◼︎ Имя: Альфриг.
◼︎ OOC-ник: D4R4KONCHIK.
◼︎ Раса: гротдор, уроженец небольшого шахтёрского треста в Загорье.
◼︎ Возраст: девяносто шесть лет.
◼︎ Вера: организованной религии не придерживается. Альфриг вырос в общине, где больше доверяли труду, решениям совета и опыту старших мастеров.
◼︎ Внешность: рост составляет около 148 сантиметров. Альфриг широк в плечах и обладает крепким телосложением, сформированным работой в кузнице и шахтах. (Все остальное по скину)
◼︎ Характер: Альфриг терпелив, пока занимается понятной ему работой. Способен несколько часов разбирать механизм, снимать размеры или изучать поврежденную конструкцию. В разговоре он менее приятен. Часто поправляет собеседников, задаёт лишние вопросы и с трудом признает чужой авторитет, пока не увидит реальные доказательства мастерства. Громких обещаний не любит. Благодарность принимает неловко и обычно отвечает, что просто сделал необходимую работу. Может долго помнить обиду, но редко высказывает её сразу.
◼︎ Таланты и сильные стороны: грамотность, терпение, внимательность к материальным следам и хорошая память на устройство механизмов. Привык работать в шахтах, ориентируется в старых выработках и умеет отличать свежую осыпь от давнего разрушения породы. Может читать и составлять простые чертежи, проводить базовые расчёты для рычажных и блочных механизмов, участвовать в ремонте ворот, вагонеток, лебедок и подъёмников. Знаком с общими принципами осадных устройств, но самостоятельно их не строил.
◼︎ Слабости и уязвимости: Альфриг медлителен и плохо действует при внезапном изменении обстановки. Не отличается высокой подвижностью, быстро устаёт во время продолжительной погони.
◼︎ Привычки: трижды проверяет закрытую дверь, не любит сидеть спиной к открытому проходу, помечает личные инструменты медной проволокой,пересчитывает снаряжение перед дорогой. Не выбрасывает сломанные детали сразу, сначала пытается понять причину повреждения, из-за чего в его вещах постепенно скапливаются бесполезные куски металла, обрывки канатов и старые крепления.
◼︎ Мечты и цели: найти в Пределе охотничью ячейку, которой пригодятся его инженерные и ремесленные навыки. Продолжить обучение инженерии и со временем получить достаточный опыт.
◼︎ Языки:
⏺︎ Гротдорский является родным языком. Альфриг свободно говорит, читает и пишет на нём, знает профессиональные обозначения, связанные с шахтами, кузнечным делом и простыми механизмами.
⏺︎ Амани знает на разговорном уровне. Способен общаться с заказчиками, читать простые объявления, дорожные указатели и рабочие инструкции. Сложные тексты понимает хуже, а при письме использует короткие предложения и допускает ошибки.
Глава I. Трест
Трест, где родился Альфриг, был обычным даже по меркам Загорья. Несколько старых выработок, общий склад, две кузницы и подъёмники, которые постоянно требовали ремонта. Руду там ещё добывали, но лучшие жилы закончились задолго до рождения Альфрига. Жители зарабатывали на обработке металла, ремонте вагонеток и торговле с соседями.
Отец работал в кузнице. Он делал кирки, клинья, скобы и прочие вещи, которые ломались быстрее, чем их успевали заменить. Мать занималась складскими записями. С ней Альфриг почти никогда не спорил о деньгах, потому что всё равно проигрывал.
В детстве его долго не могли пристроить к одному занятию. Он помогал где придётся, но везде отвлекался. Мог отправиться за маслом для вагонетки и вернуться без масла, зато с разобранным замком. Однажды именно так и произошло. Замок был исправным. Альфриг хотел посмотреть, почему язычок возвращается на место, снял крышку, потерял пружину и до ночи ползал по полу. Пружину нашли через неделю в щели возле стены.
После этого отец взял его в кузницу. Никакой семейной церемонии не было. Альфригу дали метлу, ведро и место у мехов. Первое время он даже не касался молота. Смотрел, подавал инструмент, таскал уголь, несколько раз обжёгся по собственной глупости. Один ожог получил, когда решил, что тёмный кусок металла уже остыл. Кусок не остыл.
