1. Имена, прозвища и прочее: Гавриил Коэн, "Ведающий", "Ученый", Цедронский Прохиндей, Моша(Моисей) Аврамович
2. OOC Ник: Yarik_PVE
3. Раса персонажа: человек, вампир
4. Возраст: 26 - биологически, 41 - хронологически
5. Вера: экстроординарна с явным влиянием вифринизма
6. Внешний вид: мужчина средних лет юго-треливской наружности, одет и обут под стать обычным одеяниям тех краев
7. Характер: в основном спокоен и рассудителен, однако часто становится жертвой энтропийных отклонений
8. Таланты, сильные стороны: языковед-полиглот, переговорщик и мыслитель, все вампирские
9. Слабости, проблемы, уязвимости: все вампирские и дисциплин, проклятие клана
10. Привычки: как таковые отсутствуют
11. Мечты, желания, цели: пути малкавиан неисповедимы
12. Языки, которые знает персонаж: сарихадунхъорский, амани, арварохский, алаотский, дартадский, гротдорский, хобсбуржский
13. Функциональные роли: вампир, вор
Небольшая толпа южан взбиралась по бархану, порою скатываясь вниз на потоках осыпающегося песка. Ночь стояла холодная, но томящимся не-жизнью существам это не мешало. Сколько бы те не гадали на будущее пред подходом сюда - каждый раз рука малкавиан тянула Дурака. Еще пара шагов и место назначения уже было под ногами... Но ничего не происходило. Сородичи чуть распределились, но все еще... Ничего. Некоторые уже начали недоумевать - вдруг вся эта тяга лишь жестокая шутка их отца-основателя? Один из южан скинул свою арафатку на плечи, оголив молодой лик и через секунду развеяв маску затемнения, обратившись стариком, да обращая свой взор по своим последователям, задерживаясь на одном, что опустился на колено и зачерпнул в ладонь песка, что стекал меж его пальцев и замер: "Гавриил, ты что-то видишь?" - но мужчина средних лет, смуглый, чей взор остекленел и уставился в землю, не ответил... Полная луна заняла ровно зенит и один за одним остальные малкавиане упали на песок, кто-то лицом в землю, кто-то на колени, схватившись за голову. Последним в транс упал старик, присев на землю... Гавриил же опустился первым - единоразово тот будто окунулся в воду и иссох до костей... Разом он услышал все и полную тишину - и звук этот отразился по перепонкам, отражаясь в такт по спинному мозгу, словно здравствуй и прощай, словно вся нервная система разом оголилась и окунулась в огонь и сразу затем чувство боли кануло в лету, словно его и не существовало. Гавриил пытался упорядочить все что видел, но каждый раз он начинал вновь, каждый раз звук в такт ударял сам в себя, запуская мысль вновь, но не способный доставить его до конечности и мозга. Словно тепло матери и ярость зверя - все разом захлестнуло сознание сарихада, наполняя разум и опустошая одновременно... Истинная смерть - первая мысль, что посетила малкавианина, именно о ней он подумал, и о ней вообразил и первая эмоция, что он разобрал в этом потоке - страх, столь несвойственный и даже позабытый и вся жизнь и не-жизнь словно несущаяся лавина окатила глаза - Гавриилу явилось то, как все началось... И вот он там, где она закончиться?
***
История берет начала в Цедроне, крупном Сарихадунхъорском городе, в семействе Коэн, исторически - свободном и религиозном роде, о чем фамилия и говорит, а в данный момент - процветающем и обеспеченном. В семье этой был рожден мальчик, здоровый, без болезней и вполне, на первый взгляд, обыкновенный, назвали его - Гавриил, по старшинству среди, в общей сложности, 3 братьев и 1 сестры тот был вторым, с самой младшей тот имел разницу в 5 лет. С малых лет особо примечателен он не был - рос в обеспечении и крайне сильной духовности, глубоко впитывая сильную религиозность Сарихадухъора, довольно скоро, на домашней основе, обучился письму и чтению ближе к 10 - отца тот видал редко, занятой человек, имеющий довольно высокий социальный статус, а мать занималась детьми и домашними делами. С взрослением у мальчика появлялись интересы - вифринизм, религиозные истории и легенды о Хершуне, к этому Гавриил тяготел неистово. Что же касается братьев и сестер его: Давид, старше Гавриила на 2 года, уродился крепким и тяготел к военной науке, младший, Абрахам - на 1 год младше был, на то время о нем ничего такого и не скажешь, но в будущем его интересом стала наука, а сестра, самая младшая, ничем на фоне мальчиков не выделялась, но даже в малом возрасте была вполне мила, а отец рассчитывал на ее удачный брак. Дети росли и 2-й Коэн много времени проводил в молитвенной, что была отстроенная как пристройка как раз еще под его рождение. Также тот начал посещать службы вместе с придворными, что выступали сопровождением, проповедники замечали юнца в толпе слуг дома Коэн - те пророчили прекрасное будущие в религиозных кругах, смотря на этот юный интерес.
