Халли родился в маленькой рыбацкой деревне у берегов Йотланда, что стоит в тихой бухте между тёмными скалами и густыми сосновыми лесами. Деревню называли просто Берег Ветрило. Здесь люди жили на рыбалке, вырубке леса и корабельном промысле: строили ладьи, которые уходили в открытое море за солью, рыбой и древесиной. Небо над бухтой почти всегда было тяжёлым от туч, а зимой сюда приходили снежные бураны. А летом... дул тёплый ветер с Ветрило. Халли появился на свет в начале суровой зимы. Роды были мучительные и невыносимые. Не иначе, как сами боги хотели проклясть мальчика. Отец Торвальд был рядом со своей женой и молился всем богам, чьи имена только знал. Эйда, матушка Халли, рожала самостоятельно. Без чьей либо помощи. В такой буран она не посмела отправить своего мужа за помощью и пригрозила ему топором, если он её ослушается. Она верила, что вытерпит эту "кару божью" и подарит своему мужчине лучшего сына, если тому ценой будет даже её жизнь. И она смогла это сделать. Она выдержала часы нескончаемой боли и агонии. Но всё-таки родила на свет Халли. Эйда нежно и со всей любовь прошептала "Халли" - в честь одного из вольных духов корабелов в которого верили местные жители деревни. Будто сами боги словами Эйды дали имя мальчику. Поговаривали, что дав это имя своему сыну - его судьба будет предрешена стать величайшим корабелом и прославить деревню на весь Йотланд. Уже сразу после его рождения буран вдруг утих, словно его и не было. Ни одного порыва ветра. Даже чайки перестали кричать. Вся деревня потом шепталась, что боги сами дали ему имя. В тот знаменательный день Торвальд завершил работу над своей лучшей ладьёй и назвал её в честь своего новорожденного сына.ХАЛЛИ
У Халли было четверо братьев и сестёр. Все они младше Халли. С раннего возраста он чувствовал на себе всю тяжесть семьи. Не как обузу, а как долг. Его братья и сестры были частью него самого, и без них он не мог дышать. Он знал, что его долг - это защищать их, маму и отца. В угоды суровости местного климата и порядков, Халли будучи ещё совсем ребёнком сам понял это. Да, возможно где-то этому поспособствовали разговоры отца с его друзьями, которые Халли нередко подслушивал из детского любопытства. Но все, как один говорили Торвальду: "У тебя вырастит отличный корабел, друг мой! Твоя жена Эйда подарила тебе лучшее счастье, что только можно себе представить. Это будет воин, коего ещё не видывал свет! Сын, чьи руки будут вершить историю нашей деревни!". Ответственность - именно то, что уже в момент осознания самого себя начал чувствовать Халли.
С Бьорном, старшим братом, Халли делил каждую рыбалку и каждую лодку. Когда им обоим шёл первый десяток, Бьорн уже умел держать руль так, что ладья сама шла по ветру. Халли стоял на носу и повторял его движения. Бьорн учил его драться на веслах, когда шторм бил по корпусу, а Халли - его слушать. Они спорили до хрипоты, но после каждого спора обнимались на палубе и смотрели, как солнце садится за далёкие горы. Халли до сих пор помнит, как Бьорн однажды прижал его к груди и прошептал: "Если когда-нибудь придётся выбирать между тобой и всем этим необъятным миром — не сомневайся, брат, я выберу тебя". По ходу того, как росли два брата, отец семейства приучал их с малых лет любви к корабельному делу, мореходству, рыбной ловле и вырубке леса. Одним словом - к труду. Однако видя напор мальчишек стать воинами он всё-таки иногда разрешал им смотреть турниры и даже попросил своего друга, опытного воина с топором, учить их в их свободное время. В этой же время Халли познакомился с Кнудом - сыном друга отца Халли. Но пока их дружба была слаба.
Уже вскоре после рождения Бьорна, через примерно год на свет явилась прекрасная Сольвейг. Халли рос с сестрой, как два сердца, бьющиеся в одном ритме. Она любила петь песни Вереска, а Халли молчал рядом и просто слушал. Её голос - точно пение богини любви. Её грация и манеры были чужеродны для этих земель. Именно это и делало Сольвейг столь особенной и любимой. Халли и обращался с ней, будто она выходец из благородного рода Крайс. Когда в одиннадцать лет кто-то из мальчишек подёргал её за косы на ярмарке в Зыйко, Халли не стал ждать. Он шагнул вперёд, схватил обидчика сестры за пальцы и не просто вывихнул их, а переломал вдребезги. Под действием болевого шока Кнуд ещё умудрился дать сдачи и рассёк губу Халли. Да так, что с ним по сей день остался этот шрам. Первый его боевой шрам. Ну и скандал был в тот вечер. Столько криков, обвинений, ругани между семьями... А ведь тем мальчишкой, что дёрнул за косы Сольвейг был тот самый Кнуд. Халли ещё тогда подумал, что ни в жизни не подпустит ни к себе этого Кнуда ни к своей сестре... Наивный мальчишка. Как же он ошибался в тот день. Благо со временем все ругани утихли. Местные лекари выходили Кнуда. Ну, насколько смогли. Маленькой Сольвейг в тот вечер было больно и обидно от поступка Кнуда. То-ли это её девичья натура, то-ли её нежность, но лишь завидев боль - Халли понёс свою сестрёнку к родителям.
Халли хранил её первые косы до того самого дня. Но оглядываясь назад, когда Халли вспоминает её, улыбается сквозь шрам на губе.
С Свейном, младшим братом, Халли играл в море с тех пор, когда Свейн научился ходить. Малыш спрыгивал с края лодки в мелкую воду, а Халли ловил его и ставил на свои плечи. Он учил Свейна трижды гребнуть и держать весло так, чтобы ладья не качалась. Всё так, как учил самого Халли его отец. Сказать, что Торвальда в такие моменты переполняла гордость - это ничего не сказать. А ведь как иначе? Сами боги уготовили судьбу Халли стать величайшим корабелом и мореходом деревни. По другому и быть не может. В четырнадцать лет Свейн впервые держал руль сам и сказал: "Теперь я старший, Халли!" — и тут же засмеялся. Халли только покачал головой и ответил: "Никогда. Ты мой младший лось. Я тебя всегда буду защищать". Свейн стал для Халли примером.. Примером того, как возможно в будущем он будет также наблюдать за успехами собственных детей.