Когда ему наконец доверили простые заклёпки, выяснилось, что Альфриг не умеет вовремя останавливаться. Если деталь получалась немного кривой, он бил ещё. Потом ещё раз. В результате её приходилось отправлять обратно в огонь. Стук по медным накладкам слышали даже снаружи, поэтому кто-то назвал его Медностуком. Прозвище прижилось быстрее, чем мастерство.
Кузница нравилась Альфригу, но сильнее его занимало назначение готовых деталей. Он постоянно расспрашивал заказчиков, куда пойдёт ось, на какой глубине стоит подъёмник и почему старая скоба лопнула именно посередине. Иногда это помогало. Чаще задерживало работу и злило отца.
Однажды Альфриг правил старое зубило для каменотёса. Металл уже много раз нагревали, однако подручный решил провести ещё одну закалку. На следующий день кромка раскрошилась. Осколок вошёл рабочему в предплечье, рана воспалилась, и тот почти месяц не выходил в выработку.
Альфриг принёс пострадавшему деньги. Их вернули вместе с руганью. Позднее он оставил возле двери еду для семьи и ушёл, не дожидаясь разговора. Отец запретил ему самостоятельно закаливать рабочие инструменты. Запрет продолжался несколько лет. В семье эту историю потом не обсуждали, но сломанное зубило долго лежало в ящике с браком.
Глава II. Не понятно кто?
С инженерным мастером Альфриг познакомился во время ремонта грузового подъёмника. Из кузницы заказали тормозной рычаг. Альфриг принёс деталь, посмотрел на крепление и сказал, что отверстия не совпадут. Его попросили не мешать. Через полчаса за ним всё же вернулись, поскольку отверстия действительно оказались смещены.
После этого Альфрига стали иногда звать на ремонт. Не потому, что сразу признали талант. Просто он умел читать, аккуратно снимал размеры и не боялся лезть в грязь под механизмом. Он подавал инструменты, перерисовывал изношенные схемы, чистил направляющие. Несколько месяцев занимался описью запасных деталей, потому что дважды перепутал размер крепежа.
Учёба шла урывками. Арифметика, простая геометрия, рычаги, блоки, вороты, распределение нагрузки. Мастер объяснял один раз, после чего давал похожую задачу. Если расчёт не сходился, лист возвращался без подсказки. Альфриг мог потратить вечер, а утром обнаружить, что ошибся в самом первом числе.
Ученики ходили по старым галереям и искали слабые места в механизмах. Альфриг поначалу выбирал что-нибудь сложное. Подозревал скрытый перекос рамы, неправильно рассчитанный противовес, дефект оси. Потом мастер показывал истёртый канат или забитую грязью направляющую. Альфриг сердился, потому что простые причины казались ему слишком простыми. Со временем это прошло не полностью.
Первой почти самостоятельной работой стал боковой ворот для склада. Альфриг начертил барабан, рукоять и крепление. На первом испытании груз поднялся. На втором канат лёг возле края, зацепился и лопнул. Ящик с углём рухнул на настил, разбил весы и напугал кладовщика так, что тот потом ещё месяц не подпускал Альфрига к складу.
В чертеже не была указана нужная толщина каната. Альфриг пытался свалить часть вины на работника, принёсшего неподходящий шнур. Мастер выслушал и спросил, откуда тот должен был узнать правильный размер. Альфриг не нашёл ответа. Ворот разобрали и собрали заново. За весы пришлось платить из своего заработка.
Позже ему поручили заменить тормозную колодку на пустой клети. Испытание провели сначала без груза, потом с камнем и лишь после этого с людьми. Работа заняла больше времени, чем ожидалось, зато обошлась без происшествий. Мастер ничего не похвалил, просто перестал проверять каждую линию в его чертежах. Он выбирал несколько случайных мест. Если находил ошибку, возвращал весь лист.
К семидесяти годам Альфриг умел участвовать в ремонте ворот, лебёдок, тележек и простых подъёмников. Слово «участвовать» здесь важно. Крупными работами он не руководил и сложные устройства самостоятельно не строил.
Осадную машину Альфриг впервые увидел на испытательной площадке другого треста. Туда отправили партию крепежа из их кузницы, а Альфриг поехал проверить размеры накладок. Остальные ждали выстрела. Он больше смотрел на людей вокруг машины. Один следил за канатом, двое работали с воротом, ещё несколько человек держались возле рамы. Перед испытанием местный мастер несколько раз обошёл площадку и заставил рабочих убрать инструменты с земли.
После выстрела машину не стали сразу заряжать заново. Сначала осмотрели крепления и древесину. Альфриг полез ближе, начал задавать вопросы и быстро всем надоел. Один из инженеров сунул ему потрёпанный чертёж и предложил найти ошибки, если он считает себя таким внимательным.
Альфриг нашёл три. Одна опора была короче второй, отверстия под крепёж не совпадали, возле ворота оставалось слишком мало места для рабочих. Четвёртую ошибку он пропустил. Соединение рамы не выдержало бы повторной нагрузки. Ему показали это вечером, когда он уже несколько раз заявил, что закончил проверку.
Чертёж разрешили забрать. Дома Альфриг перерисовал его, потом сделал ещё одну копию с собственными исправлениями. Исправленная машина на бумаге стала такой тяжёлой, что для её перевозки потребовалась бы отдельная телега. Мастер зачеркнул половину листа и спросил, собирается ли Альфриг строить оружие или неподвижный склад.
После этого осадные задания стали появляться чаще. Сначала от него требовали только считать материалы. Сколько нужно древесины, металлических скоб, канатов и рабочих. Именно людей Альфриг постоянно недосчитывал. В одном плане учёл расчёт машины, но забыл тех, кто переносит снаряды. В другом оставил слишком мало места для замены каната. Эти листы не использовали. Они остались в папке рядом с чертежами подъёмников.
Первой осадной машиной, в сборке которой Альфриг действительно участвовал, стала лёгкая баллиста. Главным инженером был не он. Альфриг размечал древесину, сверял металлические накладки с чертежом и следил за креплением ворота. Натяжную часть собирали другие мастера.
На первом испытании рама сместилась. Задняя опора стояла на неровной земле, которую Альфриг осмотрел слишком быстро. Никто не погиб, но испытание остановили. Часть машины разобрали, площадку выровняли, под опоры уложили новый настил. Второй выстрел прошёл нормально.
Позднее Альфриг помогал ремонтировать другую баллисту и разбирать старую метательную машину. Разбор ему понравился даже больше сборки. На использованных деталях было видно, где дерево трётся о металл, какие крепления расшатываются первыми и как глубоко может уйти трещина, почти незаметная снаружи.
Собственных чертежей у него накопилось несколько. Один описывал деревянный щит для расчёта. Его построили после небольших исправлений. Другой представлял усиленное основание баллисты, но вышел слишком тяжёлым. Третий был попыткой сделать разборную раму для перевозки. По нему изготовили уменьшенную модель, а до настоящей машины дело не дошло. Альфриг хранил и принятые, и забракованные листы, хотя последние занимали больше места.
Со временем ему начали доверять простые расчёты и проверку отдельных частей машины. Он научился заранее готовить площадку, оставлять место для расчёта, учитывать подвоз материалов и не ставить снаряды рядом с движущимися деталями. Работать в одиночку всё равно было невозможно. Для осадной машины требовались плотники, кузнецы, носильщики, расчёт и тот, кто отвечал за общую сборку.
Осадником Альфрига стали называть не после удачного изобретения. Никакого изобретения не было. Он несколько лет занимался чертежами, участвовал в сборке и ремонте, ошибался в расчётах, переделывал основание и учился распределять работу. В конце концов ему начали поручать собственный участок сборки и позволили руководить рабочими при установке простых частей. Так осадное дело перестало быть только интересом на бумаге.
Глава III. Человек с дороги
На поверхности возле дороги стоял перевалочный двор. Там меняли животных, перегружали руду и ночевали возчики. Альфрига отправили заменить стопор на внутренних воротах. Работа была обычная и должна была занять один день, но старое крепление пришлось высверливать, поэтому он остался до следующего вечера.
Перед закатом сторожа привели мужчину, найденного у дороги. Тот был бос, испачкан кровью и говорил с трудом. На руках и боку виднелись длинные порезы. Они больше походили на следы веток или оружия.