Возраст Гавриила подошел в 15-ти и даже чуть перешагнул - как то было принят, он был отправлен в столицу Сарихадунхъора, в Фъерехонский кашпит, высшее учебное заведение. Годом ранее его старший брат также был сослан сюда, с сопровождением и доставлен к одному военному, знакомому отца, в чье повеление и был всучен на время обучения, 2-го же Коэна отправили на попечительство к профессору кашпита - Аврааму бен Йосефу, также другу семейства, что, по совместительству, был и его учителем, ведь зачислили Гавриила на богословско-философский хъен. Началась учеба и шла она вполне на руку юнцу, пусть по началу и было сложно, как и любому другому, преподаватели были требовательны, но пытливые умы вполне могли осилить все, что предлагала учебная программа. Здесь Гавриил еще больше окунулся в духовность своей Родины, им стали предлагать мысли, обдумывать те - в общем, основы философии. Также он часто разговаривал со своим попечителем, что назначил тому отец - Авраамом, мужчиной, чей возраст будто бы застыл на отметке в лет 30, хотя говорил он и вел себя на несколько, может, пять или десять, чисел больше и не смотря на освещенность пустынных земель Сарихадунхъора его кожа была вполне светлой, да - назвать бледным, как Флоресскую аристократию, его язык не повернулся бы, но на фоне смуглых и поджарых местных тот несколько выделялся, хотя и был коренным жителем с богатым наследием, как говорили те, кто хоть немного интересовался его происхождением, а были это немногие. Дом его, как и весь образ жизни - были весьма аскетичны, в его доме даже не было зеркал, ведь, как сам говорил - это были бы лишние предметы, на кои приходилось бы обращать внимание. Разговоры же эти были - весьма интересны, профессор рассказывал о своей научной деятельности, о том, как ведет раскопки древних руин юга Трелива и от того пропадает в этих поездках на месяца по три каждый год, а чаще и больше, что Гавриил лично и видел. На крайне очевидный вопрос юнца: "А что конкретно вы там ищите?" - Авраам чаще лишь усмехался и говорил: "Историю." Стоит сказать, что эти поездки профессор организовывал чуть ли не самолично, пользуясь связями в столице, но разумеется - с одобрения кашпита, что охотно продвигал подобную историческую деятельность, однако каких-либо весомых результатов данный проект - не показывал, но ученые не отчаивались.
Обучение в кашпите отнимало много сил, но и о развлечениях студенты не забывали, ведь это - расцвет жизни, в эти годы Гавриил познал как дружбу, так и срам предательств, так и любовь - да не одну. Стоит сказать, в свои лучшие годы он был довольно ветрен, но усерден в учебе, потому на личном фронте тот не проигрывал, но и про образование уж точно не забывал. С общением у Гавриила проблем не было - хъен предусматривал ораторское мастерство, так что на язык тот стал остер. Также в процессе обучения тот довольно сильно увлекся языками - мысли, непереводимые на его родной язык, да и в принципе крайне полезный навык, что мог пригодиться в будущем - с небольшого толчка Авраама тот опустился в это с головой. Первыми стали - Алаотский и Арварошский, одна языковая группа с Сарихадским, что далось тому вполне себе, так что тот мог вполне совмещать языковедение с основными занятиями. Далее тот решил овладеть - Амани, всеобщий язык, с лексикой и грамматикой у Гавриила были определенные проблемы - те от его родного и уже изученных сильно отличались, от того и трудности, также эти уроки пришлись уже на вторую часть обучения, от чего нагрузки по кашпиту стало больше, но даже так - язык поддался. Время близилось к очевидному заключению обучения, пусть на богословском и порою задерживаются поболе, но срок обучения 2-го Коэна не особо превысил стандартный. В это же время старший брат его - Давид, окончил свое военное обучение и предложил брату вполне сдельное предложение - стать переговорщиком при нем, ведь у старшего уже были рекомендации от капитанов, так что будущее во флоте не заставило бы себя долго ждать. Несомненно - Гавриил отказаться от такого не мог, тем более учитывая его вполне сносные навыки оратора, что были получены по учебе, от того языковед избрал еще несколько стезей для себя - Хобсбуржский, Дартадский и Гротдорский, вполне полезные для подобной работы. Обучение же продлилось недолго - окончил он кашпит вполне сносно, как подобает человеку его происхождения и положения, от чего получил даже похвалы отца, что посетил его в вечер окончания заведения, но и особо отличившимся его назвать - язык не повернулся бы, но его мысли, которые тот выражал по обучению - были необычны, будучи языковедом он, волей-неволей, но интересовался зарубежными трудами коллег-философов и впитывал некоторые идеи оттуда, подобный подход можно было смело назвать - нестандартным, но во что-то серьезное это не вылилось в пору неопытности мыслителя, однако некоторым учителям тот вполне запал в душу, в частности - Аврааму бен Йосефу, которому эта нестандартность крайне нравилась, чего он не скрывал.
По окончанию кашпита в 21 Гавриил вместе с братом стал отвечать за часть торговых отношений на гротдорском и хобсбуржском фронтах - знания и ораторское мастерство младшего делу явно помогало, а из старшего вышел добротный военный, что может обеспечить безопасность кому бы то ни было. И эта деятельность принесла свои плоды для мыслителя - свои языки, а также дипломатические навыки тот подтянул на деле и верно хранил честь своего рода, показывая силу своей крови - несколько лет бок о бок с братом тот верно служил своему государству, переправившись обратно в Цедрон. О своем образовании тот также не забывал - исправно посещал молитвенные, рассуждал со своими коллегами по ремеслу, пересекался с одногруппниками, что учились вместе с ним, но работа в семейном деле отнимала много сил, от того - философией заниматься не особо было время, но в одну из недель его стол посетило письмо крайне странного содержания от вполне известной личности...
"Вы делаете большие успехи, Гавриил, но вы, похоже, начали забывать о своей основе - своем образовании. Я приглашаю вас на раскопки, в пустынное сердце большой соседней Империи Арварох. Прошу прислать ответ незамедлительно, отправление уже обозначено датой - 23 Бладрайза. Думайте, дорогой Коэн, возможно, этот выбор перевернет вашу жизнь на до и после."
- Авраам бен Йосеф
Безусловно, не согласиться тот не мог. Незамедлительно Гавриил отправил эмоциональный ответ и стал собираться в дорогу... В некоторой близости от Фъерехона тот пересекся с экспедицией профессора и они отправились в пеший путь до сердца великой арварохской пустыни. Дорога была - долгой, в этот раз путь лежал в новое место, по крайне слабо использующимся из-за их непрактичности дорогам, от того только месяц-полтора заняли дорога. Гавриил к настолько жестокой дороге готов особо-таки не был, но держался молодцом, порой изнемогая от жары, в то время как профессор и пара его приближенных - также мыслителей и духовников из столицы - будто бы вообще не страдали от палящего солнца, туго затягивая плотные арафатки и опуская взгляд в песок. Сменялись дни и ночи - также проводники и верблюды, пока наконец они не приблизились к руинам...
Развалины, в свою очередь, скорее походили на простой бархан с какими-то обломками песчаных кирпичей, что делал оборот и переходил во впадину, где эти кирпичи были хотя бы несколько похожи на строение. Проводники покинули группу, на месте раскопок же уже были часть исследователей - все, скорее, походящие на кочевников люди, однако что-то в них тут и там выдавало в тех некоторую "ученость" - книга в руках и чернильница и пара запасных перьев, торчащих из-под одеяний. На фоне их выделялись пара человек - явно арварошцы, крепкие, смуглые, никогда не открывающие лиц и вооруженные, а их походка, манера речи - все выдавало в них наемников, грубую силу, что так и оказалось. Прибыли столичные ученые в ночь, Гавриилу выделили палатку в лагере и тот сразу отправился отдыхать, а вот остальные приезжие - стали расспрашивать о том, что уже удалось выяснить, а времени на раскопках, в этот раз, им предстояло провести крайне и крайне много...
Дело шло мерно, своей чередой. Гавриил помогал в раскопках, как и остальные. Что показалось тому странным - образ жизни исследователей. Вставали те почти что в сумерках, да и сами были довольно холодны - косились на молодого ученого, будто на какую бестию. Большую часть своего досуга, пока остальные исследователи занимались раскопками, Гавриил проводил с профессором - тот посвятил его в труд, над коем кропит уже довольно долго. Суть его была в несколько ином философском движении - сарихадская школа философии итак содержала много мистики, но идеи Авраам мистифицировали куда большее, а вместе с тем - персонализировали в вполне конкретную личность творца, а также опирающееся на описание мира через законы, вполне систематизированные и строгие, но эти труды, на данный момент, были лишь идеей, а ученик с большим интересом расспрашивал того об этом самописном течении, что учителя - не могло не радовать, хотя и был в этом один крайне критичный нюанс - разговоры эти Коэн запоминал крайне плохо, да к тому же стал сильно худеть, будто бы от недостатка крови, хотя питался вполне себе... Также - тот запил, прекрасное вино, что привез с собой профессор, правда последствия от испития были странные. Мысли начинали путаться, пред глазами Гавриила вспыхивали картины, а речи скорее походили моментами на фантасмогорический бред, однако учитель его был этим вполне доволен, сам же ученик - сердечно за такое извинялся, списывая все на усталость, на что ему отвечали пониманием, все-таки - что он мог сделать супротив вампирских уз? Но в один момент, спустя где-то неделю-полторы после прибытия, Авраам также поумерил пыл свой относительно новой крови на поприще истории, дав восстановится денек-другой. После этого срока - в очередную ночь, когда Гавриил выходил из палатки исследователи нечеловечески накинулись на того! Пара штук обхватили руки, отбивая по бокам, а сам профессор - вполне легко обескуражил юнца простым хлопком пред лицом, что по звуку скорее был схожен на колокол, а после - Коэн потерял сознание, падая из палатки - лицом в песок... Авраам склонился над телом, затаскивая того обратно и начиная обряд перехода.
Гавриил проснулся. Проснулся от голода. Он желал крови. И тут же на глаза тому попалась верблюжья туша - свежее мясо, специально приготовленное для того, привлекло дитя ночи и тот без раздумий накинулся. Пролежал он так - несколько дней, четыре, если быть точным. Сразу как пелена неимоверного голода прошла - тот обнаружил себя в крови, животной крови, даже испугался от такой картины, но взял себя в руки, обнаружив пред собою своего учителя. Новую кровь - вампира, довольно быстро ввели в курс дела, пусть и времени на осмысление у того ушло много, все-таки поверить в свою новую суть - не самая легкая задача даже для ума Коэна, что уже был на узах Малкавианина, да и был склонен к мистификации всеразличного, ведь такова была философская школа Сарихадов. Времени у данной группы было не особо, так что и за обучение дисциплинам принялись они довольно скоро. Поверить в сверхъестественное Коэну было сложно, но лицезрев некоторые способности вампиров - не поверить было еще сложнее, благо разум философа был вполне подготовлен, хотя и на свыкание - ушло достаточно времени, принять новые обычаи, питье крови, ему повезло, что он вошел в мир порождений тьмы с дверей достаточно ему знакомых - дверей разума, мысли, возможно, иногда, придурковатой и не обоснованной - но яркой мысли, стези, на которую он убил крайне большой кусок жизни. На крайне очевидный вопрос Гавриила, к которому он пришел, на удивление, довольно быстро: "Почему я?" - сородичи отвечали крайне просто: "Просто потому, что ты был другим и понравился нашему сиру." - что было вполне себе правдой, мысли Коэна лишь были симпатичны маэстро малкавиан и от того его темный взгляд пал на того. Дисциплинам же его учил один из исследователей из Фъерехона и сам профессор. Первый - основной, стойкости, из-за чего раскопки значимо замедлялись, ведь пара свободных рук были слегка заняты, а вот дополнительной того соизволил обучить сам его сир - Авраам, и стал это дар Очарования, что сам старший Малкавианин получил в дар от одного сумасбродного Тореадора из своего крайне насыщенного прошлого. Внедрение в политику темных отродий также произошло резко, но Гавриил, на удивление иных родичей - держался молодцом, впитывая информацию меж делом, ведь до этого покататься в склоках столичных вельмож ему уже довелось. Раскопки же - шли плохо, но быстро. Стало очевидно, что история - явно не то, что разыскивает высший Малкавианин и ради чего собрал команду родичей, но что конкретно они искали - все еще было загадкой для Коэна. Также произошло и знакомство с Сетью Безумия, и опыт этот для Гавриила стал удивителен - поток мыслей, необузданный, но такой, который разум мыслителя вполне мог обдумать. Спустя где-то еще месяц-полтора стало очевидно, что исследование запорошенных парой тонн песка руин не принесло бы ничего, от того экспедиция стала складываться, а Коэн меж делом, от малкавиан-товарищей, несколько больше узнал про себя и их цель - как оказалось, маэстро, возглавивший группу, проводил поиски так называемой "забытой" дисциплины малкавиан, впрочем - безуспешно. Общими мыслями группы было наконец посетить "точку", от того - группа держала путь обратно, в Сарихадунхъор, а Гавриил недоумевал, но благо терпимым собратьям - те пытались тому все объяснить.
