служанка - семиморфитка, ее не особо заботит краткость жизни. Когда родители особо заняты, и при этом Стрей имеет время на прогулку по столице, они могут зайти в таверну или к главной площади, просматривая весьма знакомые виды. Не редкостью стали походы к одному ювелирному мастеру, который не всех впускает в свою лавку, но для девушек сделал одно из исключений. Кварцевый “волчий” клык - его работа. Они наблюдали издалека за процессом литья или скрепления маленьких драгоценных камней в скрепежи. В основном Стрей приходила не только за этим, причиной стал еще и сын ювелира. Высокий, темные и немного длинные волосы, особенно сильные руки с тонкими пальцами. Сердце ее восхищалось всеми действиями парнишки, при этом на лице виднелась попытка скрыть все выплескивающиеся эмоции за маской безразличия и постоянный взгляды на стены, пол, окна, изготовлении какого-то кольца. И только служанка знала о влюбленности девчушки, как и постоянные угнетения насчет жизни родителей, неуверенности в чувствах, повторении теорий о свойствах ингредиентов и перечисления алхимических процессов - сегодня господин Асториан будет тщательно проводить чуть ли не экзамен по прошедшим темам. Благо, ей удалось, как и вскоре росписи на амани да остфарском. Вскоре вместе с теорией началась и практика: не банальная помощь в резке или перемешивании, а в изготовлении концентратно красной пыли. Раньше отец не позволял, беспокоясь за здоровье дочери в ее малом возрасте, но когда увидел непоколебимость - решил, что пора бы научить хотя бы самому мизерному. Перчатки, маска и закрытая одежда не оставались без внимания, как и первые провалы, в передистилляции или вовсе в порченности горнеплодового настоя. Дороговизна ингредиентов слегка сбивали с толку, пока вскоре не вошло в привычку во время приготовления первого лечебного зелья. Асториан подробно разъяснял тему и затем озвучил только рецепт и последовательность приготовления - и после этого начался сущий кошмар. Испорченный настой, перевес пары ингредиентов, золотов арбуз быстро раскислился в воздухе, пока та долго разбиралась с пестиком и ступкой. И когда с четвертой попытки ошибок более не наблюдалось, старший алхимик испытал зелье на себе. Успешно.
Ее готовили к поступлению в университет во Флоревенделе. Вот только Стрей не раз умоляла немного отсрочить, при этом помогая родителям в алхимической лавке. Впервые получилось заговорить с объектом воздыхания, что звался Калебом. Их общение начиналось с простой передачи слов и наблюдений, но вскоре та более увлеченно погружалась, что-то записывала, видела работы за камнями, их огранок и шлифовок. Частое чтение вместе разной литературы в свободное время, прогулки, даже в 18 лет подарил ей очки с толстой оправой. Она не понимала причины таких предпочтений, но вызвало более приятные чувства. Вендела чаще наблюдала за изменениями дочери в самочувствии, а Аст сильнее напрягся в ярком сопереживании. Лучше бы в девушку влюбилась - так было бы более спокойно на душе.
Калеб рассказывал многое и от себя, порою касаясь его ювелирного дела, впервые выпили в таверне (под надзором Эсфир, конечно же) и проводили время. Казалось бы, что они сильнее сблизились друг с другом, как вдруг долгая безответная любовь лопнула. Он рассказал о своей возлюбленной, которой давно сделал кольцо. Внутри что-то треснуло. Стрей никогда раньше не была так замкнута в себе, отчего даже согласилась на странствие в Флоревендель. Все, чтобы не волновать родных в лишний раз. Увы, в Остфаре не было алхимического факультета, потому Асториан все тщательно подготавливал. Вот только Стрей не особо этого хотела, лишь стремилась узнать нужное, а если не получится - или возвращаться домой, или плыть туда, где надеется узнать ответы - в Заокеание. Эсфир была категорически против второго варианта, опасаясь за жизнь не просто дочери нанимателей, а подруги. Стрей оказалась упряма в сием решении, потому за переубеждение взялся отец. Ему пришлось рассказать с новыми деталями, которые более не боялся говорить:
“Я был раньше знаком с одним из умнейших ученым, что смог исцелить мое лицо, был знаком с одним из величайших танатохимиков, который являлся моим наставником, знал множество разумных лиц, что были моими коллегами и друзьями! Ты думаешь, я их не спрашивал? Думаешь, не пытался найти способ сделать твою мать счастливой, чтобы мы прожили как можно дольше? Чтобы ты смогла провести с нами больше времени пока не вознесемся к Флоренду! Сама знаешь, что алхимия способна погубить, если переборщить с ингредиентами, концентрацией или вовсе сделать что-то не то, превратить лекарство в смертельный яд! Если ты действительно желаешь помочь и сделать нас счастливыми - не лезь в передряги, не совершай ошибок, стоящих жизни. Захочешь в странствия - предупреди нас хотя бы письмом. Главное будь жива и здорова.”
Слова Асториана тронули ее сердце, потому та ненадолго приутихла. Понимание базовых аспектов вскоре привели к судну. Отплытие, прощание. Эсфир поплыла с ней ради безопасности, меж ними не особо часто переходили фразы. Впервые будучи в море, девчушке было не по себе, впервые за 19 лет испытывает качание волн, находится среди других незнакомцев, при попытке с ней заговорить все идет к провалу. Чувства влюбленности со временем утихли, ведь та так и не набралась смелости признаться ему. Остался лишь холод и цель, которую все же и не отпустила.
Другой воздух… Прибыв в порт, Стрей долго бродила с наемницей по уличкам, пока не нашли что-то схожее на таверну, сняв комнату на двоих на несколько ночей. Благо, приплыли в нужный срок, где подавали на абитуриенство. Вот только чего девушки ожидали помимо отказа? Буквально не хватило денег. Некое отчаяние настигло их сознания. Оставалось только два варианта: или поступать в алхимическое училище и тратить около пяти лет для достижения собственной цели, или найти людей, алхимиков, которые могут знать даже большее, чем просто теоретические понимания… Во время прогулок она встретила ювелирную мастерскую, заставив снова вспомнить о Калебе. Она видела прекрасные камни… Нужны деньги для учебы, жизни, то, чего могло бы омолодить родителей и продлить существование, ибо все стареют, особенно люди. Может, даже попробовать что-то новое… Не зря же запоминала агрегатные состояния. И в этом момент Стрей словно обрела новые годы жизни. По договоренности они должны были вернуться обратно в случае неудачи. И приближаясь к порту, она приняла решение. Эсфир вернулась одна.
“Здравствуй, Эрминта. Давно от тебя не было вестей, недавно получил известие о распаде “Змеиного камня”, потому я сделаю все, чтоб его существование хотя бы в Остфаре не оказалось усложненным. Пару недель назад моя дочь Стрей отправилась в Заокеанье, хотя в мои планы это не входило. Ее упрямство и стремление сделать лучше, как и внешность легко опознаемы, если помнишь как я выглядел в юные годы. Надеюсь, письмо придет раньше, чем она там окажется, поэтому молю: позаботьтесь о ней, дайте нужные знания, которые вы овладели за эти двадцать зим изучений. Может, вы успели открыть что-то новое, касаясь и лекарств. Подайте ответ, коль получите письмо и встретите мою дочь. С искренними пожеланиями, Асториан и Вендела де Хейннены.”
Это письмо так и не пришло.
