[ОДОБРЕНО] Воин-выпускник | Людоед | Взломщица — Ирри „𝓞𝓼 𝓸𝓵𝓱𝓸𝓼 𝓺𝓾𝓮 𝓿𝓮𝓶 𝓭𝓪 𝓸𝓾𝓽𝓻𝓪 𝓫𝓪𝓷𝓭𝓪“

​

В детстве Ирри редко участвовала в общих играх. Не то чтобы её не брали с собой - звали, конечно. Просто ей быстро становилось скучно. Пока остальные бегали по деревне, спорили и придумывали себе какие-то занятия, она могла просидеть неподалёку весь день, наблюдая за ними.

Её интересовали всякие мелочи. Один мальчишка постоянно дёргал себя за рукав, когда пытался соврать. Соседская девочка при разговоре крутила прядь волос, а старый торговец перед тем, как назвать цену, всегда кряхтел и поправлял пояс. Ирри запоминала подобные вещи, хотя сама не могла толком объяснить, зачем.

Иногда она пробовала повторять за окружающими. Копировала чужую походку, меняла голос, пыталась улыбаться так же, как другие. Однажды за ужином она несколько раз передразнила выражение лица отца, пока тот не заметил и не спросил, что с ней такое. Ирри ответила, что ничего, и продолжила есть. Объяснять было нечего - ей просто хотелось посмотреть, получится ли.

Жила она в обычной деревушке. Никаких особенных событий там не происходило: взрослые занимались хозяйством, дети помогали родителям, а по вечерам местные собирались вместе и разговаривали. Ирри тоже помогала по дому, ходила за водой и выполняла поручения. С делами у неё проблем не было. С людьми - немного сложнее.

Она могла посреди разговора замолчать и уставиться на собеседника. Порой задавала вопросы, которые другим казались бестактными, а на просьбы перестать пялиться только пожимала плечами. Ей объясняли, что так делать невежливо, она кивала и вроде бы понимала. А через пару дней всё повторялось.

В конце концов местные привыкли. Кто-то считал её чудачкой, кто-то посмеивался, а некоторые просто старались не обращать внимания. Сама Ирри особо не переживала. Её куда больше занимало, почему один человек смеётся над её выходками, а другой злится из-за совершенно такой же мелочи.​

​

​

С охотой Ирри познакомилась довольно рано. Сначала всё было просто: научиться держать лук, попадать в цель и приносить домой добычу. Первые попытки выходили так себе. Стрелы летели куда угодно, только не туда, куда нужно, а звери частенько успевали скрыться прежде, чем она хотя бы натягивала тетиву.

Но Ирри не бросила.

Ей нравилось уходить в лес, где можно было спокойно заниматься своим делом. Там не нужно было поддерживать разговор, отвечать на вопросы или следить за выражением лица. Достаточно было смотреть под ноги, прислушиваться к звукам и не пропускать мелочи.

Однажды она довольно долго шла по следу небольшого зверька. Несколько раз тот останавливался, перебирался через поваленные деревья и скрывался в зарослях. Ирри могла выстрелить раньше, но ей хотелось подождать. В итоге зверёк нырнул в нору, а она осталась с пустыми руками.

Домой Ирри вернулась голодной и злой. Весь вечер она вспоминала, где могла ошибиться, а наутро снова отправилась в лес. В следующий раз она решила не тянуть до последнего и всё-таки добыла себе ужин.

С тех пор она стала внимательнее следить за тем, как ведёт себя добыча. Где останавливается, чего пугается, куда бежит, если заметит опасность. Иногда Ирри специально выжидала, даже когда могла закончить охоту одним выстрелом. Не всегда это было разумно, но ей хотелось проверить свои догадки.

Позже она заметила, что с людьми всё работает примерно так же, только толку от её наблюдений было меньше. Человек мог поступить совершенно неожиданно, а потом ещё и обидеться, если Ирри пыталась выяснить причину.

Это раздражало. И одновременно затягивало.​

​

​

Первые попытки наблюдать за незнакомцами были довольно безобидными. Ирри могла заметить кого-нибудь на рынке, запомнить его одежду и пройти следом до соседней улицы. Если встречала того же человека на следующий день, старалась оказаться поблизости и посмотреть, узнает ли он её.