Стоит сказать об этой самой группе. Возглавлял ее - так называемый Авраам бен Йосеф, высший вампир. Как Малкивианин сохранил свою кровь в такой силе, а точнее - кто позволил этому свершится? Неизвестно, но факт есть факт - он собрал вокруг себя единомышленников, в основном - своих детей и детей их детей и скрывался от интереса крупных кланов здесь, под палящим Солнцем юга Трелива, всегда менял маски, как души так и оболочки. Имя его - не ему принадлежит. Это имя личины, что породил он сам, лик же настоящий его - стар, словно мир. Четверо обычных, не считая новой крови, тройка низших, а также, как узнал Гавриил - пара лиц сопровождения, члены так называемого клана Ассамитов, касты воинов, с которыми как-то смог договориться его сир - подробности сделки не разглашаются, но основная теория - что-то связанное с Сетью, может, предсказание. Что касается "точки" - это место, куда необъяснимо тянет Малкавиан и где они испытывают крайне странные ощущения, как гласили теории - место, где их прародитель, Малкав, последний раз шагал в миру, либо же что-то сделал. Ранее группа Авраама отказывалась от подобной "подачки" но попытки поиска последних лет не дали плодов, а кашпит уже крайне бесновался подобными стагнациями, от того - и они решили отправиться в паломничество. В этом пути Гавриил много узнал, в то время как маэстро стал молчалив - все время думал, размышлял, вздыхал, но к чему не приходил. В пути этом Коэна понатаскали его братья, в первую очередь - в ближнем бою и дисциплинах, будучи каким-никаким сословием, тот, конечно, имел воинскую базу, но с новыми, вампирскими мощами это стало куда проще, да и в принципе - полезно. Также те из родичей, что много где бывали, вкратце, а иногда и поподробней рассказывали о иных религиях с далеких земель, что давало много пищи для размышления Коэну, также о кланах, иных дисциплинах, благо ростер онных у Малкавиан вполне позволял даже показать часть из них. Также попытались вкратце ввести того в политику мира теней - принципы Камарильи, Шабашитов и Анархов, но в большинстве своем нейтральные Малкавиане-ученые, что жили здесь, под палящим пустынным Солфаром, не могли сказать конкретную позицию относительно этих каст, да и времени им - не особо доставало, они приближались к той самой "точке"... И вот - группа спешилась и пошла...
***
Гавриил проснулся. Магнус недурно проскользил по небу, до рассвет был примерно час, а то и меньше, а Ассамиты поднимали остальных родичей. По итогам новости были - дурные. Как сказали наймиты - Авраам проснулся спустя буквально пару минут и дал наутек, даже с опытом воинов - маэстро ускользнул, а пару низших, что в своем бреду начали использовать способности и тратить Витэ, а по выходу впадали в голодную ярость - те зарубили особо без сожалений, а их мумифицированные после истинной смерти тела уже занес песок. Те, кто прошел сквозь транс, сильно переменились и как итог - каждый из Малкавиан пошел своей дорогой. В голове же Гавриила засел одна крайне мощная ассоциация - личность. Будто бы некто проводил этот сеанс, будто этот некто - и есть источник того, что вампиры называют проклятием, а те рассказанные и внушенные очарованием идеи сира засели глубоко, настолько, что стереть их уж и не получиться, былое позабылось - теперь в глазах будто бы была новая картина, но Коэн достаточно быстро усвоил новые ощущения, перейдя к практичной части вопроса...
Используя накопления и связи, тот отправился в путь - на Флорес, со столичных портов, вместе с одним малкавианином, что ранее учил того дисциплине. Он не объяснялся перед семьей, стал куда более непредсказуемым, но все еще мог держать себя в руках и взывать к своему недюжему интеллекту. На Флоресе они - задержались, ходили меж огней, пересекались с представителями иных кланов и каст, воочию лицезрев принципы Совета, понятия Анархов и законы Шабаша - ученым вполне удавалось лавировать на нейтральной ноге меж ними, с таких Малкавиан спросу особо-то и нет, они помогают, по возможности пользуясь Сетью, коей Гавриил сносно овладел за годы ходьбы по Хобско-Флоро-Хаккмарским землям. Товарищ помог в становлении, как дитя тьмы - рассказал об охоте на людей, вытренировал Коэна для сурового мира тьмы и склок, пусть сам сарихад был не очень рад такому - иначе здесь не выжить, держась лишь за остатки человечности - таков путь. Стычки закрепили боевые навыки, частые контакты дали обуздать дополнительные силы, а благодаря Очарованию - питаться было вполне безопасно. Увы, но судьба разделила Гавриила с его спутником, когда младшая кровь, казалось, вполне поняла все принципы - товарищ предпочел покинуть его, его ждали дела, да только какие - Коэну узнать было не суждено, ох уж эти Малкавиане, от того он лишь надеялся, что родич доберется куда-бы он не хотел в целости, но больше он его не видел. Свои познания теологии он также укреплял, порой перебирался с места на место с труппами соклановцев, но долго нигде не задерживался, зарабатывал же он как шарлатан-предсказатель, чему обучился, при чем довольно хорошо, у своих сородичей, что ценили его как мыслителя, да - таковых в рядах малкавиан много, но тех, кто действительно получил сносное образование, а не брюзжит о конце света, смерти или размыты фразами - мало; порой ему приходилось и воровать - забираться то тут то там в поиске ценностей, да - ему самому, по большей мере, деньги были не особо нужны, но это - крайне недурное подспорье в конфликтах с сородичами, теми же Носферату, некоторые их которых были вполне на них падки, сохраняя свои ценности еще из далекой и теплой жизни, пока еще кровь была красна и горяча, а не превратилась в черную смоль, благо безумными авантюрам более придурковатых одноклановцев - для этого у него также было поле на разгуляться, а за вездесущность родича - некоторые, в шутку, стали называть того "Прохиндеем" - рыщет и ищет везде, только что? Не говорит, от того философ не стал отказываться от такого, а те из вампиров, что также распрашивали того о происхождении, позже добавили "Цедронский"(указание на место происхождения), от чего безумец также отказываться не стал. Правда, в быту кочевника-малкавианина, вскоре, возникла еще одна проблема - семья, спустя пару лет, когда как вампир тот уже состоялся и продолжал свой путь во тьму, ищейки, нанятые его родом для поиска пропавшего Коэна, вышли на его след, благо - в светском обществе он вполне знал, как себя вести, так родичи, коим малкавианин помогал по мере возможностей, не оставались в стороне, помогая скидывать этот далекий, тянущийся с самого Трелива хвост, кто-то - жестко, а кто-то - деликатно, но уходить от этого взгляда с другого материка всегда удавалось, а для консперации тот даже отказался от прошлого имени, взяв новое, сарихадское, с указанием того, кто открыл ему глаза на мир таковым, какой он есть на самом деле - Моша(Моисей) Аврамович, окончательно оставляя светское общество Сарихадунхъора позади. Его чувства, разум, с обуздаем мощей - стали притупляться, порою малкавианское нутро брало верх, высвобождая странные изречения, но всякий раз, когда новое окружение, новая идея, новая проблема, воцарившая над темною душой его давала о себе знать - разум вновь брал верх над проклятием, от части, от того он и был полезен многим, ведь сохранил многое от своей человеческой натуры, не смотря на то, что таковая жизнь - жестока. В общем и целом - годы эти он проводил в поисках, в поисках чего? Того, что искал его маэстро, того, что он увидел там, в "точке", начала, истока, может - праотца, может - матери, может, чего-то более великого, чем родительская фигура, но не менее важное даже спустя столетия, знаний, что его клан утерял давно и далеко не по своей воле; на что Флорес не давал тому даже намека - в распри темных тварей можно было потерять голову даже обладая стойкостью, так что на подумать времени особо не было, от того - как только он услышал о Пределе, новых землях, он вновь нашел способ обратиться к родне и собрать накопления, а далее - отправится к Пределу Возможностей, оставляя последний след для своей семьи. Сев на корабль, тот постоянно загибал в лотос ноги, обращаясь к сети - там его уже ждали родичи. Какие? Он сам не знал, но волны уже подносили его корабль с мелкой коморой-каютой, что выступила переправой сюда вампиру и была куплена на многие накопления за годы странствий, на борту к причалу великолепного Ханкельспорта.
Последнее редактирование:
Правила проекта
Руководства
Разделы игровых серверов
Технический раздел
Администрация проекта
Общая курилка
Творчество