Все началось с отбытия обратно в Остфар. Асториан и Вендела де Хейннены покинули Заокеанье, возвращаясь по срочным вопросам касательно алхимического филиала… Змеиный камень не раз коснется сией истории. Вернувшись в столицу и разбираясь в рынке своей родной стезии, рыжий алхимик узнает о беременности любимой. Это и стало причиной остаться в Остфаре уже навсегда. Дочь должна расти в должных условиях, а не в опасности и частых угрозах. Было тяжело. Они долго думали над именем, пока не назвали Стрей. Вен дольше оставалась дома в воспитании, Асториан делал все, чтобы семья крепчала в достатке, не забывая и о заботе близких. Ребенок не имел крепкости иммунитета, потому частый осмотр, изготовление травяных лекарств и знания отца помогали той выживать. И благо, этот этап оказался вскоре пройден, как и спасение тела матери. Вскоре всё стало проще. Приемы травяных снадобий продолжались периодично, Стрей не кричала и не проявляла к чему-то яркого интереса самостоятельно, наблюдала за делами, засыпала у материнского сердца, слушала колыбели маминой родины. Та еще скромница, издавая первые слова, привыкла к ожогам на лице отца, не видя теперь в этом причин для слез. И пока один родитель предавался работе в своей лавке и параллельно преподавал в одном из алхимических училищ, Вендела обучала уже слегка подросшую дочку так, как учили амани ее же саму в Заокеании. В более усложненных моментах уже помогал Аст, как только находилось свободное время. Он пообещал себе, что воспитает Стрей так, как не смогли взрастить его самого в самые первые времена. Девочка училась ходить, волосы овладели рыжеватыми оттенками, глаза погрузились в голубизне, сама казалась более любопытной, такой молчаливой. Конечно, бывали и слезы, которые быстро угасали разными действиями, словно переключая внимание со своей проблемы на нечто удивительное. Нет, отец пока ее не брал с собой в лабораторию и куда-либо на работе. Прогулки по городу были лишь всей семьей, а ночи то длинными, то короткими. Впервые стало страшно в момент проникновения в дом пару грабителей, с которыми Асториан с трудом разобрался даже с помощью зелий. Все обошлось, другой просто сбежал, но третьего связали, после сдали страже. После произошедшего мужчина нанял служанку, которая могла бы не просто помочь с ребенком, но и в случае чего защитить обеих. Он искал не просто среди народа, через своих друзей и частых покупателей. Как никак, если работница украдет или совершит ошибку - найти преступницу окажется проще всего через связи.
Когда девочка немного подросла и знала немного всеобщих словечек, ноги несли по небольшим цветочным лугам, когда находилась возможность у родителей на совместные прогулки за пределами града. Эти ароматы привлекали больше внимания, очаровали маленькую Стрей, отчего в доме все больше и больше становилось ваз и горшков с розами, ромашками, лавандой и ветками сирени. Орхидеи и васильки сильнее впадали в ее сердечко, напоминая голубыми лепестками глаза любящих родителей. Асториан не видел лишней необходимости ей иметь дела со сверстниками, переживания не давали покоя, особенно взросление. Из увлечений помимо цветов Стрей любила слушать сказки и представлять персонажей, придумывать собственные миры. Когда ей исполнилось пять, отец решил подарить амулет подобно волчьему когтю, но сам коготь был не настоящим, а из примеси кварца и кальцита. Надежда воспитать из девочки весьма вольную и добродушную личность укрепилась. Обучение на остфарском тоже доверилось на плечи Аста в моменты отдыха от работы преподавателя, ибо дела в алхимической лавке стали приносить больше прибыли из-за наплыва странников. Помимо надежды медленно настигал страх. Ее учил читать, писать, пытался обучить и счету, будучи торговцем, как и алхимиком, где граммовки ингредиентов необходимы для качественной продукции. Стрей стала задавать много вопросов, даже самые неудобные, неловкие, в коей-то степени сумбурные. Той интересно, а стыдно родителям. На частые просьбы показать чем занимается отец, тот лишь отсрочил, избегал, говоря об опасности там находиться. Она стала замечать даже разницу в возрасте между родителями, часто поглядывая за другими людьми. И тогда впервые узнала о любви и ценности этих уст на простом языке, чтобы понял и ребенок подобно ей. Стрей благодаря матери и познаниям отца флористики понимала принцип пересадки растений, как и уход за ними. Служанка также со временем привыкла к семье, как и к девочке, которая не баловалась, не создавала лишних трудностей, слушала взрослых. Рыжевласка чаще с ней и бывала, видя в той чуть ли не сверстницу, общались на разные темы, наемница рассказывала о своих приключениях до знакомства с семьей де Хейннен. Обучение становилось немного проще, уже говоря почти спокойно на остфарском, рука увереннее писала буквы и цифры, по слогам получалось читать простые сказки, которые иногда писал и отец на нескольких листах бумаги. Именно как раз и таким способом Асториан через историю рассказывал малютке о доверии и некой самостоятельности. Чуть ли не единственное, что не давало видеть Стрей сквозь розовые очки, но при этом не думать о мире плохо. Везде есть равновесие. С годами девочка просила больше книг, а также была настойчива с просьбой чаще находиться вне дома. Вендела, не смотря на возраст, за все время обучалась у мужа также следить за растениями и выращивать новые для изготовления травяных снадобий, потому чаще находилась в маленькой комнате, которую обустроили подобно оранжерее. Для Стрей это являлось излюбленным местом, особенно для чтения - тишина и спокойствие.
К двенадцати годам девочка наконец смогла попасть в лабораторию отца - и уже тогда ей казалось, что попала в другой мир. Склянки, стойки, странные и слегка специфичные запахи, а также легкий дымок, нависающий над одним работающим котлом… Пару алхимиков стояли над столом и подготавливали ингредиенты. Хорошо, что Стрей была в тряпичной мокрой ткани, закрывающей рот и нос. Асториан рассказывал об алхимии и как в юные годы пылал желанием создавать зелья, приносящие пользу и при этом вред для других ради блага, но со времен открытия здесь филиала планы немного изменились. Она не раз видела как тот применял взрывные зелья против недоброжелателей в меру своей агрессии. Отец раздумывал над тем, чтобы именно ей в будущем передать свое дело, потому сначала лишь ждал, водил ее в лабораторию, научил даже пользоваться ножом не только для помощи в чистке и нарезании, но и ради самозащиты, ибо именно тогда впервые за двенадцать лет решил срезать длинные рыжие волосы. Как никак, именно они являлись символом красоты и ухоженности в сие время. Стрей долго обижалась из-за этого, объяснения никак не помогли изменить мнение, отчего даже перестала ходить в лабораторию, проводя время с матерью и Эсфир все чаще и чаще. Однако обида долго не длилась, как минимум из просьб Вен помириться с отцом. Она в итоге решилась послушаться. Ей стало тревожно видеть мать, которая с каждым годом стала заметно… стареть? Асториан тоже менялся в лице и немного в теле, но менее видно. Слова наемницы поставили точную цель - обучаться всему чему возможно, чтобы найти способ продлить жизнь родителям. Хоть и алхимия кажется опасной, при этом не полностью раскрытой, может со времен получится изготовить необходимое, связывая две стезии?
Все начиналось с теории, терминологии, которую девчушка не особо любила. Понятие алхимии, разветвление на два направления, точнее, специализации, какие типы зелий существуют, а также ингредиенты. Увы, среди них Стрей не распознала необходимый, но вскоре же поняла, что в перечислении Асториана подобного нет, значит… если бы знал, то воспользовался такой возможностью, ведь так? Такие мысли расстроили, но не заставили опустить руки. Она продолжала учиться, в свободное время бродила вместе с Эсфир по библиотекам в попытках найти хоть что-то цепляющее - ничего, ей говорили взрослые о недоступности такой литературы на полках общественных мест. Лишь маленькая книженция с травами пробудила крупицу надежды, которую спустя время и отняла. Когда все попытки стали тщетными, девочка сосредоточилась на учебе, ибо тогда следующие занятия теперь заключались в перечислении необходимых вещей для зельеварения: ложки, палочки, миски, разные колбы, варочные стойки, катализаторы, котлы. Их было трудно запомнить, особенно под гнетом Хейннена старшего. Помимо лекций ради легкой передышки рассказывал и о своих приключениях в Заокеании, знакомства с другими алхимиками, обучения и все периоды жизни вплоть до ключевого отплытия. Нет, не все и сразу, а постепенно, медленно, подробно, будто все происходило вчера. Порою Вендела также рассказывала и от своего лица истории, скрывая не лучшие моменты в жизни. Не для детских ушек. Порою такое время становилось даже приятным, ибо слышались легкие смешки родителей, посиделки кто-то за простым алкоголем, кто-то с чаем или ягодным морсом. Именно как раз в сей час Стрей больше и больше узнавала о Заокеании и тамошних обитателей. Никакой магии. Она продолжала читать, учиться, узнавать, вскоре начиная обучаться амани, воскликнув желанием выучить все языки мира, но при этом глубоко внутри параллельно готовилась к будущей разлуке. Ради их же счастья. Ради их продолжительной жизни.
Когда юной Стрей исполнилось 16 лет, ей вновь срезали волосы. Лицом более походила на юного Асториана в женском обличии, телом - в мать. Она уже более не обижалась, и даже была рада напомнить родителю, ибо во время прогулки в сторону библиотеки пришлось столкнуться с не особо приятными людьми, которые пытались обворовать. Хорошо, что Эсфир оказалась рядом. За время взросления между двумя девчушками построилась крепкая связь, ибо служанка - семиморфитка, ее не особо заботит краткость жизни. Когда родители особо заняты, и при этом Стрей имеет время на прогулку по столице, они могут зайти в таверну или к главной площади, просматривая весьма знакомые виды. Не редкостью стали походы к одному ювелирному мастеру, который не всех впускает в свою лавку, но для девушек сделал одно из исключений. Кварцевый “волчий” клык - его работа. Они наблюдали издалека за процессом литья или скрепления маленьких драгоценных камней в скрепежи. В основном Стрей приходила не только за этим, причиной стал еще и сын ювелира. Высокий, темные и немного длинные волосы, особенно сильные руки с тонкими пальцами. Сердце ее восхищалось всеми действиями парнишки, при этом на лице виднелась попытка скрыть все выплескивающиеся эмоции за маской безразличия и постоянный взгляды на стены, пол, окна, изготовлении какого-то кольца. И только служанка знала о влюбленности девчушки, как и постоянные угнетения насчет жизни родителей, неуверенности в чувствах, повторении теорий о свойствах ингредиентов и перечисления алхимических процессов - сегодня господин Асториан будет тщательно проводить чуть ли не экзамен по прошедшим темам. Благо, ей удалось, как и вскоре росписи на амани да остфарском. Вскоре вместе с теорией началась и практика: не банальная помощь в резке или перемешивании, а в изготовлении концентратно красной пыли. Раньше отец не позволял, беспокоясь за здоровье дочери в ее малом возрасте, но когда увидел непоколебимость - решил, что пора бы научить хотя бы самому мизерному. Перчатки, маска и закрытая одежда не оставались без внимания, как и первые провалы, в передистилляции или вовсе в порченности горнеплодового настоя. Дороговизна ингредиентов слегка сбивали с толку, пока вскоре не вошло в привычку во время приготовления первого лечебного зелья. Асториан подробно разъяснял тему и затем озвучил только рецепт и последовательность приготовления - и после этого начался сущий кошмар. Испорченный настой, перевес пары ингредиентов, золотов арбуз быстро раскислился в воздухе, пока та долго разбиралась с пестиком и ступкой. И когда с четвертой попытки ошибок более не наблюдалось, старший алхимик испытал зелье на себе. Успешно.
Ее готовили к поступлению в университет во Флоревенделе. Вот только Стрей не раз умоляла немного отсрочить, при этом помогая родителям в алхимической лавке. Впервые получилось заговорить с объектом воздыхания, что звался Калебом. Их общение начиналось с простой передачи слов и наблюдений, но вскоре та более увлеченно погружалась, что-то записывала, видела работы за камнями, их огранок и шлифовок. Частое чтение вместе разной литературы в свободное время, прогулки, даже в 18 лет подарил ей очки с толстой оправой. Она не понимала причины таких предпочтений, но вызвало более приятные чувства. Вендела чаще наблюдала за изменениями дочери в самочувствии, а Аст сильнее напрягся в ярком сопереживании. Лучше бы в девушку влюбилась - так было бы более спокойно на душе.
Калеб рассказывал многое и от себя, порою касаясь его ювелирного дела, впервые выпили в таверне (под надзором Эсфир, конечно же) и проводили время. Казалось бы, что они сильнее сблизились друг с другом, как вдруг долгая безответная любовь лопнула. Он рассказал о своей возлюбленной, которой давно сделал кольцо. Внутри что-то треснуло. Стрей никогда раньше не была так замкнута в себе, отчего даже согласилась на странствие в Флоревендель. Все, чтобы не волновать родных в лишний раз. Увы, в Остфаре не было алхимического факультета, потому Асториан все тщательно подготавливал. Вот только Стрей не особо этого хотела, лишь стремилась узнать нужное, а если не получится - или возвращаться домой, или плыть туда, где надеется узнать ответы - в Заокеание. Эсфир была категорически против второго варианта, опасаясь за жизнь не просто дочери нанимателей, а подруги. Стрей оказалась упряма в сием решении, потому за переубеждение взялся отец. Ему пришлось рассказать с новыми деталями, которые более не боялся говорить:
“Я был раньше знаком с одним из умнейших ученым, что смог исцелить мое лицо, был знаком с одним из величайших танатохимиков, который являлся моим наставником, знал множество разумных лиц, что были моими коллегами и друзьями! Ты думаешь, я их не спрашивал? Думаешь, не пытался найти способ сделать твою мать счастливой, чтобы мы прожили как можно дольше? Чтобы ты смогла провести с нами больше времени пока не вознесемся к Флоренду! Сама знаешь, что алхимия способна погубить, если переборщить с ингредиентами, концентрацией или вовсе сделать что-то не то, превратить лекарство в смертельный яд! Если ты действительно желаешь помочь и сделать нас счастливыми - не лезь в передряги, не совершай ошибок, стоящих жизни. Захочешь в странствия - предупреди нас хотя бы письмом. Главное будь жива и здорова.”
Слова Асториана тронули ее сердце, потому та ненадолго приутихла. Понимание базовых аспектов вскоре привели к судну. Отплытие, прощание. Эсфир поплыла с ней ради безопасности, меж ними не особо часто переходили фразы. Впервые будучи в море, девчушке было не по себе, впервые за 19 лет испытывает качание волн, находится среди других незнакомцев, при попытке с ней заговорить все идет к провалу. Чувства влюбленности со временем утихли, ведь та так и не набралась смелости признаться ему. Остался лишь холод и цель, которую все же и не отпустила.
Другой воздух… Прибыв в порт, Стрей долго бродила с наемницей по уличкам, пока не нашли что-то схожее на таверну, сняв комнату на двоих на несколько ночей. Благо, приплыли в нужный срок, где подавали на абитуриенство. Вот только чего девушки ожидали помимо отказа? Буквально не хватило денег. Некое отчаяние настигло их сознания. Оставалось только два варианта: или поступать в алхимическое училище и тратить около пяти лет для достижения собственной цели, или найти людей, алхимиков, которые могут знать даже большее, чем просто теоретические понимания… Во время прогулок она встретила ювелирную мастерскую, заставив снова вспомнить о Калебе. Она видела прекрасные камни… Нужны деньги для учебы, жизни, то, чего могло бы омолодить родителей и продлить существование, ибо все стареют, особенно люди. Может, даже попробовать что-то новое… Не зря же запоминала агрегатные состояния. И в этом момент Стрей словно обрела новые годы жизни. По договоренности они должны были вернуться обратно в случае неудачи. И приближаясь к порту, она приняла решение. Эсфир вернулась одна.
“Здравствуй, Эрминта. Давно от тебя не было вестей, недавно получил известие о распаде “Змеиного камня”, потому я сделаю все, чтоб его существование хотя бы в Остфаре не оказалось усложненным. Пару недель назад моя дочь Стрей отправилась в Заокеанье, хотя в мои планы это не входило. Ее упрямство и стремление сделать лучше, как и внешность легко опознаемы, если помнишь как я выглядел в юные годы. Надеюсь, письмо придет раньше, чем она там окажется, поэтому молю: позаботьтесь о ней, дайте нужные знания, которые вы овладели за эти двадцать зим изучений. Может, вы успели открыть что-то новое, касаясь и лекарств. Подайте ответ, коль получите письмо и встретите мою дочь. С искренними пожеланиями, Асториан и Вендела де Хейннены.”
Это письмо так и не пришло.
Последнее редактирование:
на 
