| | | Biography | | |
| | | Глава I: Холодные скалы, и лишь надежда позволяет греть душу. | | |
Грим родился на далеких землях, покрытых снегом и кровью. Вечная зима что царюет в этих краях являет собой судью и мотиватора жить. Полуостров Йотланд, это место куда сбегали все, кто хотел мирной и спокойной жизни, но была ли она таковой? Нет, в этом месте людей ждали новые проблемы, новые испытания, но они справились, из-за чего Йотланд стоит по сей день.
Семья в которой родился Грим были обычными горняками, те, кто зарабатывают на хлеб тяжелым трудом в мерзлых, темных скалах. Детство и дальнейшая жизнь проходило в Стронхелде, и как понятно всем - оно не будет сладким. Отец был молчаливым и кряжистым мужчиной, что приучал с малых лет своего сына к молоту и суровой работе Вместо сказок, отец рассказывал Гриму о горной природе, как по звуку удара отличать крепкий гранит от ненадежного сланца, или где лежат жилы железной руды, и главное - как уважать безмолвную землю.
У этого народа не принято баловать детей, их учили выживать, ведь если этого не сделать - чадо умрет в первые года своей жизни.
Мать была полной противоположностью отцу. Если он говорил камнем, то она говорила теплом очага. Каждое утро, ещё до рассвета, она вставала раньше всех, чтобы согреть воду и сварить жидкую ячменную похлёбку, которую Грим уносил в шахту в жестяной кружке. Она редко произносила ласковые слова, в Стронхелде их считали роскошью, но Грим знал её язык: туго затянутый на шее шарф, лишний кусок вяленой рыбы, спрятанный в его сумке, молчаливый взгляд из окна, пока он не скроется за поворотом тропы. В детстве он думал, что так любят все. Лишь повзрослев, он понял, что в этих мелочах и умещалась вся её душа.
Жизнь была не легкой, благо народ был сплоченный, так как суровые судьбы, создают сильных и верных людей. Все вокруг несмотря на невзгоды трудились во благо себя, и людей вокруг. Ведь если сложить вещи и начать отдыхать - ты или твои родственники умрут из-за отсутствия еды или одежды. Ни Грим, ни родители, никто не думал никогда о том, чтобы сделать себе отпуск, на кону были жизни
Вечерами семья собиралась у единственной печи. Отец чинил инструмент, мать штопала прохудившиеся рукавицы, а Грим сидел между ними, чувствуя, как ноют натруженные плечи. Слов было мало, но в этой тишине он ощущал странное, глубокое спокойствие. Отец редко хвалил его. Лишь однажды, когда Грим в двенадцать лет сам нашёл трещину в своде штольни и вовремя предупредил старших, отец долго смотрел на него, потом коротко кивнул и положил тяжёлую ладонь ему на затылок. Это длилось не больше мгновения, но Грим запомнил его на всю жизнь. Он понял: для таких людей, как его отец, похвала - не слова, а молчаливое признание того, что ты стал равным.
В свои пятнадцать лет, Грим, уже наравне со взрослыми мужчинами спускался в кромешную тьму скал. Воздух там всегда пах сыростью, каменной пылью. Работа была ужасной, но честной. Каждый день рабочий проверял человека на что он способен ради выживания. Именно тогда на его тело легли первые синие рунические татуировки их народа. Среди местных шахтеров и мореходов существовал некий обычай, перед погружением в самые глубокие, неразведанные горизонты гор, или перед далекими плаваниями - на лица, предплечья или участки тела наносились обережные знаки. Их делали из растертого в пыль лазурита, смешанного с некой смолой и соком трав. Эти линии, идущие под глазами и вдоль всего тело, считались символом связи с духами земли и защиты от слепоты во тьме глубинной. Грим верил в них всей душой и плоть, сжимая рукоять кирки рукой, что покрыта вся в мозолях от тяжелой работы.
Перед самым первым спуском отец сам взялся за иглу. Его грубые пальцы, привыкшие к молоту, на удивление бережно придерживали подбородок сына, пока лазуритовая смола входила под кожу. Грим стиснул зубы и не издал ни звука, хотя боль была резкой, жгучей. Когда всё закончилось, отец отложил иглу, помолчал и глухо сказал: "Земля не любит трусов, но и дураков не любит. Слушай её, сын". Мать в тот день стояла у дверей, сжимая в руках край передника, и не сказала ничего. Но когда Грим проходил мимо, она торопливо коснулась пальцами свежих синих линий на его щеке, словно хотела убедиться, что они настоящие и что они защитят. Он запомнил этот страх в её глазах. Тогда он ещё не знал, что боится она не зря.
Может появиться вопрос, почему же ядро Грима так долго не проявляло себя? Где же тот самый "эмоциональный момент" всей его жизни? Дело в том что для Грима это всё - обычная жизнь, для него настоящий момент Х настанет вероятно на грани смерти. А пока, он должен быть стойким и не подвести своих стареющих родителей, он - единственная их надежда.
| | | Глава II: Свирепый гул из преисподни. | | |
Шли годы, к своим двадцати лет Грим превратился в рослого, широкоплечего мужчину. Его ладони, покрытые мозолями и шрамами от тяжелой работы, а лицо приобрело суровые черты северянина, рано познающего тяжелый физический труд. Он уже не был мальцом, за плечами числились десятки смен среди камня и тьмы. Грим пользовался уважением среди товарищей, за выносливость, молчаливое трудолюбие и надежность. Казалось, впереди его ждет долгая и предсказуемая жизнь йотландского горняка. Но... Горы хранят свои тайны, и терпение земли небезграничное. В тот роковой день смена спустилась на нижний горизонт шахты. Воздух с самого утра казался тяжелым. Опытные рудокопы знали этот зловещий признак, по стенам пещеры прокатились едва уловимые низкий гул, словно сама гора недовольно ворчала во сне. Однако, новый бригадир, который стремился выслужиться перед гильдией, ради лишней горстки серебра отмахнулся от предостережений и приказа продолжить работу.
В то утро Грим вышел из дома вместе с отцом, как делал это сотни раз. Мать, как всегда, стояла на пороге, но в этот раз задержала сына на мгновение дольше обычного и поправила ему воротник, хотя в этом не было нужды. "Возвращайтесь", - только и сказала она. Отец буркнул что-то невнятное, поправил на плече молот, и они зашагали по хрустящему снегу к жерлу шахты. Грим вспоминал потом, что тогда всё внутри него было спокойно, ни тревоги, ни предчувствия. Лишь когда они спускались в шахту, отец вдруг замолчал, приложил ладонь к влажной стене и долго стоял так, прислушиваясь. "Не нравится мне сегодня камень", - тихо произнёс он, но на вопросительный взгляд сына лишь покачал головой и первым шагнул во тьму.
Катастрофа, она пришла внезапно на головы людей, что до этого момента боролись ежедневно, ради себя и своих семей. Их борьба была с первого дня их рождения на этот свет. Тонны гранита и грунта сорвались сверху, погребая под собой людей, факелы мигом потухли, а надежда - стала блекнуть.
Грим пришел в себя в абсолютно звенящей темноте. Первое, что он захотел, это вскрикнуть "Отец!", но получилось лишь глухое мычание, от того что почувствовал удушливую волну каменной пыли что была в горле, и адскую боль в левом плече. Тяжелый валун сорвался и прижал его к стене штольни, намертво зафиксировав руку и возможности даже шевельнуться. Вокруг была лишь тишина, ни звука, ни движения, вероятно - смерть настигла их быстрее Грима. Воздуха оставалось меньше и меньше, слезы, хлынули с его глаз, давно же он не плакал… Но первобытный страх быть заживо погребенным в утробе земли заставил безумно биться сердце.
В этой тьме время потеряло смысл. Грим не знал, прошла минута или час. Он слушал собственное хриплое дыхание и вдруг, совсем отчётливо, услышал голос отца, того самого, из детства: "Слушай землю, сын. Она всегда говорит, надо лишь уметь молчать". Он вспомнил тёплую ладонь на своём затылке, вспомнил мать на пороге и её тихое возвращайтесь. И от мысли, что она останется одна, в пустом доме, у остывшей печи, ему стало страшнее, чем от самой смерти.
Но! Вместо того чтобы смириться, в груди у молодого горняка закипела первобытная ярость, злость на жадность бригадира, на бездушную скалу, за смерть отца и собственную беспомощность. Собрав последние силы, он прижал правую ладонь, на которой были ранее поставлены их традиционные рисунки. Он вдавил изо всех сил пальцы в поверхность камня, что не давало ему выйти отсюда живым.
В этот момент что-то щелкнуло внутри него. Глубоко под слоями плоти и костей, качнулось нечто необузданное - магическое ядро. Ветра магии услышали гул из пещеры, придя на помощь. Внезапно грим стал чувствовать линии камня, его хрупкость и легкость при сопряжении.
С громким, похожим на выстрел треском, глыба под его рукой треснула, интуитивно, с жаждой жизни Грим использовал [Камень с земли]. Освободившись, кашляя и задыхаясь от пыли, пополз сквозь завалы к выходу. Когда же он выбрался, упал без сил на снег, а солнце, ослепительно взглянуло ему в глаза, в тот момент - оно было прекрасней чем когда-либо...
Выбравшись из-под завалов Грим радовался жизни недолго. Пробужденное ядро геотургии потребовало свою страшную плату. Грим остался в родном Йотланде еще на три года, эти года превратились для него на медленную пытку. Поскольку рядом не было ни единого мага, ни единой подпитки… Его тело, стало медленно умирать. За эти три года он постарел почти на семь лет. К двадцати трем годам его лицо избороздили глубокие морщины, волосы на висках поседели из-за чего он стал постоянно бриться на лысо, а суставы, им досталось больше всего - ежедневная боль. Силы стали уходить из его тела, что всю жизнь было воспитано суровым климатом. Постоянные приступы удушья, лихорадки и кровь, что текла с носа или из рта, это было тревожным сигналом к концу его жизни. Скорбь об отце была сильнее, он желал чтобы, умер вместе с ним, иначе мать не винила в смерти отца. Грим должен был достать отца оттуда вместе с собой, но мать не принимала то что сын выбрался - было лишь чудом.
| | | Глава III: Цена второго шанса на жизнь. | | |
Мать за эти годы почти перестала с ним разговаривать. Она по-прежнему готовила ему еду, по-прежнему стирала его одежду, но каждый раз, встречаясь с ним взглядом, отводила глаза, будто видела не сына, а чужое, неправильное существо, выбравшееся из той могилы, где остался её муж. Иногда по ночам Грим слышал, как она тихо плачет за стеной, и не смел войти. Один раз он всё же собрался с духом и сказал: "Мама, я пытался его вытащить". Она долго молчала, глядя в огонь, и лишь потом ответила севшим голосом: "Знаю". Больше она ничего не добавила. Это короткое знаю не принесло облегчения, ведь Грим слышал в нём невысказанное: "Но почему вернулся именно ты?". С тех пор в доме стало ещё тише, а он всё чаще задерживался в мастерской допоздна, лишь бы не сидеть напротив её опустевшего взгляда.
Желая выжить, грим пытался примитивно помочь себе, прижимая к груди холодные руды, нанося на тело травяные отвары и много работая, но лишь это всё усугубляло его состояние.
Он медленно умирает.
За эти три года было очевидно, что следующею зиму он не сможет пережить. Местные лекари и шаманы разводили руками, принимая его ускоренное старение за проклятие или тяжелую горную болезнь, а суеверные жители лишь косо смотрели на Грима, что кашлял кровью в таком раннем возрасте. Одна из шаманок поведала ему что за Пределом, где пересекаются дороги тайн и новой жизни, он сможет найти лекарство. Грим лишь взял свой тяжелый молот, и в последний раз окинул взглядом ледяные пики Йотлунда. Он сел на первый же торговый корабль, идущий на юг, он стремился найти того, или то - что вылечит его, или же он сгинет в поисках ответов.
Когда берег Йотланда начал растворяться в морском тумане, Грим долго стоял на палубе, вцепившись в холодный поручень. Он думал о матери, оставшейся в опустевшем доме, о том, как на рассвете она вышла проводить его до причала и не обняла, а лишь вложила в ладонь тяжёлый свёрток с вяленой рыбой и тёплыми рукавицами, связанными её руками. "Возвращайся", - снова повторила она. Тогда он не нашёл слов, лишь кивнул. Теперь же, глядя на удаляющиеся ледяные пики, он дал себе обещание, не вслух, а там, глубоко внутри, где дремало проклятое ядро: он найдёт лекарство и вернётся. Ради неё. Ради отца, чьё тело так и не удалось предать земле как подобает. И ради самого себя, потому что умирать вот так, в тишине и боли, он не собирался.
| | | OOC | | |
Вопрос 1
Врожденной и основной дисциплиной персонажа будет Геотургия, дальше будет обучаться Пирокинетике, и в последствие научится заклинаниям в магии Стали.
[Камень с земли] - заклинание что однажды спасло жизнь, именно оно изменило его жизнь навсегда. С данным заклинанием персонаж будет в безопасности, так как сможет выбраться из под завалов, или же прибить тех, кто желает его смерти.Врожденной и основной дисциплиной персонажа будет Геотургия, дальше будет обучаться Пирокинетике, и в последствие научится заклинаниям в магии Стали.
[Зыбучая земля] - оно поможет доставать руды в пещерах без приминения физической нагрузки, или же наоборот прятать свои пожитки и вещи от недоброжелателей у себя под ногами.
[Каменный покров] - благодаря этому Грим сможет защитить своё слабое тело от ненужных случайных травм или нагрузок. Так как сможет укреплять своё слабое тело что стареет и умирает на глазах.
Вопрос 2
Концепт персонажа до того момента как ему поведают о том, что он маг:Состоит в том что для него это всё не что-то мистическое, не что-то по ту сторону - всего лишь защита, что приходит к нему в опасные моменты. Всё благодаря Богам Йотланда и его преданности к ним. Продолжая свой путь рудокопа, Боги дают силу чтобы продолжать работу в глубинах пещеры. Грим считает что его однажды спасли татуировки, те, что бьют всем в его профессии. И они вправду его защитили, поэтому он верит в это. И будет верить до того момента, пока не впустят его за кулисы.
Когда же он прознает всё, и ему откроют тайну, он будет уверен что это Дар послан его Богами, тогда, когда он нуждался. Не важно что магия сложнее и она вряд-ли связана с его богами. Но он будет считать что боги избрали его, раз спасли только его среди всех в тот роковой день. Если Гриму начнут рассказывать про ядро, умбру, ветра и так дальше... Он вряд-ли всё поймет и запомнит, так как его разум был "воспитан" верой и народными обычиями. Конечно он не глуп, и не будет демонстрировать это на публике, так как есть много тех, кто боится "одарованных".
Грим продолжит заниматься своей работой, но теперь, боли уйдут и он пойдет на поправку так как будет находиться в обществе магов, если те конечно его примут. Конечно, молодость не вернуть вспять, наверное? Но гриму не сильно важен внешний облик как то, что он нашел лекарство. Из-за того что он выполнит одну из своих целей он не сможет вернутся к маме, так как если он вернется, то это будет его последний год жизни. Вероятно, желание жить будет сильнее, из-за чего ему предстоит жить за Пределом, под попечительством полноценных магов. Но на этом он не остановиться! Он будет искать способ перестать быть зависимым от них, чтобы смог вернутся домой. А также, попутно будет искать способ чтобы упокоить душу Отца, что покинула его тело в недрах пещер Йотланда.
Вероятно, всё что я описал выглядит скудно и мало, так как я планировал расширять и дополнять этот концепт по мере игры. Почему же не сразу? Потому что бог знает в руки какого мага попадет неофит что вот вот умрет, и на что нужно будет пойти чтобы выжить в этом суровом мире.
Последнее редактирование:
Правила проекта
Руководства
Разделы игровых серверов
Технический раздел
Администрация проекта
Общая курилка
Творчество