Вы используете устаревший браузер. Этот и другие сайты могут отображаться в нём некорректно. Вам необходимо обновить браузер или попробовать использовать другой.
[ОДОБРЕНО][Ребёнок, Ищущий место под солнцем, Принц] - Адриан | «Честь укажет мне путь!»
Жюльен, недавно ставший учителем принца, решил присягнуть ему на верность. Он сделал это одним из первых, но, вероятнее всего, далеко не последним. Жюльен пообещал верно служить дому Альтиери, а также быть честным советником и помощником Адриана.
Однажды вечером, находясь в замке, мальчик спонтанно вспомнил о Мари - первом человеке, который отнёсся к нему по-доброму, даже не зная о его титуле. Но она вспомнила о нём ещё раньше: вместе с группой людей она прибыла к замку, и у них завязался разговор. Принц просил её остаться при дворе, но та отказала, сославшись на службу церкви. Мальчик был сильно расстроен таким ответом, но ещё больше его удручило наказание, которое он получил от какого-то бонда за то, что вёл диалог с изгнанниками-монахами.
Ложь не могла длиться вечно, и вот наконец Адриану пришлось признать: его отец, вероятнее всего, мертв. Он много раз слышал об этом от кметов, солдат и прочих людей и нелюдей, но считал это вымыслом - он не мог и помыслить, что его отец способен умереть. Принц принял правду лишь тогда, когда о ней заговорил его новый опекун, лорд Дойл Кодлат. Адриану было тяжело и горько осознавать, что в этом мире он остался совсем один. Он потерял надежду и мечту. Но это не конец, а лишь повод найти в жизни новую цель.
Вести о принце Адриане Альтиери, укрывшемся в стенах Чарнхольда, уходят всё дальше и дальше, и молва о «Юном Принце» идёт уже почти по всему Пределу. В тавернах и трактирах люди гадают, каким тот станет правителем, и надеются, что он не станет таким, как его отец. Из-за слухов ко двору Адриана с каждым днём стало прибывать всё больше и больше людей, которые присягают ему на верность. В этот раз ими оказались двое - латник и кузнец, что некогда несли службу в Альмонте, а ныне пришли к своему законному лорду.
Одним вечером, прогуливаясь по заснеженным улочкам Чарнхольда, принц увидел деву, чей вид сразу вызвал в нём страх. Мальчик подошёл к группе солдат и кметов, беседовавших с гостями, после чего тихо указал на морфитку, что некогда держала его в плену, и сообщил о ней людям. Те насторожились и незамедлительно поймали её, поместив в казематы. После долгих расспросов морфитка всё же созналась в содеянном. Это шокировало стражников: зачастую за пленение дворян казнят, но, пока лорд Дойл был занят, её оставили в клетке дожидаться прихода правителя. В то же время Адриан сидел в замке, размышляя над тем, что он сделал, сообщив о ней страже. Он корил себя за то, что из-за него может пострадать морфитка, хоть и не совсем чистая душой.
Наконец лорд приказал привести деву в зал, после чего предложил ей два варианта: или выдать своего брата и заплатить крупный штраф, или же погибнуть позорной смертью. Та согласилась на первое. Её отпустили, предупредив: если брат не явится, он будет объявлен преступником и убит, как только его найдут.
Возможно, это оставит отпечаток в душе ребёнка, но покажет это только время...
Одной зимней ночью, прогуливаясь со стражником по тёмным улицам Чарнхольда, Адриан встретил своего учителя. Тот вручил ему странный свёрток. Раскрыв его, юноша обнаружил внутри рапиру. Её рукоять была покрыта золотом, а само оружие, судя по всему, ковалось на заказ - точно под руку Адриана. Он был безгранично рад, ведь отныне владел не просто клинком, а настоящим символом своей силы.
В преддверии тринадцатилетия Адриана в его поместье, в медовом зале, был устроен пир в честь победы над драконом Мидиром. На нём присутствовали лорд Дойл Кодлат и правитель Азурва`ала - Бейлар Лантар. Адриан сидел подле Дойла вместе с Бейларом, обсуждая как простые дела, так и политику. Но кроме того, в этот день на службу принцу пришли необычные люди. По всей видимости, это были выходцы из далёких земель, что можно было понять по их внешности: коже с жёлтым оттенком и довольно узким глазам, а также плохому знанию Амани.
После праздника Принц принял у себя некоего рыжего мужчину, который более полугода назад обещал дать ответ в ближайшее время, но проигнорировал Адриана и множество раз избегал разговора с ним. В итоге оба пришли к выводу, что его судьбу нужно обсудить с тем, на кого он ныне работает, - Бринэйном. Когда Принц пришел в дом к Эссарам, между ним и Бринэйном завязался разговор, в котором они обсудили наказание для рыжего мужчины, коего звали Филл. Также Бринэйн данной ему властью передал под управление клану Альтиери селение, находившееся под поместьем Принца.
Одним вечером в медовом зале Адриана Альтиери тот принял у себя некоего Уильяма, который совсем недавно прибыл в Чарнхольд и желал получить финансовую помощь, а также рабочую силу для восстановления купален на бывшей улице Рощи. Принц согласился, но взамен попросил подписать договор, по которому часть прибыли купален должна идти в казну клана, а сами купальни будут считаться недвижимостью клана Альтиери
Между кланами Альтиери и Уолш назрел земельный конфликт. Хугин Уолш продал дом, находившийся на территории Альтиери, что возмутило местных жителей. Они обратились со своей бедой к Адриану. Тот сразу же направился в поместье Хугина, но неожиданно встретил его прямо на площади в компании покупателя злосчастного дома. В итоге все стороны переместились в медовый зал. После долгого и тяжелого разговора они пришли к компромиссу: Хугин обязуется отдать все вырученные за сделку монеты в казну клана Альтиери, а покупатель всё же сохранит за собой право на дом.
Адриану даровали честь управлять строительством мельницы - одного из важнейших сооружений во всём городе. Но его радость быстро омрачилась. Спустя всего несколько недель на поселение совершил набег Дредмор, похитив трёх жителей предместья, среди которых оказался и глава гарнизона. К несчастью, никто из них так и не вернулся, но Адриан не терял надежды, что они живы. Из-за последних событий в городе начались жестокие гонения на всех, кто был хоть как-то связан с Дредмором.
Тёмной ночью в конце Алиэля, разговаривая близ конюшен с сестрой Мари, которая за долгое время стала будто родной для юного мальчишки, он увидел то, что напомнило ему о смерти, об отце, о прошлом... Группа, по-видимому, бандитов напала на лазарет, что был близ конюшен, где находился Адриан. Мужчина, находившийся там, быстро подавил бандитов и... Убил их... Убил их всех, срубив головы... Адриана в тот же момент наполнили чувства - те самые, что он испытывал, когда сжигали Альмонте. Он вспомнил всё: как горели дома, как убивали детей и женщин, как он бежал сквозь слёзы и боль, не в силах помочь своим подданным. Он вспомнил всё. Упав на колени, он взывал к Богу, к отцу... Не понимая, почему он не может защитить тех, кто служит ему и защищает его?
В поместье Адриана принесли совершенно сломленным. Мари отчаянно пыталась вернуть его к чувству, на ходу приказывая бледным от страха слугам и пришедшему с ней Оливеру немедленно разыскать лекарей. Юный принц пребывал в беспамятстве: он метался в лихорадке, исступленно шептал рваные, лишённые смысла молитвы на сакруманском и звал отца. Когда в покои наконец вошли врачеватели, Адриан вдруг замер. Его взгляд, пустой и остекленевший, упал на рапиру. Одним резким, безумным рывком он обнажил клинок. В его воспалённом сознании мелькнула единственная мысль - оборвать этот кошмар, прекратить собственные муки и искупить вину перед подданными, освободив их от своего никчёмного правления. Мальчишка успел нанести себе глубокую рану, прежде чем его остановили. Тот Адриан, которого они знали, погиб в ту роковую ночь. Из кровавой постели он поднялся другим...
Одним из тёмных вечеров Адриан гостил у своего советника, Ламии Синдервейл. Внезапно в дом ворвался Диоген с тревожной вестью: одного из подданных схватили и бросили в казематы. Адриан немедленно направился к темницам. Там он обнаружил двух заключённых, одним из которых оказался жандарм Лудишанский, подданный клана Альтиери.
Узнать что-либо подробнее юноша не успел - жандармерия бесцеремонно выставила Адриана и его советника за дверь. Адриан был глубоко подавлен тем, что его людей судят без его ведома, а сам он бессилен им помочь.
Окончательно его добило другое событие. Пока они обсуждали случившееся, мимо пробежал жандарм. Он крикнул, чтобы Адриан срочно спешил к ратному двору, где готовилась публичная казнь старика. Однако Адриан прибыл слишком поздно - всё уже было кончено. Ему оставалось лишь содрогаться от вида жестокой расправы, узаконенной властью.
Тёмной ночью в конце Алиэля, разговаривая близ конюшен с сестрой Мари, которая за долгое время стала будто родной для юного мальчишки, он увидел то, что напомнило ему о смерти, об отце, о прошлом... Группа, по-видимому, бандитов напала на лазарет, что был близ конюшен, где находился Адриан. Мужчина, находившийся там, быстро подавил бандитов и... Убил их... Убил их всех, срубив головы... Адриана в тот же момент наполнили чувства - те самые, что он испытывал, когда сжигали Альмонте. Он вспомнил всё: как горели дома, как убивали детей и женщин, как он бежал сквозь слёзы и боль, не в силах помочь своим подданным. Он вспомнил всё. Упав на колени, он взывал к Богу, к отцу... Не понимая, почему он не может защитить тех, кто служит ему и защищает его?
В поместье Адриана принесли совершенно сломленным. Мари отчаянно пыталась вернуть его к чувству, на ходу приказывая бледным от страха слугам и пришедшему с ней Оливеру немедленно разыскать лекарей. Юный принц пребывал в беспамятстве: он метался в лихорадке, исступленно шептал рваные, лишённые смысла молитвы на сакруманском и звал отца. Когда в покои наконец вошли врачеватели, Адриан вдруг замер. Его взгляд, пустой и остекленевший, упал на рапиру. Одним резким, безумным рывком он обнажил клинок. В его воспалённом сознании мелькнула единственная мысль - оборвать этот кошмар, прекратить собственные муки и искупить вину перед подданными, освободив их от своего никчёмного правления. Мальчишка успел нанести себе глубокую рану, прежде чем его остановили. Тот Адриан, которого они знали, погиб в ту роковую ночь. Из кровавой постели он поднялся другим...