И наконец Ингрид, самой младшенькая из всего семейства Варга. Если для Сольвейг Халли был скорее мечом, который всегда даст сдачи. Для Ингрид Халли был её щитом. Со временем Сольвейг возмужала и воспряла. Уже ближе к юношеству она стала всё сильнее интересоваться воинским искусством. Она хотела быть как мама. Как папа. И конечно как Халли. Сильной, храброй и той, кто вместе с братьями будет защищать семью и младшую сестрёнку. Сольвейг могла за себя постоять. И всё благодаря влиянию Халли и мамы Эйды. А вот Ингрид наоборот. Она родилась слабой. Лекари говорили, что на девочке лежит проклятье. У неё слабые кости. Со временем она и вовсе станет калекой. Ингрид стала последним ребёнком. Торвальд и Эйда не могли и представить, что если они родят на свет ещё одного ребёнка и его снова кто-то проклянёт. Немыслимо. Но это не значит, что они не любили Ингрид. Отнюдь. В угоду своего недуга Ингрид стала самой любимой в семействе как среди родителей, так и среди своих братьев и сестры. Не было ни ревности ни обиды. Все в семье разделяли эту любовь и желание протоптать вместе для Ингрид тропу если не в светлое будущее, то хотя бы в счастливую жизнь.
Когда Ингрид было пять, Халли нёс её через весь лес, чтобы не дать упасть в болото. Она дарила ему ракушки и сама вырезала амулет из кости, который он носит до сих пор. Он научил Ингрид плавать и петь песни Вереска, а она - его, что он никогда не даст им умереть. То был главный страх Халли. Страх, что из-за него может произойти что-то страшное. Он боялся этого всем сердцем. Да чтобы он стал причиной беды для семьи? Халли страшился этих мыслей. Но маленькая Ингрид пусть и слаба телом, но сильна духом. Ингрид - тот самый лучик надежды, что всё ещё горит в Халли. Лучик, которому в этот раз он не даст угаснуть.
Отец, Торвальд, был для Халли живым примером того, каким он хотел стать. Торвальд учил его не только держать руль, но и чувствовать корабль. Корабль - это не просто пара досок и тряпка, которую обдувает ветер. Это нечто большее. Это не просто ремесло - это смысл жизни. Если человек может укротить море и бороздить его словно на двух ногах - неужели в этом мире есть что-то более невозможное? Торвальд привил Халли уверенность в себе. Железная воля и стремление достигать всё новых и новых высот. Вот истинные черты каждого ремесленника. Будь ты хоть первоклассным корабелом из столицы, но если ты не вкладываешь в своё дело душу - ты пустышка и работы твои недостойны никакого внимания, сколько бы регалий ты на себя не вешал.
Мать, Эйда, была мягче. Однажды она сказала: "Ты всегда будешь моим старшим лосем. Даже если весь мир изменится". Халли до сих пор хранит её старый шерстяной шарф, который она дала ему перед первой большой рыбалкой.
Бабушка по матери, Герда, была самой мудрой. Она рассказывала маленькому Халли о Сарифэ и о том, как люди свергли чёрнотролля. Халли сидел у её ног и слушал, пока она плела корзины. "Ты родился с долгом, Халли. Долгом защищать", - шептала она и гладила его по голове. Дедушка по отцовской линии, Хальвар, был грубым, но справедливым. После скандала с семейством Кнуда именно дедушка Хальвар учил Халли топору и говорил: "Сильный - тот, кто защищает слабых, даже если сам умирает".
Вся семья была сплетена крепко, как веревка на ладье. Халли всегда чувствовал, что если он падает - его подхватят. Если кто-то из них болел - он не уходил в море. Он был их щитом и их мечом одновременно.
В тот самый день, когда буря над деревней казалось вот-вот снесёт всё это поселение и оставит от него лишь сугробы - родился ещё один ребёнок. Голубоглазый с красивыми блондинистыми волосами мальчишка. Возможно, его рождение так и не смогло бы состоятся, если бы не странствующий астромус из Стронгхелда, который приехал проверить, не сбились ли звёзды в этом году. А в итоге именно благодаря ему женщина смогла родить мальчика. Сына одного из самых уважаемых воинов деревни и лесоруба Эйнара, а по совместительству и сын одной из самых добрейших матерей в истории деревни, самой Лагерты Прекрасноволосой. На него были возложены большие надежды. Эйнар верил, что именно благодаря ему деревня прославится на одном из больших турниров и будет занимать лидирующее место до тех пор, пока бьётся сердце Кнуда, сына Эйнара и Лагерты!
КНУД
Кнуд — в честь воина в истории деревни, который когда-то победил ужасного монстра в горах, тем самым спас всю деревню. Слова матери звучали как обещание: "Это будет сильный и храбрый муж,, который защитит деревню. Также, как когда-то это сделал Кнуд Бесстрашный. Деревенские будто знали, что Кнуд действительно вырастит настоящим мужчиной и гордостью Берега Ветрило. С раннего возраста Кнуд ощущал на себе взгляды всего поселения. Отец Эйнар, уважаемый воин и лесоруб, часто повторял сыну, что он будет тем, кто поднимет деревню на турнирах. "Ты - меч нашей земли", — говорил он, и Кнуд с детства понимал, что ожидания тяжёлые. Мать Лагерта была самой доброй в деревне, всегда улыбалась и пела песни, но даже она иногда с тревогой смотрела на сына, чувствуя, как общество давит на его плечи.
Со временем в семействе Кнуда появилось прибавление. Младшая сестрёнка Сиги. Бойкая девчёнка, с нравами отца и красотой матери. К сожалению Кнуд мало проводил с ней время, ведь отец почти никогда не отставал от него с тренировками. Но Кнуд знал, что именно ему уготована судьба стать верным другом, братом и защитником для своей сестры. Если не он, то кто? Ах, а как же с годами Сиги становилась всё краше и краше. Самая красивая на деревне. Ухажёров у неё было не пересчитать. Но Сиги дала обещание матушке, что если она и найдёт того самого - она обязательно даст знать всему семейству. А по секрету брату она сказала, что именно он и узнает об этом первым.
В пять лет отец разрешил мальчику впервые выйти в море - на маленькой лодке за рыбой. Кнуд держал руль с удивительной для своего возраста уверенностью. Ветер трепал его волосы, а деревенские рыбаки улыбались и говорили, что он родился с любовью к морю. Но дома всё оставалось по-другому. Маленький Кнуд и не понимал того, что не скоро он вновь испытает такое счастье, как море. Привкус соли на губах. Ту свободу, что подарил ему отец в тот день он никогда не забывал. Но дома... Дома Эйнар готовил Кнуда стать воином. Тем самым, кто однажды защитит деревню.
Кнуд клялся себе верить. Он тренировался на берегу, держал щит и топор так, как учил его отец, и чувствовал, как внутри разгорается огонь. Но ночью, тайком, он крался к берегу и слушал... Будто бы знакомый голос, но Кнуд был готов покляться всеми богами, что одновременно с этим голос был и вовсе незнакомый. Звёздочёт из Стронгхелда, что когда-то принимал роды у матери Кнуда, вновь оказался проездом в деревне. С момента родов Лагерты этот уважаемый учёный так и не посетил семью Кнуда. Но тут ему выдался шанс увидеть воочию, как же вырос маленький Кнуд. Он лишь покачал головой: "Звёзды сегодня не сбились… но будущее у тебя тяжёлое, Кнуд. Мой тебе совет. Не ищи врага там, где он кажется явнее всего. Слушай ветер и волны, авось они подскажут. Звёзды... они молчат.". Эти слова запали в душу, и Кнуд начал понимать, что хочет больше - не только меча, но и ветра, и ночного неба. Может эти слова пробудили ту самую свободу, что когда-то подарил ему отец... На губах тут же появился этот знакомый ещё с раннего детства привкус. Соль.
Когда Кнуд впервые пошёл на маленький турнир в Зыйко. Он держал щит крепче всех, но проиграл в первом раунде. В тот день он был сам не свой. Что-то было не так. Может.. слова того учёного вновь откликнулись в его голове? Кнуд сам не знает, да и помнит особо тот день. То был позор для него и его отца. Столько тренировок, чтобы проиграть в первом же поединке? Кнуд считал себя ни на что не годным. Он в ярости начал колошматить любые бочки, ящики, да всё что попадались под руку. В приступе гневе он начал кидаться обрубками древесины. И даже не заметил, как схватил за косу невинную девочку. Он не хотел этого. Она заплакала. Ей было действительно больно. Вдруг откуда не возьмись появился он. Сын Торвальда, корабела, Халли. Он набросился на Кнуда, явно берсерк. Не успел Кнуд опомнится, как его пальцы, коими он и схватил за косу девочку - были уже почти в труху. В порыве ярости он успел схватится за кусок древесины и оставил маленьким шрам на губе Халли. Но уже после его настигла ужасная боль. Как так!? Сын какого-то корабела, который даже ничего не смыслит в искусстве воина смог одержать верх над ним!? Кнуд, сын самого уважаемого воина деревни, проиграл какому-то корабелу!? Позор... Кнуд рыдал. Но уже не от боли. Он рыдал от мысли, что подвёл отца и всех, кто в него верил.
Кнуд вернулся домой и почувствовал тяжесть взглядов односельчан. Отец стоял над ним, как скала, и голос его дрожал от... волнения? Злобы? Обиды? Кнуд молчал, а внутри поселилось сомнение.
Это «или» он помнил до самой гибели.
ТОТ, КЕМ Я СТАЛ
Дни сменялись неделями, недели месяцами, а они уже годами. Халли рос, мужал. Он перенял многое от своего отца и... дедушки и бабушки. Возможно, дедушка и не сравнится в своём былом величии с другими именитыми воинами деревни. Как мёртвыми, так и ныне живущими. Возможно он не смог достичь тех высот, что достиг некогда великий Кнуд Бесстрашный. Но в одном он точно стал лучшим. Лучшим дедушкой, отцом, наставником и другом. Время не щадит никого. Боги не щадят никого и уж тем не ждут больше дозволенного. Дедушка скончался у себя дома в окружении любви всей своей жизни - бабушки Халли Герды. Он заснул с улыбкой на лице, а на утро не проснулся. От потрясения и неожиданности у больной и старенькой Герды отказало сердце. Халли должен был придти к ним рано утром и проведать дедушку и обрадовать его, что сегодня отправляется в большое плавание вместе с отцом и другими мужчинами деревни. Маленький шаг для взрослых, но огромнейших первый шаг в самостоятельную жизнь для всех молодых. Но Халли задержался дома. Он даже сам не помнит почему. Проспал? Врядли.. Скорее всего засиделся с младшенькой. А может решил лишние пару минут передохнуть, ведь вчера он достроил самостоятельно свою первую ладью. Это уже было не важно. Ничего не важно. Халли лишился не просто дедушки, наставника или друга. Он лишился частички себя. Новость потрясла его, дыхание забилось, слёзы текли ручьём. Отправку в море было принято отложить. Хальвар и Герда заслуживали своей знаметельной отправки в последнее плаванье.
Ладьёй, что будет подожжена и отправлена в последнее плаванье Хальвара и Герды, послужила именно та ладья, которую смастерил Халли. По преданию деревни такая ладья не должна была ступать ранее в открытое море. Именно поэтому Халли лично предложил своё творение. Он боялся, что что-то он мог не доглядеть, где-то не затянуть и что ладья просто уйдёт на дно вместе с телами его родных, но.. всё обошлось. Ладья успешно отчалила от берегов Берега Ветрило. А честь выстрелить подожённой стрелой ярл доверил Кнуду. Мальчику, что не оправдал и его ожиданий тоже. То был великодушный жест ярла, дать проявить себя вновь. И Кнуд в этот не облажался. Попадание чётко в цель. Ладья загорелась и души Хальвара и Герды уж точно оказались в лучшем месте. Лишь кротким кивком Халли поблагодарил Кнуда в тот день. Что-то в нём пошатнулось, но вот что именно он ещё не до конца понимал.
Халли дал обещание дедушке в тот день. Пускай он и не увидит воочию, но Халли любой ценой станет тем, кем его видел его дедушка.
КИТОБОЙ
Когда же всё-таки состоялась долгожданная отправка в море, Халли всё ещё не мог отойти оn потери дедушки и бабушки. Он пытался держать голову поднятой в столь важный день. Но со стороны на это было больно смотреть. Этот выход в море сопровождался целой ватагой драккаров. Привкус соли на губах, ветер, что обдувает волосы - всё это ненадолго вернуло Халли в реальность. Его жизнь продолжается и у него есть обещание, которое он намерен исполнить. Но был один молодой муж, который даже несмотря на это всё ещё видел боль внутри Халли. То был Кнуд. Ранее не стало его отца. На удивление ярл провёл в разы и в разы менее пышные похороны, нежели чем Хальвару. То, что Кнуду было обидно - это ничего не сказать. Он злился и ярла и даже на Халли. Но всё-таки перед своей смертью отец Кнуда смог вдолбить своему сыну, что он в первую очередь воин. А по итогу Кнуд стал воином, что мечтает о далёких землях. Отринув на мгновение все обиды, Кнуд решил поддержать Халли. Не обошлось и без криков и скандалов. Халли не забыл старой детской обиды и того, как Кнуд поступил с его сестрой. А вот Кнуд наоборот. Уже давно отпустил это и простил самого себя.
Эта мимолётная беседа наконец-то смогла заложить нечто большее в этих двоих. Халли в какой-то момент начал слушать Кнуда. Точно также, как слушает своих сестёр и слушал когда-то дедушку. В глазах Халли Кнуд казался мудрым, честным и справедливым человеком. В том числе и воином.
«Ты прости меня... Ну, за пальцы. Я думал ты специально хотел обидеть мою сестру. Ну, знаешь, как обычный деревенский мальчишка, просто может пытался добиться её внимания. Я не знал, что было с тобой в тот день. Боюсь лишь представить кого-то это. Разочаровать дорогого человека.»
Тот вечер прошёл на ура для всей деревни. Мужчины наловили много рыбы, забили кита и уж точно смогли запастись едой перед зимой. Заслуга ли это взрослых? Скорее всего да. Всё-таки это был первый полноценный выход в море, а не плаванье в лягушатнике близь берега деревни. Халли и Кнуд полюбили рыбалку и китобойный промысел. Это успокаивает и душу и тело. Шум волн, охота, забой... Всё это так было нужно им обоим всё это время. Вплоть до конца жизни в этой деревне Халли и Кнуд постоянно ходили на китобой, стараясь не пропускать ни единой возможности вновь очутится в том самом дне. Вновь почувствовать это спокойствие и умиротворение.
ОТНЫНЕ ВЫ — МУЖЧИНЫ
Всего спустя пару лет состоялся тот самый день. День инициации и официального становления юных дарований в статус мужчин. По обычаям деревни обряд проводится за пару недель до Великого Турнира. Так или иначе прошедшие все испытания станут мужчинами. Но лучший из воинов будет отправлен защищать честь деревни!
Испытания та конечно Халли и Кнуд прошли. Бок-о-бок они преодолели все трудности вместе. За эти пару лет их уже можно было назвать закадычными друзьями. Халли вместе со своим отцом за это время отстроили не одну ладью! Глаза Халли чуть ли не горели. Он жил этим ремеслом. Всё, начиная от проектировки, подготовки верфи, сбора подходящих ресурсов и заканчивая самой постройкой - всё это завораживало его ум. Ведь если человек способен оседлать волны, то чего ещё он сможет достичь!? Достигать всё новых и новых высот, совершенствуя свои навыки с каждой новой ладьёй и привнося пускай и незначительные, но инновации в кораблестроение Йотланда, Халли знал, что после маленьких шагов идут большие триумфы! Продолжая учится и совершенствоваться, Халли пытался просветить в это дело и своего Кнуда. Человека, что так мечтает отправится далеко за море и посмотреть, что за там, за его пределами? Что же там, куда не ступала ещё ни одна нога йотландца? А Кнуд в свою очередь в какой-то степени заменил Халли своего дедушку, как наставника в искусстве воина. Как никак Кнуда учил лучший воин деревни. Торвальд уже был старым и не в состоянии учить бою своего сына. Он был рад, что даже без него у Халли горят глаза и он готов свернуть горы, лишь бы деревня им гордилась.
Однако же.. Когда все испытания были пройдены ярл долго не мог выбрать средь Халли и Кнуда единственного достойного отправится защищать честь деревни. Решением ярла стал поединок между Халли и Кнудом. Победитель и отправится на Великий Турнир. Однако же.. эти двое успели узнать друг друга очень хорошо. Они знали буквально каждый манёвр, каждый выпад, каждый финт, каждую контратаку и даже в точности могли рассчитать время и просчитать ситуацию, когда кто-либо из них сделает какой-либо приём. Бой был долгий и равный. Даже во время этой дуэли средь этих двоих царила дружеская, хотя уже даже скорее братская атмосфера. Но в моменте.. У Кнуда что-то перещёлкнуло. Халли быстро заметил. Кнуду было как никогда важно отправится на этот турнир и доказать всей деревне и его покойному отцу, что всё его обучение и вся его жизнь имеет смысл. В пылу этой ярости Кнуд был ослеплён желанием победить. Он уже не видел в Халли друга. Он видел в нём врага. Из-за этой слепоты Кнуд бы и проиграл поединок, но Халли был другого мнения. У Халли уже есть всё, что он хотел. Им уже гордятся. А вот Кнуд заслуживает ещё одного шанса. Как тогда, когда на местячковом турнире он потерпел поражение. Халли поддался. Многие в деревне скажут, что это проявление слабости. Халли бы обсмеяли. Но даже если кто-то поймёт это - ему было бы плевать.
Кнуд одержал победу, вырубив Халли. Сам Халли очнулся уже только на следующий день. И в этот же день он узнал, что его лучший друг отправляется на Большой Турнир.
ТАК ВОТ ОНО, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ?
На удивление никто не заподозрил подвоха. План Халли прошёл даже лучше, чем он сам думал. Даже собственных сестёр и братьев он смог обмануть. Но была одна.. Та, кто поняла, что произошло. И в день отправки на Большой Турнир вместе с братом она прошептала ему на ухо: "Я нашла того самого.".
Турнир был грандиозный. Это великий день для Берега Ветрило! Кнуд, сын Эйвара и Лагерты, одержал победу на Великом Турнире! По их возвращению вся деревня ликовала и уже привкушала скорый приезд гостей, пиршества, славу! Такого дня не случалось с тех пор, как погиб величайший Кнуд Бесстрашный! Кнудом гордилась вся деревня. В том числе и Халли. Без него Халли бы не научился сражаться. Именно Кнуд заслуживает этой славы больше, чем он. Но... Сиги, сестрица-красавица Кнуда, как-то раз обратилась к Халли на одном из пиршеств. Она рассказала ему, что всё знает и понимает зачем Халли это сделал. Это настолько впечатлило её, что Халли готов пойти на такие жертвы ради близких. Слава и честь для воина - это буквально всё. Это смысл жизни. Слава, честь и корабли - это всё, чем живут в этой деревне. А он просто взял и променял первые два фундаментальных аспекта их жизни ради... друга? Это достойно уважения, как говорила сама Сиги.
Пиршество вышло на славу. В тот самый день Халли и Сиги возлежали на одном ложе. Их страсть не утихала последующие месяцы и даже года. Халли никогда подобного не испытывал. Ему не просто нравилась компания этой девушки. Странное чувство постоянно окутывало его где-то внутри, каждый раз когда он её видел. Боги, сколько-б не был красноречив Халли, но в описании этих чувств он всегда терялся. Он хотел лишь смотреть на неё, оберегать, быть рядом и... да.. он хотел семью. Он такую же большую семью, как у его матери с отцом. Однако и эти чувства тоже длились... недолго. Когда Халли и Сиги уже планировали зачать ребёнка, Торвальд... покинул мир живых. В тот день Халли стоял на носу того самого корабля, который отец достроил в день его рождения. И впервые в жизни заплакал.
После того дня ближайшую неделю он был сам не свой. Он отстроил себе маленькую хлипенькую лачугу на окраине деревне. Буквально любой чуть сильный ливень смыл бы её. Она была построена из заготовок под будущие ладьи. Ладьи, которые должны были достроить Халли с отцом. Халли не смог перебороть страх и даже пропустил похороны собственного отца. Он заклинал небо. Он обвинял во всём богов!
Nauðr
Всё это время, находясь в отдалении от деревни стараясь не подпускать к себе никого. Халли подолгу смотрел на море. На бескрайнее открытое море. Он молчал. Явно прогоняя все потрясения пережитые им снова и снова. Он не знал где найти силы для борьбы с этим. Или просто не хотел знать? Не мог? Его мучали кошмары. Он видел силуэты родных; дедушки, бабушки и отца. Он молча смотрел на них, заставляя самого себя верить в происходящее. Он верил, что этот силуэт.. настоящий. Голоса родных, которые он слышит - тоже настоящие. Моментами его отпускало. Он отказывался жить в мире, где может быть мёртв даже один близкий ему человек. Возможно это проявление слабости. Так бы точно отреагировал ярл. Такие воины не нужны деревне. Они будут тянуть её на дно, словно набитая доверху ладья с пробоиной.
В тот день его спасло чудо. Не иначе как воля богов привела Кнуда в лачугу Халли. Халли был.. в трансе и даже не заметил, как его друг оказался рядом. Вместе он просидел вместе с Халли целый день мучаясь от холода и даже голода. Халли ничего почти не был эти дни. Он перенёс эту боль вместе с другом за долгое время не проронив ни слова.
— Спасибо, - робко и столь неожиданно изрёк Халли спустя несколько дней молчаний, — Кнуд.. Прости меня. Я должен... вернутся домой, к Сиги. К Ингрид, Сольвейг, Бьорну и Свейну. И тебе.. Прости меня.
— Я понимаю твою боль, брат. - чуть помедлив ответил Кнуд, — Сиги рассказала мне о том, что ты сделал в тот день. Я должен скрутить тебе голову, но.. Не могу. Рука не поднимется на брата.
— За это тоже прости меня. Я не хотел заде-...
— Нет. - перебил Кнуд, — Не стоит. Я понимаю. И я благодарен тебе за эту возможность. Но... Халли, ты нужен им. Ты нужен мне. Иначе.., - Халли медленно повернул голову в сторону Кнуда. Это далось ему с болью и тяжесть, шея затекла за эти дни. — Иначе кто построит мне лучшую ладью в своей жизни?
Hagall
Уже вскоре умерла и мать. Но эту смерть Халли принял. Или по крайней думал, что принял. В этот раз он не ушёл ни в какую самоволку. Он был на её похоронах. Столь же пышные по рассказам, как и похороны отца. В этот стрелу пустил он сам. И ладью, на которой отправили в последний путь Эйду - построил именно Халли. Со временем Халли всё больше менялся. Он больше времени за работой, буквально утопая в ней и работая ради мечты своего друга. Он мастерил, делал много ошибок из-за своей спешки, но не сдавался. У Халли была цель и он к ней активно шёл. Он стал одержимым кораблями. Он разговаривал с ними будто они живые. Верил настолько искренне, что в каждой ладье живёт дух.. Его веру не сломить и по сей день. Он стал меньше разговаривать с реальными людьми... Он становился.. Другим? Это был не тот Халли. Это был странный, чудаковатый, одержимый работой... безумец. Порой он говорил загадками и местная детвора то считала его одним из мудрейших, то просто ворчливым мужиком.
Так или иначе триумфальная победа Кнуда окупилась уже очень быстро. Деревня разрослась и уже могла называться маленьким городишкой. Приезжие торговцы, празднества, всё это укрепляло Берег Ветрило. Деревня росла. Вести об странном, но порой гениальном безумце-корабеле разлетелась и в близлежайшие деревни и вот-вот возможно дойдёт до высокопоставленной знати. То, о чём так давно мечтал отец Халли - вот-вот сбудется. Но он этого не понимал. К нему приходили многие юные мастера, но он всех гнал прочь. Единственных кого он к себе подпускал была Сиги, Кнуд и его братья и сёстры. Они были достойны его дружбы, совета и поддержки. Больше никто.
Во время одной из работ к Халли подошёл ярл. Старый человек, но столь уважаемый и любимый в деревне. Но не для Халли. Ярл пришёл поинтересоваться, что всё-таки случилось с его лучшим корабелом? Почему Халли сделал татуировки прямо под глазами? Откуда взялось это постоянное хихиканье? Почему он так ведёт себя? Всё ли с ним порядке? Но последней каплей для Халли стало: "Я же помню тебя юнцом. Ты не тот Халли, которого я знал все эти годы".
Халли зарубил рабочим топором ярла.
Халли уже после осознал что натворил. Он не верил своим глазам. Он был вынужден быстро спрятать тело и закопал его ночью прямо под бывшим домом ярла. Халли не маньяк. С тех пор никогда не поднимал руку на безоружного. А уж тем более на столь ценимого, пусть и не им самим, человека. С тех у Халли есть кредо. Он обрёл честь. Сам до сих не понимая, где кончаются границы его "воинской чести". Однако.. На следующий день все заметили пропажу ярла. Сам ярл никому не сказал, что пошёл к Халли.. Да и тела не нашли. Приемника у ярла не было и на общем собрании деревни был избран новый ярл. Ярл Кнуд.
Víkingr
Уже вскоре новоиспечённый ярл начал проводить реформы. Но не успели даже выйти его первые указы, не успело стихнуть празднество в честь нового ярла, как к их берегам прибыл гонец. То был чужеземец, чей язык мало кто понимал. Но всё-таки нашлась семья, чьи корни далеко уходят за земли Йотланда. То были беженцы и из поколения в поколения переносили знания о языке о котором даже мало чего слышал Халли и Кнуд. Некий язык амани. Деревенские перевели слова гонца о том, что он сейчас проплывает все ближайшие к берегам селения дабы предупредить о нашествии пиратов. Что они вот-вот скоро прибудут и нужно срочно всем уходить. Но гонец не знал до конца в какой деревне оказался. Все мужчины от мала до велика и даже женщины готовились к подобному дню на протяжении всей своей жизни. Попросить помощи у благородных родов времени нет - нужно отбиваться своими силами. Или-... опередить пиратов и напасть первыми? Кровь предков буквально вскипала от одной лишь мысли о подобном.
Спор решился за минуту. Решено, Берег Ветрило даст отпор первым. Но ладей не хватит на всех желающих. И тогда ярл Кнуд обратился к своему другу - Халли. Сможет ли он соорудить достаточное количество ладей за столь короткое время? Итак общими усилиями всей деревни Халли всё-таки смог. Руки в мозолях, весь в опилках, занозах, глаза болят, всё тело ноет и умоляет об отдыхе. Но буквально за считанный день благодаря общим усилиям деревни, Халли и Кнуда - ладьи были готовы. Халли, несмотря на усталость и боль, впервые за долгое время был счастлив. Возможно вот оно счастье? Просто делать то, что умеешь? Или всё-таки это не то, чего он так жаждет? Так или иначе Халли был счастлив. Наконец-то он спустя долгое время вновь проводит время с другом и чувствует это тепло местных. Как в детстве.
Таким образом Берег Ветрило отправился в свой первый набег.
Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut!
Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut! Holmgang, skald rute, Helvegen, Valknut!
То была славная битва. Хотя.. скорее побоище. Пиратов оказалось в разы меньше, чем думал Берег Ветрило. Но это чувство.. Такая отдушина. Это чувство переполняло сердца каждого, кто бился в тот день. Исполнилась мечта сестрицы Ингрид - биться плечом к плечу с братом и защищать свой дом. Стейн, что также готовился к этому дню ещё с детства - он был не в себе от счастья. Наконец! Предназначение! Боги услышали Халли и даровали его народу то, что они так давно ждали! Всё это время они находились будто под тяжесть оков. Жизнь на землях, что кишат монстрами и можно лишь гадать, станет ли завтрашний день последним или нет - выматывает и опустошает похлеще любого пойла.
Халли был свободен. Прежний Халли в тот день вернулся. Ему многое стоит рассказать своим родным и.. наконец-то сделать то, что так давно хотел. Создать семью вместе с Сиги. Все эти мысли посетили Халли в ходе битвы. И когда последняя капля крови пиратов стекла по кровостоку меч Ингрид - Халли выдохнул. Наконец с облегчением. После того дня он нашёл вновь тех людей, что говорили на чужом для Халли языке и попросил их научить. Он верил, что так надо. Будто боги что-то готовили ему. Последнее испытание?
БОГИ ПРОКЛЯЛИ МЕНЯ
С того дня прошло много дней. Сиги ждала ребёнка. Халли вернулся. Он вновь стал прежним и даже успел пару раз сходить с Кнудом на столь любимый ими китобой. Все было хорошо, пока Халли не решился наведаться к старейшине за советом. Последнее много кто приходит за советом к Халли. Но ему самому - просто не к кому.
— Чего пришёл, Халли?, - старец скорее мычал, нежели чем старался внятно говорить, — Неужели лучшему корабельщику понадобилась помощь дряхлого одноглаза старика?
— Я пришёл раскаяться. Я не знаю, что со мной творилось последние годы. И даже не хочу это осознавать. Это в прошлом.
— А ты уверен? Неужели ты перестал видеть их?
— Как ты-...
— Тише. Тише, мальчик мой. Я всё про тебя знаю. Ты пришёл за советом ко мне? Так вот тебе мой совет - почаще встряхивай ботинки от камней. Но ты же сам понимаешь... Ты проклят, Халли. Ты всегда это знал. День твоего рождения - это одна сплошная напасть на нашу деревню... А может и на весь Йотланд... Да-а-а... Халли, ты это понимаешь, просто забыл. Ты забылся, Халли! Забыл, кто ты есть. Ты убийца.. ха-ха.. Да, убийца. Или.. Как ты себя называл?
— Нет.. хих.. нет! Нет-нет-нет! Я не хочу обратно! Я Халли! Я!-..
— Халли... сын Йотланда.
Всё перемешалось. Дымка, что царила в палатке этого старейшины - точно какая-то отрава, не иначе. Разум вновь помутнел. Хохот прорезался, а кошмары... Кошмары будто ждали именно этого часа и набросились на Халли разом. В порыве ярости Халли выхватил топор и чуть не зарубил и старца. Но не сделал этого. Хоть какое-то обещание он исполнит. В лице старца он увидел почившего ярла. Халли бежал. Бежал под громогласный хохот старца, что будто с каждым метром становился всё громче. Это бегство заметил и Кнуд. Глубокой ночью он соскочил со своей кровати и умчался за другом, но в ответ за мольбы остановится слышал лишь упрёки и крики Халли.
Халли оседлал ту самую ладью, что когда-то сотворил его отец. Он грёб так сильно и быстро, как только мог. Халли бросил друга. Бросил возлюбленную. Бросил семью. Бросил дом.
Vegvísir
Халли окончательно сбился с пути. Он не знал куда ему бежать. Он смог лишь найти очень и очень крохотный отдалённый островок и бросил кости на нём. Остаток дня он пролежал в ладье в размышлениях. О прошлом. Настоящем. И будущем. Всё это одинаково пугало его. Он вновь начал видеть силуэты, начал слышать голоса. Силуэты стали чётче. А голоса громче. Одно лишь успокаивало его разум. Сегодня обошлось без лишних жертв. Халли не знает сколько прошло времени. Минуты? Часы? Может дни? Во рту вроде не першило и есть не так сильно хотелось.. Вроде ночь ещё не кончилась. Однако.. откуда этот свет? Это не луна. Свет будто от фонарей, факелов... Халли быстро соскочил с ладьи и осмотрелся. То были пираты. Они вернулись.. И их в разы больше. Они буквально с часу на час высадятся на побережье Берега Ветрило и убьют всех, кто так дорог Халли... Он долго не решался, отправится ли ему снова обратно на остров? Предупредить ли? Или вдруг Халли снова кому-то навредит? Но Халли не навредил старцу. Халли молил богов, коих так проклинал. Умолял их направить его. Но видать то-ли из-за его проклятий, то-ли просто из вредности - Боги молчали. Халли не слышал их. Он не слышал даже собственных мыслей, а только эти голоса.
Голоса, что умоляли спасти их.
Спустя долгое время раздумий Халли запрыгнул в свою ладью и из последних сил начал грести обратно. Дальше для него было всё как в тумане. Силы покидали его, он был вымотан. Ужасно вымотан.
Халли очнулся уже у нужного ему берега. Вспомнив те самые тропки по которым когда-то он ходил будучи юнцом с отцом по дрова - он быстро нашёл нужный путь до деревни. А уже вскоре когда из-за кроны деревьев показался дым и пламя, что охватило деревню - Халли ускорился, выжимая из себя буквально последние соки. Он вбежал в охваченную пламенем деревню. Его дом был разрушен, Сиги явно уже там давно нет. Скорее всего она куда-то убежала. Прячась от головорезов, Халли уже было хотел ринутся прочь на поиски своей возлюбленной, но быстро опомнился. В деревне есть как минимум один человек, который не в состоянии был убежать сам и который оставался в доме в момент отплытия Халли - Ингрид. Сквозь темень в глазах, дым, кашель, голоса и силуэты - Халли всё-таки пробирается в дом своей сестрёнки. И действительно она лежала и умоляла о почащаде. Халли подоспел вовремя. Крепко сжав топор Халли набросился на обидчика сестры с яростными, будто первобытными криками и начал дробить его череп. Это продолжалось достаточно долго, пока всё лицо Халли и Ингрид, её постель и вся одежда не окрасилась в цвет крови. Халли, придя в себя и сквозь ярость всё-таки вытаскивает сестру из дома и явно лишь по воле богов остаётся незамеченным. "Халли - любимец богов! Спасибо! Боги, спасибо! Дайте мне сил спасти хоть кого-нибудь сегодня!" - говорил про себя Халли из последних сил неся на себе младшую сестру. Но уже после это фразы перед Халли оказался головорез. В отличии от Халли тот среагировал быстрее. Звук натяжения арбалета громко прозвенел в ушах Халли. Выстрел. Халли не ранен, а вот Ингрид.
Ингрид оказалась мертва.
Это произошло уже за деревней. Халли набросился на головореза и всё также в порыве безудержной ярости сотворил с ним то же самое, что и со всеми своими обидчиками. На его крики начали сбегаться головорезы. О Боги, если бы не Свейн в тот день. Он объявился словно из неоткуда и окликлул Халли, вернув его в чувства. Вместе они встал плечом к плечу. Схватка была недолгой. Халли и Свейн бились из последних сил, но пираты не кончались. Халли оказался ранен.
— Теперь я старший, Халли! Беги, я задержу их. Найди Сиги! - прокричал Свейн.
— Никогда! Ты мой младший лось! Я обеща-...
— Некогда, беги! - перебивает его Свейн и отталкивает подальше от себя, буквально после этого вбегая в толпу разъярённых головорезов.
Халли старался не оборачивался. Но спустя какие-то метры.. он услышал заветный лязг и предсмертный вскрик своего брата.
Свейн оказался мёртв.
Вскоре Халли вышел и на Бьорна, Сольвейг, Сиги и.. Кнуда. Изнеможённый и раненный Халли пал на землю. В попытках найти хоть какие-то силы он хватался за землю, вонзаясь ногтями в перепаханную от ботинок грязь, вперемешку с собственной кровью, сестры и тех головорезов. Сольвейг быстро подбежала к нему со словами: "Ты всегда носил меня, брат. И сегодня я понесу тебя!". Халли из последних сил будто пытался возразить, но в разговор быстро встрял Бьорн: "Помнишь, что я говорил? Я всегда выберу тебя, Халли. Доверься Кнуду, у него есть план.". Будто на третьем дыхании Халли ещё пытался возражать, но...
Халли ещё что-то промямлить, но было уже неразборчиво. Лишь в мыслях он ещё смог проговорить: "Да.. я могу это сделать. Для тебя всё что угодно, брат.". Так Сольвейг помчала что есть сил к ладье Халли. Лишь где-то на фоне Халли продолжать слышать крики его брата и друга. Он видел перед собой лишь напуганное и такое же изнеможённое лицо своей сестры Сольвейг и возлюбленной Сиги. Мгновение и Халли уже в ладье. Сольвейг успевает лишь оттолкнуть ладью, но зачем слышится громкий удар чем-то тяжёлым от борта ладьи. Судно чуть поднимает над водой и лишь сильнее отталкивает. Средь тёмной почти непросветной пелены Халли замечает силуэт своей возлюбленной и свой щит, что Халли оставил здесь когда вернулся на остров. А после... А после было прямо попадание стрелой по Сиги. Халли хватается за щит, но уже поздно. Обернувшись он увидел лишь силуэт Кнуда, который тоже не успел разрубить головореза. А затем и предательский нож в спину Кнуда. Было мгновение, прежде чем тело его друга упало в воду. Но этого хватило Халли, чтобы разглядеть их...
Сольвейг мертва.
Бьорн мертв.
Кнуд мертв.
Сиги и их ребёнок... мертвы.
Бьорн мертв.
Кнуд мертв.
Сиги и их ребёнок... мертвы.
Þat mælti mín móðir
Халли лишился всего. Теперь уж точно. У него ни семьи, ни дома, ничего. Он не оправдал ни чьих ни ожиданий, ни чьи мечты так и не исполнил. Даже свою. И ту он уже давно забыл. Была ли она у него? Когда же Халли всё-таки выбросило на берег он смог лишь найти в себе силы чтобы похоронить свою возлюбленную на той самой ладье, что когда-то создал его отец. Он посчитал так будет правильно. Пускай он просто останется здесь и будет ждать своей участи, которую уготовили для него боги. Может ему духу не хватило залезть в ладью и отправится в последний путь вместе с Сиги? А кто тогда будет помнить? Помнить всех этих людей и этот проклятый день. Берега Ветрило больше нет. Маленькой деревушки, которую даже не обозначали на картах - её больше нет. И уже никогда не будет. На том месте осталось выжженое поле. Хочет ли Халли мести? Нет. Он устал бегать. Он устал от всех этих смертей. Ему просто нужен отдых.
Со временем его самого нашли небезразличные люди. Первая мысль Халли: "Неужто моя судьба стать трэллом? Жалким рабом. Такова судьба Халли Любимца Богов? Так тому и быть.". Халли готовился к худшему. Хотя хуже для него уже не будет. Но и.. Он надеялся на этот исход. Может лишь после его смерти эти голоса утихнут? А ведь их после того дня стало только больше. Но Халли любит жизнь... но жизнь ли это? Все эти мысли тревожили его. Дни? Недели? Месяцы? Года? Не важно. Так или иначе он побывал в разных руках. Где-то в плохих, где-то в хороших. Но однажды, средь разговоров иноземных матросов, Халли услышал знакомую речь. То был язык амани, который он так усердно учил после своего первого набега. Вот оно? То, куда изначально было протоптано будущее? Не уж-то сами боги снизошли и даровали Халли шанс?
Отработав в рабстве у каких-то странных людей Халли выкупил себе свободу. Своим трудом. Он пахал день и ночь. Он занимался в полях, рубил деревья и делал то, в чём ему как он считает нет равных - строил ладьи. Для разных людей. Для хороших и плохих. Это не заботило Халли. У него свой компас чести и только ему одному он понятен.
Вот она! Мечта Кнуда. Подавшись на борт этого корабля, Халли быстро зарекомендовал себя как опытного корабела и морехода. В оплату он лишь попросил немного еды и... Всё. Сама возможность исполнить мечту его друга - уже большая награда. Однако уже вскоре в ходе путешествия Халли наткнулся на него. Инджриха Краса. Такой же "безбилетник", как и сам Халли. Впервые за долгое время Халли смог открыться. Он рассказал не всё, лишь часть того, чем хотел бы поделится с человеком, чья судьба переплелась с ним в этот раз. Не сказать, что Халли за всё это время стал считать Инджриха другом. Но.. Он явно быстро перестал быть ему чужим. Очередное безумие Халли? Сами боги ему так шептали? Нет, вовсе нет. В те дни это был тот самый Халли. Халли, которого пришлось закопать глубокого в памяти.
В последний день пути, за считанные минуты до прибытия на новые земли. У Халли и Инджриха состоялся разговор.
— У тебя есть для меня совет, Халли?
— Совет..? Почаще вытряхивай камни из своего сапога. Это хороший совет.
— Как думаешь... Мы с тобой правильно поступаем, что решили податься вот сюда? В столь дикие края.
— А ты как думаешь?
— Не уверен, что у нас был выбор. Я боюсь своего будущего. А что если его нет?
— Не вижу никаких проблем, Инджрих. Бояться своего будущего? Сплюнь! Я вот всегда знал своё будущее. Когда ты сразу знаешь для чего ты здесь и почему... Жить становится легче. Я знаю чего я хочу на Новой Земле. Я здесь ради своих богов и друга. А ты?
— Твои боги здесь? Ты их чувствуешь?
— Зря я сказал. Лучше не беспокой меня этим. Мне уже нет до этого дела.. Я думаю. Я лишь потерянный человек. Сломленный. Пытающийся собрать себя по кусочкам. Сейчас я вижу лишь мачту, что укрывает меня от солнца.
— Ты счастлив?
— Ихи-хих!... Каждый человек мечтает быть счастливым, Инджрих. Я не.. хи-хи.. исключение. Ты тоже не исключение. Для кого-то счастье - это горы золота, слава, власть... Главное в этой жизни понять "а что же сделает меня счастливым?". Я уверен, что счастье не нужно искать... До кого-то счастье добирается быстро. А бывает как у меня, их-хи-х.. знаешь, оно всё не приходит. А я всё жду.. и жду...
— Я так много ещё должен узнать.
— Мне не нужно ничего знать. Это уже не важно. Отпусти прошлое.
— Ты нравишься команде. Может.. и тебе бы нашлось место среди подобных команд?
— Эх!.. Хе-хе.. Хи-и-и!
— Ты помнишь своего друга? Кнуда?
— Конечно помню, хи! Он.. Часто беспокоит меня по ночам. Вечно вертится рядом. Не могу избавится от него. Он всё просит построить ему ладью. А я говорю "Да зачем тебе ладья? ТЫ мёртв!"... Ты.. Чем-то похож на него.
— Ты добрый человек, Халли. И всегда им был. Просто признать этого не можешь.
— Что-ж.. Я лучше тогда помолчу. Всё равно мы уже скоро спустимся и разойдёмся. Как ладьи в море.
— Это конец?
— Нет, спутник мой. Это только начало. Для тебя и меня.
Долгое время после этого Халли не решался покинуть лагеря и ещё долгое время ошивался с это командой. Он был у них корабелом, плотником, матросом.. Да кем угодно. Но так и не решался сделать полноценный первый шаг на встречу мечты Кнуда. Он сам не помнит сколько прошло уже времени. Годы? Два? Это не важно. Со временем Халли созрел.
И его путь начался.
Последнее редактирование:
