- Сообщения
- 925
- Реакции
- 2 196
Сам квартал - это не сеть улочек и переулков, а единая гигантская полость, вырубленная в толще чёрной скалы. Вход в Дул-Рунабад - единственный проход, пробитый в монолите, и преграждает его не дверь и не ворота, а огненный рунный барьер. Тонкая, но непроницаемая стена из багрового пламени мерцает в проёме, испуская сухой жар. Сквозь неё видны лишь смутные силуэты - искажённые, пляшущие. Чтобы пройти, нужно коснуться барьера ладонью с вырезанной на ней служебной руной - иначе пламя обожжёт до кости, даже не опалив одежды. Говорят, этот барьер держится уже семьсот лет, и ни один чужак не прошёл его без приглашения.
Внутри - пространство, которое невозможно представить снаружи. Дул-Рунабад - это не просто кузня. Это целый подземный мир, выкопанный в сердце скалы. Главный зал простирается ввысь на добрых тридцать локтей: свод поддерживают грубо обтёсанные колонны из базальта, между которых вьются клубы дыма и искр. Три гигантских горна бьют в самом центре, и их жар таков, что даже на дальних балконах кхазады работают голыми по пояс, обливаясь потом. Главный молот - махина с кулаком из обсидиана - опускается с гулким ударом каждые три удара сердца, сотрясая всю скалу. Вокруг главного зала, ярусами уходя вверх и вглубь, выкопаны жилые кварталы - тесные, но тёплые ниши, которые кхазады называют "кхазадумами". Туда ведут узкие лестницы, вырубленные прямо в стенах, и деревянные мостки, нависающие над пропастью горнов. В этих кельях ютятся семьи рунщиков и подмастерьев: стены завешаны инструментами, в углах - тюфяки из козьей шерсти, а вместо очагов - небольшие жаровни с тлеющими углями. Запах пота, старого эля и жареных пещерных грибов здесь никогда не выветривается. В дальнем конце кузни, за горнами, находится общая пивоварня "Горог-Грунг" ("Пьяная шахта") - вырубленный в скале низкий зал, где вместо столов - каменные плиты, а вместо лавок - обрубки стволов. Там кхазады отдыхают после смены, потягивая тёмный, густой как дёготь эль из кружек-черепов. Ещё глубже, в самом нижнем ярусе, расположен подземный рынок "Караз-Дул" ("Чёрная гора"), где торгуют бартером: руда на уголь, уголь на готовые заклёпки, заклёпки на свежие грибы из дальних штолен.
Жизнь в Дул-Рунабаде подчинена не городским законам Дредмора, а своду гильдейских правил - "Крон-Анкор" ("Книга Владения"). Любой спор решает Совет Старейшин: трое древних кхазадов, чьи бороды касаются пояса, а память хранит имена мастеров, работавших здесь ещё до прихода людей. Чужаков в квартале не любят, но терпят, если те приходят за заказом. Исключение делают для ш'улов - с ними у кхазадов давняя торговая связь, и в дальнем углу даже есть маленький алтарь, украшенный паучьим шёлком, - дар от племён Звёздных пещер. По ночам (а внутри Дул-Рунабада нет ни дня, ни ночи - только смена смен) гул молотов затихает, и на первый план выходят низкие, горловые песни. Кхазады поют о горах, которые они потеряли, о жилах, которые ещё не нашли, и о старом пиве, которое выдерживалось в дубовых бочках триста лет. Песни эти слышны даже на поверхности - как далёкий рокот камнепада. И каждый, кто слышит их впервые, понимает: он ступил на землю, где время течёт иначе, где век кузнеца измеряется не годами, а числом переплавленных наковален, и где даже самый чёрный от сажи камень хранит память о руне.
Последнее редактирование:
