“Потому что не волк я по крови своей..
Средь Флодмундских простор, на северных равнинах раскинулась деревня кинфолков под крылом племени теневых владык. Мать Эхры, пожилая женщина, явно выносила не первое поколение кинфолков, ведь сестёр и братьев у юной девы было множество и каждый так или иначе ухаживал за совсем юным кинфолком. Однако, едва ли нам интересно ранее детство девочки, оно было уж чересчур размеренным, ни одной напасти в деревне за всё время, ведь её охраняют гордые гару. С молодых лет мать учила девушку грамматике и письму, всё же.. Не каждый Гару умеет читать и писать, на обучение ушёл примерно год. Сердце Эхры всегда трепетало перед вечно к чему-то готовящимися братьями, сестрами, что начищали оружие, точили стрелы и где-то в двадцать лет уходили.. Кто-то навсегда, а кто-то возвращался, иногда не совсем целыми. На вполне резонный вопрос взволнованной Эхры они всегда отвечали: “Вырастешь - узнаешь”. В принципе, это было правдой, постепенно, с течением лет, юный кинфолк узнавал от матери свою природу, про своего отца - гордого Аруна и главное.. Куда уходят её родичи по завершению юности. Эти самые рассказы пробуждали боевой дух Эхры, её волчью кровь, она хотела быть бойцом, защищать своих ближних, чтобы они возвращались домой живыми и целыми. До одиннадцати лет она помогала матери по дому и с новорожденными кинфолками, а повзрослев, отправилась тренировать “крепкие плечи”, которые она планировала подставлять другим. Избрав тропу охотника, юная Эхра тренировалась выживанию и терпению, уважению к лесу, так её учили родные. Она никогда не охотилась забавы ради, каждая стрела, что вылетала с её лука, была выпущена лишь ради пропитания и конечно же всё получалось не с первого раза, всё же.. Когда твои руки не направляет старшая сестра - стрелять довольно тяжело, особенно по суетливой куропатке. Быт в деревне был всё так же относительно спокоен, как и жизнь Эхры, хоть её сны иногда и имели странный, будто пророческий характер.. Но ей всегда говорили, что это нормально.. Волчья кровь наставляет и всё в этом духе. Продолжая учиться навыкам охоты, выживания.. Девочка достигает четырнадцати лет, где её забирают в отряд охотников, охотников на пиявок. Там, вместе с такими же юнцами, она постигает азы боевых навыков против кровососов. Старшие всегда твердили, что в ближнем бою против вампира шансов почти ноль, поэтому дальнобойное оружие всегда должно быть приоритетнее. Ранее Эхра имела опыт обращения с луком, но вот обращению с арбалетом пришлось учиться заново, хотя там ничего особо сложного и не было.. Но вот навыки ближнего боя она постигала с трудом, первые месяцы всегда проигрывая в рукопашных и иных дуэлях, что организовывали бывалые кинфолки. Но, конечно же с течением лет Эхра крепла, дружилась с каждый из своего большого отряда. И в девятнадцать лет она уже сама помогала юным братьям и сестрам делать свои первые успехи в стрельбе и борьбе оружием. И когда настала пора уходить, мать с долькой волнения смотрела на улыбающийся силуэт дочери, что весьма весело отмахивала рукой и следовала за пришедшим в деревню гару воеводой. 
..и меня только равный убьёт.”
Гару вёл кинфолков через леса и скалы. Предстояло уничтожить подвластную вампиру деревню где-то в горах, там не осталось ни одной души, что не была предана вирму. Остановившись в расщелине, отряду открылся вид на вполне себе обычную деревню и возвышающуюся над ней крепость. Ютившись меж таких же кинфолков, Эхра боязливо обнимала арбалет и колчан стрел, молилась духам, чтобы все выжили и гнездо вирма было подавлено.
“С другой стороны тоже есть отряд.. Когда вы услышите вой, вы должны моментально кинуться в деревню. Держитесь подальше от цитадели, оставьте это нам. Не недооценивайте гулей.”, - проговорил фостерн и умолк. Пока шквальный ветер бил по лицам, Эхра считала мгновения и когда раздался вой, все тут же ринулись в деревню. Начался самый настоящий кошмар, дома начали гореть, слышался вой, рык, всё летало и кричало и оказавшийся посреди всего этого Эхра, заняла отдаленную позицию, расстреливая гулей издалека, пока более смелые кинфолки бились на мечах, глефах и копьях. Своими глазами она видела, как недавних друзей, товарищей разрывали на куски. Всё в голове юного кинфолка было вперемешку, она действовала из банального инстинкта выживания. И когда пыль растерзанных домов осела, перед уцелевшими кинфолками открылся вид на то, как пронзенный стрелами гару добивал последнего гангрела, победоносно отрывая его голову и придавая тело солнцу. Победоносный рык двух ликантропов окутал округу, пока уцелевшие кинфолки собирались с силами на обратный путь. Домой Эхра вернулась побитой и разбитой, ни одну ночь жалея, что она не умерла.. Однако, с течением времени и с каждой вылозкой она всё больше понимала.. Что она выжила не зря. И что она должна продолжать борьбу ради погибших за общее дело, за чистоту мира от вирма. И как бы у неё не опускались руки, Эхра продолжала идти в походы, как в последний раз, готовясь отдать жизнь.
Едва ли она за десяток лет борьбы стала легендой и героем, но пару спасённых и отнятых жизней у неё были за плечами. За время постоянных налётов она научилась на удовлетворительном уровне орудовать тем, что попадётся под руку, а вот выбитый глаз в одной из битв отнял навык стрельбы, поэтому с течением времени Эхра стала всё меньше выходить на бой, предпочитая наставлять юное поколение охотников на пиявок и заботиться о пожилой матери. да и просто помогать людям в деревне и выходить на охоту, когда была нужда.
“Мне на плечи кидается век-волкодав..”
Однако, в один из спокойных дней, в деревню заявляется Гару, который принципиально ищет побитую Эхру, чтобы та, как бывалый кинфолк с множеством навыков, проводила её на Заокеанье. Она не спрашивала “Зачем? Почему?”, ей было просто приятно, что в таком довольно преклонном (для такого кинфолка как она), ей нашлось место в делах гару. Путь до ближайшего порта лежал.. Через всё те же леса и горы, они редко выходили на большак, но когда такое случалось, Эхра познавала все прелести трактира. Пьянство, иной кутеж.. Впервые за тридцать лет она смогла забыться, пару часов её не терзала вина за прошлое. Когда они наконец дошли до порта, возможность говорить на Амани помогла Эхре и её Гару выбить место на корабле до Заокеанья. “Меня ждут подвиги..”, - уверенно говорил Клиат, лежа в форме люпуса на ногах кинфолка, ответить на высшейречи она не могла, поэтому лишь кивала, внутри слегка переживая, что их потихоньку начинающийся отношения закончатся.. И когда примерно через год и пару месяцев их корабль причалил к берегам Предела, молодой теневой владыка пару недель провёл со своим кинфолком, заведя того вглубь материка и исчезнув, в последнюю ночь лишь сказав: “Тут.. Неподалёку есть каэрн. Иди туда, а я тебя потом заберу.”, - и вновь она ничего не могла ему ответить, ведь кроме высшей речи юный гару ничего не понимала, поэтому Эхре только и оставалось, что кивнуть, внутри погрустить и отправиться по наводке своего “хозяина”. 