Большинство не узнавало. Иногда кто-нибудь спрашивал, не нужно ли ей чего-то. Ирри отвечала, что нет, и уходила. Ей нравилось угадывать, как люди поведут себя при следующей встрече, хотя получалось далеко не всегда.

Потом она начала оставлять подарки.

Ничего ценного у неё не было, да и тратить деньги на подобные затеи Ирри не собиралась. Поэтому в ход шли засушенные цветы, красивые камешки, найденные безделушки и небольшие фигурки, которые она вырезала сама. Обычно подарки появлялись возле дома или на привычном пути человека.

Однажды она оставила деревянную фигурку у соседской двери. На следующий день та лежала в грязи. Ирри подняла её, отряхнула и поставила обратно.

Вечером хозяин дома вышел наружу, посмотрел по сторонам и унёс фигурку внутрь.

На утро она снова лежала у порога.

Ирри долго крутила находку в руках, пытаясь понять, что произошло. Может, хозяину не понравился подарок? Тогда зачем он забрал его в дом? Или он решил, что фигурка принадлежит кому-то другому? Последний вариант казался ей глупым, но других объяснений не находилось.

В конце концов она оставила всё как есть. Спрашивать напрямую не хотелось - вдруг человек решит, что это именно она таскает ему всякий хлам.

Если кто-то ей нравился, Ирри могла уделять ему много внимания. Запоминала привычки, интересовалась занятиями, иногда придумывала прозвища. Ей даже нравилось подбирать подарки под конкретного человека. Однажды она несколько дней искала подходящий камень для женщины, которая собирала необычные минералы. Когда наконец нашла, оставила его у той двери и весь следующий день надеялась увидеть реакцию.

Женщина камень забрала, но Ирри так и не узнала, понравился ли он ей.

Подобные вещи могли занимать её неделями. При этом сама мысль о том, что кому-то не нужно её внимание, приходила в голову далеко не сразу.​

​

​

Не все были готовы терпеть подобные знакомства.

Однажды мужчина, которому Ирри несколько дней оставляла подарки, собрал их у порога и выбросил прямо на дорогу. Она видела это из-за угла. Сначала решила, что он просто не заметил, что вещи кто-то приносит специально. Потом услышала, как он ругается на неизвестного доброжелателя, и поняла, что ошиблась.

Ирри стало обидно. Она ведь потратила время, выбирала вещи, старалась. В голове не укладывалось, зачем нужно было всё выбрасывать, если можно было просто оставить на месте.

Несколько дней она обходила этот дом стороной. Потом всё-таки вернулась и оставила у двери маленькую ветку с необычными листьями. Не подарок даже, скорее проверка. Мужчина её заметил, оглядел улицу и унёс ветку внутрь.

Больше Ирри к нему не приходила. По крайней мере, какое-то время.

С просьбами оставить людей в покое у неё тоже не всегда складывалось. Она могла согласиться, уйти, а спустя несколько дней снова появиться неподалёку. Ей казалось, что за это время человек успеет успокоиться. Иногда так и происходило, но чаще всё заканчивалось очередной ссорой.

Один раз незнакомец попытался схватить её за руку. Ирри вырвалась и бросилась бежать, даже не обернувшись. Уже в безопасном месте она долго злилась - на него, на себя и на то, что не заметила опасности раньше.

После этого она стала осторожнее. Если человек повышал голос, начинал оглядываться по сторонам или слишком долго следил за её движениями, Ирри старалась не задерживаться. Любопытство любопытством, но получать по лицу из-за очередной глупости ей совершенно не хотелось.

При этом обычное общение никуда не делось. Она могла сидеть у костра, смеяться над шутками, помогать другим в дороге и даже привязываться к тем, с кем проводила много времени. Просто Ирри порой не замечала, в какой момент дружелюбие превращалось в навязчивость.

А когда ей прямо говорили, что она перегибает палку, первой реакцией обычно было искреннее недоумение. Она могла спорить, обижаться или уходить, хлопнув дверью. Признавать собственную неправоту ей не нравилось.​

​

​

Со временем Ирри стала чаще покидать родные места. В дороге хватало случайной работы: где-то требовалась охотница, где-то нужно было помочь с простыми поручениями. Много денег ей не требовалось. Главное, чтобы хватало на еду и ночлег.

Лук она по-прежнему носила с собой. Стрелять предпочитала с расстояния, не торопясь и выбирая подходящий момент. В ближнем бою чувствовала себя куда менее уверенно, поэтому старалась не доводить дело до драки. Если можно было убежать, она убегала. Если не получалось, приходилось выкручиваться на месте.

В путешествиях Ирри заинтересовалась чужими домами. Сначала просто разглядывала их снаружи, запоминала окна, двери и время, когда хозяева уходили по своим делам. Потом ей захотелось узнать, что находится внутри.

Однажды ночью она всё-таки пробралась в пустовавшее жилище. Никаких особенных сокровищ там не оказалось. Одежда, посуда, старые бумаги, несколько инструментов и деревянная фигурка на столе. Ирри обошла комнату несколько раз, заглянула в ящики и даже подняла край матраса, но ничего интересного не нашла.

Уходить было немного обидно.

Она уже направилась к двери, когда заметила на столе сложенный лист бумаги. Разворачивать его Ирри не стала. Вместо этого она переставила фигурку на другой край стола и вышла наружу.

Через пару дней она вернулась. Фигурка стояла на прежнем месте.

Ирри нахмурилась. Может, хозяин вообще не заметил перемены? Или заметил, но не придал ей значения? Она попробовала переставить фигурку ещё раз, на этот раз положив её набок. После этого возвращаться в дом стало гораздо интереснее, хотя сама Ирри не могла объяснить, зачем ей так важно получить ответ.

Подобные вылазки не всегда проходили гладко. Несколько раз её едва не замечали, однажды пришлось выбираться через окно, оставив зацепившуюся за гвоздь часть одежды. После этого Ирри несколько дней ворчала и обещала себе больше не лезть туда, куда не следует.

Обещание продержалось недолго.

Чужие вещи рассказывали о людях больше, чем случайные встречи. По беспорядку на столе, аккуратно сложенной одежде или письмам, спрятанным под другими бумагами, можно было составить собственное представление о хозяине. Насколько верное - другой вопрос.

Ирри не считала себя жестокой. Она не отправлялась в путь с намерением кому-нибудь навредить и не искала драки ради развлечения. Но чужие запреты редко останавливали её надолго, особенно если за ними скрывалось что-то, чего она ещё не видела.

Иногда ей действительно хотелось кому-то помочь. Иногда - просто узнать, что произойдёт, если сделать что-нибудь неожиданное. А иногда она и сама не могла понять, зачем снова возвращается к человеку, который уже ясно дал понять, что видеть её не желает.

В такие моменты Ирри предпочитала не задумываться слишком долго. В конце концов, впереди всегда находилось что-то новое: незнакомая дорога, чужой дом или человек, чьи привычки ещё предстояло разгадать.​

Спойлер: ООС-инфа

1. Имена и прозвища: Ирри, Ри.

2. OOC-ник: Irri

3. Раса: Дхарши.

4. Возраст: 22 года.

5. Вера: Следует вере дхарши, но не является фанатично верующей.

6. Внешность: Рост 140 см, худощавая, но крепкая. Светлые волосы, тёмные глаза с красным блеском. Одевается просто, предпочитает практичную одежду.

7. Характер: Любопытная, наблюдательная и терпеливая. Любит изучать людей и их привычки, но часто не замечает, когда становится навязчивой. Тяжело воспринимает отказы, хотя при реальной опасности предпочитает отступить.

8. Таланты и сильные стороны: Хорошо обращается с луком, умеет выслеживать добычу, внимательна к деталям и терпелива.

9. Слабости: Чрезмерное любопытство, трудности с пониманием личных границ, болезненная реакция на отказы. Не склонна вступать в открытый бой с сильным противником.

10. Привычки: Наблюдает за людьми, запоминает их распорядок, оставляет небольшие подарки, иногда проникает в чужие дома из любопытства.

11. Мечты и цели: Лучше понимать людей, исследовать мир и разобраться, почему одни тянутся к ней, а другие избегают.

12. Языки: Монтивагус - родной; Амани - на примитивном уровне, простыми словами и ломанными фразами.

 

[Gepardovich]

 

[ruffiku]

 

[ruffiku]

Жертва найдена..​

​

Спойлер: Записи в тетради.

[/SPOILER]

 

[ruffiku]

Новый дом?..​

 

[ruffiku]

Шорох в темноте​