Незнакомец назвался лесорубом, но не смог объяснить, где работал. Он не позволял осмотреть раны и злился, когда его спрашивали о дороге. Управляющий решил запереть его в пустой комнате до утра. До ближайшего лекаря было далеко, а выпускать неизвестного человека ночью никто не хотел.
Альфриг проснулся от шума. Двое сторожей пытались удержать незнакомца во дворе. Тот хотел уйти, сначала просил открыть калитку, затем начал вырываться. Один из сторожей схватил его за плечо.
Что произошло дальше, Альфриг запомнил плохо. Мужчина согнулся, упёрся руками в землю. Пальцы вытянулись и закончились когтями. Лицо потеряло человеческие очертания, одежда начала рваться. Альфриг не видел полного превращения, только его начало. Этого хватило,он не стал проклятым на перевалочном дворе и не получил проклятие от укуса. Каким образом он оказался ранен и почему пытался укрыться среди возчиков, Альфриг так и не узнал.
Первый сторож погиб почти сразу. Второго оборотень отбросил в телегу. На воротах имелась запасная решётка. Альфриг сам проверял её утром. Нужно было выдернуть стопор и освободить противовес. Он добрался до рычага, но не смог потянуть. Ликан повернул голову на свет фонаря, и Альфриг просто застыл.
Стопор освободил другой рабочий. Решётка упала между двором и складом. После первого удара нижнее крепление вышло из камня, но люди успели уйти через боковую калитку. Ликан не стал их преследовать и скрылся за оградой.
К утру нашли двух погибших. В запертой комнате осталась разорванная одежда того самого путника. Совет записал нападение неизвестного крупного зверя и нарушение ночной охраны. Почти все с этим согласились. Альфриг рассказал отцу о превращении, но тот посоветовал не повторять подобное перед всем трестом без доказательств.
Следующие недели Альфриг плохо спал. Он несколько раз возвращался к повреждённой решётке, измерял погнутые прутья, осматривал вырванную скобу. Ничего полезного из этого не вышло. Решётка была слишком слабой, а Альфриг слишком поздно привёл её в действие. Это он понимал и без новых измерений.
Глава IV. Розыскники
Трое чужаков появились примерно через месяц. Они назвались розыскными, которых наняли родственники одного из погибших. Выглядело объяснение правдоподобно, хотя никаких писем они не показывали. Старший говорил мало. Его спутники не оставляли сумки и оружие без присмотра.
Альфриг показал им двор. Ему хотелось услышать, что именно здесь произошло, но чужаки не спешили делиться мнением. Старший задавал короткие вопросы. Видел ли Альфриг человека до нападения? Видел. Наблюдал ли превращение полностью?
Они поговорили со свидетелями по отдельности и осмотрели дорогу. Альфрига взяли только как проводника до каменистой россыпи. Дальше старший велел ему возвращаться. Гротдор обиделся и всё же ушёл. Следить за вооружёнными незнакомцами в одиночку он не собирался.
Через несколько дней они вернулись. Тела ликана с ними не было. О результатах поисков никто не говорил. Чужаки принесли в кузницу повреждённый сундук и арбалетный ремень. Альфриг сделал работу, получил плату и снова остался без ответов.
Старший назвался Мартеном только во время третьего визита. Остальные имён не сообщили. Альфриг позднее понял, что имя тоже могло быть ненастоящим, но к тому времени уже привык им пользоваться.
Несколько месяцев отношения ограничивались ремонтом и редкими разговорами. Альфриг составлял планы старых ходов. Иногда Мартен спрашивал о пропавших рабочих или необычных повреждениях, однако не приглашал гротдора на допросы. На вопросы о ночном существе отвечал уклончиво.
В старой шахте пропали рабочие, из-за чего Мартену требовался проводник. Альфриг согласился выполнять распоряжения и не отходить от группы. Причиной исчезновений оказался неизвестный еще квазикрот, гротдор заметил свежие боковые ходы и повреждения опор, но сам едва не провалился в рыхлый грунт.
Группа не полезла за тварью в норы. Они обозначили опасный участок и вывели оставшихся шахтёров другим путём. Альфриг решил, что квазикрот движется к складу руды, но направления ходов не совпадали. Через несколько дней шум услышали в противоположной части выработки. Предположение пришлось зачеркнуть.
После этой вылазки Альфригу стали поручать инструменты, припасы и мелкий ремонт. Его всё ещё не считали своим. Он не присутствовал при всех разговорах и получал только сведения, необходимые для конкретной работы.
Стрелять Альфриг учился плохо. Из тяжёлого арбалета попадал по неподвижной мишени, если ему давали время. При быстрой перезарядке путался в ремне, полезнее всего оказался при осмотре построек и подготовке отхода.
В другой вылазке группа встретила арахнида в заброшенном штреке. Альфриг заметил проход без паутины и решил, что по нему можно пройти. Спутница Мартена остановила его. Чистый путь вел к расширению, где тварь могла напасть сверху. Арахнида выманили шумом и огнём, затем отступили. Никаких образцов яда Альфриг не получил, поэтому записал только расположение паутины и место засады.
Со временем он стал уходить с группой на несколько недель, затем возвращался в трест. Совет этим был недоволен. Инженерный мастер относился спокойнее и иногда просил зарисовки поврежденных балок и погнутых решёток. О чудовищах он не спрашивал.
Глава V. Лесопилка
Через несколько лет в поселении лесорубов пропали трое работников. Четвертый вернулся с порезами и рассказывал о человеке, который встал на четыре конечности. Жители решили, что он пьян, кого-то убил или пытается скрыть драку.
Группа Мартена сначала проверила обычные причины. Один из исчезнувших собирался уехать, другой задолжал хозяину лесопилки. Альфриг при этих разговорах почти не участвовал. Его позвали позже, когда возле старого двора нашли кусок чужой куртки и кровь на внутренней стороне забора.
Часть навеса сгнила, но между штабелями брёвен сохранялся узкий проход. Альфриг предложил наблюдать оттуда. Из старой створки подготовили падающую преграду. Мартен согласился с планом после того, как увидел задний выход. Один из стрелков дважды прошёл путь от навеса до ручья и убрал доски, мешавшие отступлению.
На второй день к двору пришёл обычный медведь. Его отогнали, но шум испортил половину приготовлений. На четвёртую ночь возле дороги появился мужчина в чужой куртке. Он попросил воды, Мартен разговаривал с ним из укрытия, незнакомец называл разные имена и всё время держал одну руку за спиной.
Альфриг заметил порез на его предплечье, гротдор попытался предупредить остальных и не смог выговорить ни слова, тогда дважды ударил молотком по балке, это был заранее согласованный сигнал. Мужчина бросился к навесу и начал меняться на бегу. Мартен выстрелил из арбалета. Болт был серебряным, хотя Альфриг узнал об этом только после. Оборотень дернулся от попадания, но не остановился.
Альфриг должен был освободить крепление преграды. Он снова опоздал. Створка упала, когда ликан уже оказался под навесом, и прижала ему заднюю конечность. Один из канатов вырвал кусок балки. Древесина внутри оказалась сырой и рыхлой, хотя снаружи выглядела терпимо.
Оборотень освободился быстрее, чем Альфриг ожидал. Стрелка отбросило к столбу, Мартен промахнулся вторым болтом. Альфриг вместе с другим участником группы волок раненого до ручья. Ликан шёл следом некоторое время, затем отстал. Никто не понял, помешало ли ему серебряное ранение или он просто отказался от преследования.
Стрелок выжил, но лишился двух пальцев и больше в группу не вернулся. Альфриг предлагал деньги на лечение. Сначала их не взяли, потом всё же приняли через посредника. Охота не закончилась победой. Оборотня не нашли, личности его не установили, пропавшие лесорубы не вернулись. Старый двор сожгли, работы перенесли, Альфриг несколько месяцев не ходил с Мартеном. Записную книгу убрал в сундук и доставал только для обычных инженерных расчётов.
Вернулся он не после убедительной речи. Одна из участниц группы принесла порванный ремень и сказала, что за ремонт заплатят. Пока Альфриг менял застёжку, она сообщила о новой дороге. Он сначала отказался, потом пришёл к месту сбора раньше остальных.
Внутри группы спор о лесопилке не закончился. Раненый стрелок считал преграду бесполезной. Другие напоминали, что запасной выход позволил вынести его живым. Альфриг переделывал описание случая три раза. В итоге оставил последовательность событий и перечень непроверенных деталей. Оправдания вычеркнул.
После этого Мартен стал называть Альфрига помощником. Это не сделало его равным остальным. Он не выбирал цели, не руководил охотой и не получал доступ ко всем сведениям. Обычно отвечал за осмотр места, инструменты, простые укрепления и дорогу назад.
Глава VI. В Предел
Группа распалась постепенно. Кто-то ушёл к другим охотникам, кто-то занялся обычной работой. Мартен начал путешествовать один, хотя сам ругал помощников за подобные решения. После одной поездки он не вернулся.
Альфриг с двумя знакомыми проверил последний известный маршрут. Они нашли лагерь, разбитый флакон и следы нескольких людей. Тела не было. Несколько месяцев Альфриг продолжал спрашивать о Мартене у торговцев и возчиков. Потом вопросов стало меньше. Наставника он погибшим не объявил.
Дома тоже всё менялось. Отец почти перестал работать у горна из-за больных рук. Совет предложил Альфригу постоянное место при ремонтной артели при условии, что тот больше не будет надолго уходить с подозрительными людьми. Альфриг отказался. Место получил другой ученик, и некоторое время они даже не здоровались.
О Пределе он услышал от купцов, заказавших крепёж для корабля. Новые поселения нуждались в рабочих, плотниках и людях, способных поддерживать механизмы. Вместе с этим рассказывали о пропажах, неизвестных существах и вооружённых разыскниках. Часть историй выглядела выдумкой. Альфригу хватило остальных.
До порта он добирался с обозом, вывозившим металл из Загорья. За проезд проверял крепления телег и помогал при поломках. В лесу один раз повёл телегу по неверному ответвлению. После этого старший возчик больше не позволял ему выбирать дорогу.
В порту Альфриг прожил почти три недели. Капитаны не хотели брать неизвестного гротдора только за обещание ремонта. Наконец его наняли на торговое судно с инструментами, тканью и поселенцами. Он получил место возле грузового отсека и обязанность помогать корабельному плотнику.
Первые дни прошли плохо. Альфрига тошнило, ноги не слушались, скрип корпуса не давал спать. Плотник отобрал у него инструменты после того, как гротдор уронил молоток возле открытого люка. Вернул, когда море успокоилось.
Позже Альфриг заменил петлю, укрепил ящик с запасными блоками и помог разобрать ручную помпу, забитую щепой. К снастям без разрешения не подходил. Во время шторма повредил колено, закрепляя груз, и два дня почти не выходил из трюма. Морских чудовищ не увидел. Когда ночью кто-то закричал о тени возле борта, Альфриг записал только чужой рассказ.
Предел встретил дождём, грязью и спором из-за разгрузки. Альфриг ожидал увидеть крепостную стену и понятный порядок на пристани. Вместо этого склады достраивали прямо во время работы, ящики стояли на мокрых досках, а носильщики назначали цену, глядя на одежду приезжего.
Альфриг отказался платить за перенос сундука и пожалел об этом почти сразу. До склада дошёл с двумя остановками. Потом узнал, где можно оставить вещи, где принимают ремонтников и кто способен осмотреть распухшее колено. Только к вечеру начал спрашивать об охотниках. Один человек посмеялся, другой посоветовал говорить тише, третий назвал место, где иногда собирались вооружённые следопыты.
Ночевал Альфриг при складе. На двери нашёл четыре длинные царапины, измерил их и уже полез за записной книгой. Потом заметил ржавый гвоздь и след от ящика, который волокли вдоль створки. Запись делать не стал.
Утром он помог двум рабочим с заклинившей тележкой. В ступице застряла щепа. За ремонт Альфрига накормили и разрешили оставить сундук ещё на день. Один грузчик рассказал о мастерской, где требовался подручный. Другой слышал про охотника, но знал только прозвище и не был уверен, что тот ещё живёт в поселении.
Так началась жизнь Альфрига в Пределе. Без собственной мастерской, без серебряного оружия и без уверенности, что здесь вообще найдётся место для его умений. В первый день ему было важнее заработать на комнату и найти человека, отвечавшего за расшатанные складские ворота.
Последнее редактирование:
