

Имя: Берта
ООС Ник: nanachik
Раса персонажа: Человек (Монзанка)
Возраст: 23
Вера: Западное Флорендство
Внешний вид: Молодая миниатюрная женщина ростом 5,25 футов (160см), весом около 99 фунтов (45кг). Несмотря на половозрелый возраст, черты лица юные, и останутся таковыми вплоть до старости. Её формы не ярко выражены, ведь такова особенность всех её членом семьи по отцовской линии. Про таких женщин говорят: «маленькая собака до старости щенок». Светло-голубые глаза, тонкие волнистые волосы оттенка холодный блонд, светлые ресницы и бледная кожа с розовым подтоном характеризуют Берту как человека с низким контрастом внешности.
В своём образе она сочетает цвета холодных оттенков: белая блузка с кружевным воротником; синяя накидка, больше напоминающая пальто с большими карманами, куда удобно прятать личные вещички; темно-коричневая юбка в пол, скрывающая кожаные сапоги длинной до голени.
Характер: Берта не так проста, как кажется на первый взгляд. Для столь хрупкого существа она является на удивление капризной особой. Порой она слишком быстро делает выводы о человеке перед собой, стоит тому лишь открыть рот. Главный критерий, по которому она оценивает своих собеседников - слова, произнесённые ими. Прежде всего ценит в людях ум и наличие «сердца». С силу своей доброты может сойти за дурочку, но так отзываются только те, кто плохо знаком с ней.
Таланты, сильные стороны: Девица имеет хорошо развитый эмоциональный интеллект и доброе сердце. Её главная сила - умение сочувствовать и поддерживать разговор не только с посетителями таверны, но и с любыми другими разумными обитателями Предела. Эти навыки помогают ей с поиском близких людей, которые будут рзделять и поддерживать гармонию в её жизни.
Берта сильно привязана к тем, кого впервые повстречала на своём пути по прибытию в Предел и крепко дорожит той связью, которую сохраняет со своими горячо любимыми друзьями. Пройдут дни, недели, месяцы, а её отношение к близким в пору долгой разлуки будет оставаться прежним.
Одним только духовным наполнить душу непросто, поэтому Берта утоляет свои интерес и жажду к новому с помощью алковарения. Для неё нет большего удовольствия, чем удачно сготовить партию алкоголя в родном погребе таверны по импровизированному рецепту.
Слабости, проблемы, уязвимости:
Физическая слабость. Мышцы не развиты. Не в состоянии дать отпор в случае нападения;
Трусость. При столкновении с неизвестным или грозным по её мнению существом, прячется за спину любого, кто находится рядом. Боится одного только образа солдата в доспехе и больших звересей, в частности мужчин, а также диких или необычных животных. При личной встречи с такими персонами склонна вести себя более жалобно, чтобы не спровоцировать агрессию в свою сторону;
Импульсивность. В безопасной среде, где негативной реакции на её эмоции не последует, не стесняется дерзить и огрызаться в момент плохого расположения духа;
Тоска о прошлом. Тяжело отпускает прошлое, склонна к ностальгии.
Привычки: Выражение лица Берты часто говорит о её реакции на ситуацию больше, чем слова. Её мимика мгновенно меняется в зависимости от ситуации. Она рефлекторно изгибает брови в ответ прежде, чем придумает словесный ответ.
Мечты, желания, цели:
Перестать держаться за прошлое и обрести душевный покой;
Найти надёжных и близких по духу людей (зачеркнуть);
Мечтает минимизировать количество шума во время рабочих будней;
Наличие супруга с данный список не входило, но все вышло лучше, чем ожидалось (зачеркнуть).
Языки, которые знает персонаж: Амани (устно и письменно), Говарь (устно и письменно).
Функциональные роли: алковар, повар.
Нарративные роли: жена старшего охотника.
БИОГРАФИЯ.
ДЕТСТВО.
История появления Берты начинается в Монзане. Её отцом стал рыцарь-министериал по имени Роберт Сорен, имеющий небольшой клочок земли и скромное поместье, находящиеся в сельской местности вблизи крепости своего феодала. Когда семья молодого рыцаря приняла решение женить того с целью увеличения своего денежного состояния, выбор пал на среднюю дочь служивого коллеги. Алиссента Лаваль стала невестой, а затем и супругой Роберта, начав свою новую жизнь в поместье его семьи.
Первенцем пары стал мальчик, и дали ему имя Готфрид. Родители и родственники называли его между собой коротко - Гот.
Имя второму ребёнку отец дал в честь себя, подобрав для девочки женскую вариацию своего собственного имени - Берта.
Разница между братом и сестрой составляла четыре года, но это не мешало им дружно проводить друг с другом все дни на пролёт на протяжении всего детства. Взглянув на новорожденную сестру в первый день её жизни, Гот сразу ощутил привязанность к младенцу. Он с охотой наблюдал за поведением маленькой Берты, приподнимался на носочках к детской кроватке и просил сестру вырасти как можно скорее, чтобы вместе играть и читать книги. Мать, наблюдая за поведением ребёнка, лишь улыбалась и подбадривала сына в его стремлении дружить с младшей сестрой. Присутствие Гота влияло на мозг младенца, и от того её самым первым словом стало его имя: «Гот!»
Первенцем пары стал мальчик, и дали ему имя Готфрид. Родители и родственники называли его между собой коротко - Гот.
Имя второму ребёнку отец дал в честь себя, подобрав для девочки женскую вариацию своего собственного имени - Берта.
Разница между братом и сестрой составляла четыре года, но это не мешало им дружно проводить друг с другом все дни на пролёт на протяжении всего детства. Взглянув на новорожденную сестру в первый день её жизни, Гот сразу ощутил привязанность к младенцу. Он с охотой наблюдал за поведением маленькой Берты, приподнимался на носочках к детской кроватке и просил сестру вырасти как можно скорее, чтобы вместе играть и читать книги. Мать, наблюдая за поведением ребёнка, лишь улыбалась и подбадривала сына в его стремлении дружить с младшей сестрой. Присутствие Гота влияло на мозг младенца, и от того её самым первым словом стало его имя: «Гот!»
Старший брат принимал активное участие в становлении личности Берты. К тому моменту, как Берта научилась хорошо разговаривать, Гот прочёл ей все книги из фамильной библиотеки Роберта, содержание которых мог понимать самостоятельно. Мальчик обладал отличной фантазией, и на основе прочитанных книг сам придумывал для маленькой сестры новые сказки, рассказывая их ночью перед сном.
Воспоминание 1.
Вечером, перед сном, молвил Гот новые выдумки для сестры, укутавшись с ней под одеялом на деткой кроватке.
- И отвечает ему лошадка человеческим голосом: «Коли не мил тебе дом, ступай бродить по белу свету, но без отцовского разрешения - ни шагу, да никого с собой не бери, на другого коня не садись, седлай меня - я тебе счастье принесу.»
- Ого! Разговаривала! - Заерзала Берта на одном месте, тормоша в маленьких руках ткань ночного платья.
- Да-а, волшебная лошадка же! Принц начал у неё расспрашивать много, а она не отвечала. Говорила только: «Ничего сказать не смею, но буду тебе защитницей да советчицей, коли станешь меня во всем слушать.» Лошадка та была заколдованной, от того и быстрой была, и разговаривать умела! - Трет глаз рукой, чувствуя сонливость, - Принц, как и просила лошадка, не взял с собой ничего, кроме своего верного друга, сказав: «Ни к чему мне такая свита, не нужны ни кони, ни люди. Я возьму немного денег да оседлая свою лошадку и поеду один-одинёшенек по белу свету.» - Бормочет, прикрыв рот рукой от зевоты.
Слушая сказку, Берта представляла себя картинку в ярких красках: красивая кобыла с бархатистой шерстью, резвая, как серна, с ногами точно струнками. Такая помощница могла одним ударом копыта заставить скалы расступиться перед ней, и дракона о девяти главах одолеть.
- А что было потом? - Из раза в раз перебивала она брата, не давая закончить, то и дело кладя ладошку ему на плечо. Но братец, сам того не заметив, прикрыл глаза на секунду и провалился в глубокий сон, тихо посапывая. Самой Берте в ту ночь снилось, словно Гот седлает заколдованную лошадку и скачет на ней по цветущему лугу под тёплым солнцем вместе с сестрой.
Вместе дети учились грамоте, арифметике и прочим наукам с учительницей, которая обучала их обоих на дому в библиотеке поместья. В силу ограниченности денежных средств родителями было принято решение совместить обучение детей, и тем не менее, Гот имел больше интеллектуальной и физической нагрузки, чем его сестра.
Берту не обучали фехтованию и верховой езде, зато она проводила много времени за чтением религиозной литературы, изучая основы Флорендского учения, а также осваивала ведение хозяйства. Пока брат обучался самостоятельно седлать лошадь и держаться в седле, Берта по пятам ходила с матерью по всему поместью. Алиссента организовывала и контролировала домашнее хозяйство: распределяла работу между слугами, делала подсчёт продовольственных запасов сырья, контролировала состояние складских помещений и работу на кухне, а также учитывала все траты и прибыль в семейном бюджете.
Берта училась всем этим обязанностям у матери, ведь она, как будущая хозяйка, должна иметь необходимые навыки для поддержания «жизни» внутри поместья.
Берту не обучали фехтованию и верховой езде, зато она проводила много времени за чтением религиозной литературы, изучая основы Флорендского учения, а также осваивала ведение хозяйства. Пока брат обучался самостоятельно седлать лошадь и держаться в седле, Берта по пятам ходила с матерью по всему поместью. Алиссента организовывала и контролировала домашнее хозяйство: распределяла работу между слугами, делала подсчёт продовольственных запасов сырья, контролировала состояние складских помещений и работу на кухне, а также учитывала все траты и прибыль в семейном бюджете.
Берта училась всем этим обязанностям у матери, ведь она, как будущая хозяйка, должна иметь необходимые навыки для поддержания «жизни» внутри поместья.
Воспоминание 2.
Освободившись от домашних дел Берта сунула в глубокие карманы юбки яблоки спеша на улицу, чтобы добраться до тренировочной площадки. Она хотела понаблюдать, чем занимается Гот со своим наставником. Оббежав поместье с другой стороны, девочка остановилась за кустами, оглядываясь по сторонам, словно играя в охотницу на лесную дичь. Увидев на местности с вытоптанной почвой ветерана, который обучал Гота фехтованию, Берта радостно побежала к ним, желая угостить брата яблоками. Но заметив, что тот выглядит крайне подавленно и устало, впала в замешательство. Наставник стоял над мальчишкой, держа в руке деревянный меч, а тот смотрел на него исподлобья снизу, молча проклиная взглядом от усталости.
- Встань ровно. - Буркнул матерый ветеран, опуская голову вниз.
- Я больше не могу... - Чуть ли не хныча пробормотал Гот. От бессилия он опустился на одно колено с поникшей головой, роняя со лба капли пота.
- Хочешь, чтобы твоя сестра видела в тебе слабака? - Вытянул руку назад, показывая кончиком деревянного меча прямо на Берту. От такого действия она спала в ступор, уж было хотев бежать назад в дом от чувства неловкости. Наставник продолжал сверлить мальчишку взглядом.
- Мужчина должен стоять на колене перед дамой только в двух случаях: когда просит у неё благословения перед турниром, и когда просит у неё руки и сердца. Когда окажешься на турнире - сможешь просить у сестры благословить тебя, в лучшем случае - на победу, в худшем - уйти от туда без пробитой головы. - После этих слов он обернулся на девочку, и взгляд его стал мягче. Ветеран отошёл в сторону, позволив детям провести немного времени вместе, так как увидел во взгляде пугливых девчачьих глаз желание убежать прочь при виде такого зрелища.
Гот не спеша поднялся на ноги, чувствуя угрызение совести за то, что выглядит столь уязвимым перед сестрой. Стоило ему выпрямиться, как он натянул улыбку, вытирая тканной перчаткой пот со лба. Под этой улыбкой он пытался скрыть негодование и сомнения на счет своей мужественности, чувствуя, что не подходит для столь суровой для него роли будущего рыцаря.
- Берта! Пришла таки. Яблочки принесла? - Выпустив из руки деревянный меч он протянул ладонь сестре, ожидая от неё гостинцев за свою тяжёлую работу.
- А... Д-да! Яблочки! - Сунула руку по локоть в глубокие карманы юбки, нащупывая красные яблоки. Вытащив одно, она протянула их Готу, расслабившись при виде его довольной улыбки.
Вместе с братом, матерью и другими родственницами, Берта посещала храм святого Флоренда каждое воскресенье. Звуки струн колёсной лиры отражался от стен, погружая ум в гипнотический покой и умиротворение. Это больше всего нравилось брату и сестре из всего процесса службы. Берта была слишком мала, чтобы внимать словам священника, и просто впитывала прописные истины вместе с образом жизни и традициями, которые чтит её семья.
Дети, поющие в церковном хоре, просили Берту приходить к ним на служения и петь вместе, но она всегда отказывалась из-за стеснительности и неуверенности. Родители все равно не позволили бы ей заниматься этим, так как её помощь в работе поместья была куда важнее.
После посещения церкви Берта и Гот гуляли вместе по сельской местности. На деньги родителей они покупали сладости, которые не могли испечь дома на собственной кухне. В тайне от матери и няньки Гот покупал пиво у семьи, которая производила продукт для местной таверны, и помогал семье «дегустировать» его.
Дети, поющие в церковном хоре, просили Берту приходить к ним на служения и петь вместе, но она всегда отказывалась из-за стеснительности и неуверенности. Родители все равно не позволили бы ей заниматься этим, так как её помощь в работе поместья была куда важнее.
После посещения церкви Берта и Гот гуляли вместе по сельской местности. На деньги родителей они покупали сладости, которые не могли испечь дома на собственной кухне. В тайне от матери и няньки Гот покупал пиво у семьи, которая производила продукт для местной таверны, и помогал семье «дегустировать» его.
Отрочество.
Когда Берте было двенадцать зим от роду, отец семейства скончался из-за болезни, возникшей на фоне обострения старой травмы. С тех пор роль владельца поместья взял на себя младший брат Роберта, так как Гот был слишком юн и даже с помощью матери не мог бы стойко держаться на этом посту. Финансовое положение семьи стало хуже, и у первенца не было иного выхода, кроме как стать полноправным рыцарем и вернуть семье тот уровень жизни, которого они лишились. С тех пор детство у брата и сестры закончилось.
Работы в поместье стало больше. Став старше, у Берты прибавилось обязанностей, от чего возможности прогуливаться с братом даже в минуты его собственного покоя было крайне сложно. Гот стал реже появляться дома, от чего у девочки появлялась сильная тоска и страх потерять брата навсегда.
Из-за отсутствия финансов для обеспечения винного погреба дорогой продукцией, Берта сама училась готовить вино не без помощи своей подруги-пивовара. Нёвушка делилась с Бертой рецептами, которые успешно применяла сама в своей деятельности, и стала для девушки настоящей наставницей.
В год, когда Берте стукнуло шестнадцать зим, Гот был впервые приглашён на рыцарский турнир. Ранее она никогда не посещала такие места, это событие должно было стать для неё особенным.
Работы в поместье стало больше. Став старше, у Берты прибавилось обязанностей, от чего возможности прогуливаться с братом даже в минуты его собственного покоя было крайне сложно. Гот стал реже появляться дома, от чего у девочки появлялась сильная тоска и страх потерять брата навсегда.
Из-за отсутствия финансов для обеспечения винного погреба дорогой продукцией, Берта сама училась готовить вино не без помощи своей подруги-пивовара. Нёвушка делилась с Бертой рецептами, которые успешно применяла сама в своей деятельности, и стала для девушки настоящей наставницей.
В год, когда Берте стукнуло шестнадцать зим, Гот был впервые приглашён на рыцарский турнир. Ранее она никогда не посещала такие места, это событие должно было стать для неё особенным.
Воспоминание 3.
Светловолосая девушка сидела на трибуне рядом Нёвушкой, в специальном месте, оформленном для членов рыцарских семей. Обе были одеты, как и подобает знатным дамам брачного возраста, в нарядные платья, а волосы заплетены в длинные косы.
Пока трубили фанфары с оглашением списка имён участников, Нёвушка кратко на ушко рассказывала подруге о каждом из них: чем отличились, какое состояние у семьи и какие слухи о них гуляют. Гот был единственным, кого Берта знала лично.
- А где твой брат? Почему его не внесли в список участников?
- Ай-й, ты же не знаешь. Лотар недавно получил запрет на участие в турнирах за своё... Плохое поведение. Такого буйного рыцаря поискать надо!
- В сравнении с Готфридом все они буйные... - прошептала в ответ на ухо подруге.
- Берта-а, ты не видела его в бою! Я не удивлюсь, если прямо сейчас этот контуженный, - показывает пальцем на деревянные ворота, откуда въезжали всадники на конях, - словно бешеный пёс прогрызёт ворота и влетит в первого попавшегося латника!
- Не пугай меня так! - Берта положила ладонь на кисть подруги, чтобы та не придумывала лишнего.
В следующий момент ворота отворились, и рыцари один за другим прошлись по площади проведения мероприятия. Народ радостно хлопал в ладоши, приветствуя их. Увидев в веренице участников своего брата, Берта заулыбалась, глядя на него. Всадник обратил на неё внимание, когда смотрел на трибуны, и кротко кивнул в ответ, не желая привлекать к себе лишнего внимания. Гот вёл себя сдержанно и порой даже слишком медлительно когда нервничал, поэтому просить от него большей реакции в такой ответственный момент было бы неправильно.
Начался турнир. Берта ничего не понимала в технике ведения поединка, не знала и о правилах, которые должны соблюдать рыцари. Она просто смотрела и внимала их действиям, которые, на первый взгляд, не отличались друг от друга у каждого из участников.
Но стоило выйти на ристалище Готу, она быстро поднялась с сидения. Он подъехал на лошади к трибуне, и, глядя прямо на Берту, безмолвно попросил у неё благословения, подняв турнирное копьё вверх. Улыбка озарила лицо девушки, и она взяла свой самодельный венок из живых цветов в руки, подойдя к ограждению трибуны. Опустив венок на турнирное копьё всадника она проговорила:
- Принеси в наш дом победу, братец! Ради меня, ради нас и матушки!
Рыцарь ничего не ответил ей, но в знак принятия её добрых слов гордо поднял копьё в руке, безмолвно давая обещание в собственной победе.
Вернувшись на своё место, Берту снова посетили тревожные мысли о том, что Гот может быть тяжело ранен от удара турнирного копья, или выпасть из седла с летальным исходом. Это не давало ей покоя. Кожа на внутренней стороне губ была искусана в попытке успокоить свою неспокойную голову физической болью.
Уже во время забега Берта заметила, что брат более уверенно держится в седле. Все его движения были более резкими и точными, начиная от положения бёдер на седле и заканчивая хватом копья. Зная Гота, он бы, скорее всего, вёл себя более скованно, ведь в повседневной жизни он мягкий и осторожный. Но теперь он ведёт себя совсем иначе.
Он стойко выдержал удар копьём в свой щит, и, не сбавляя темпа, развернул лошадь на повороте, не теряя времени для повторного заезда. Берта крепче сжала руку Нёвушки, чувствуя, как сердце вот-вот выскочит из груди. Про себя она подумала, что зря недооценивала Гота. Он стал настоящим мужчиной за годы тренировок, и теперь стойко хватается за возможность вырвать победу из рук конкурентов!
Берта не подозревала ничего странного, пока второй забег не кончился для Гота неудачно. Соперник выбил его из седла, и тот свалился с лошади на ходу. Берта закрыла рот рукой, чуть ли не подскакивая с сидения, но подруга схватила её за руку, не давая подняться, и с сочувствием смотрела на происходящее.
Но случилось то, чего Берта никак не могла ожидать. Упавший всадник с гневным рыком поднялся на ноги и закричал:
- МЕ-Е-ЕЧ! - Призвал он, нервно оглядываясь по сторонам. Голос его звучал грозно, не терпя возражений. Не дожидаясь, пока кто-то из стражников даст ему меч, он сам выхватил его из ножен латника, оказавшегося рядом по счастливой случайности.
Услышав гневный незнакомый голос из под шлема Гота, Берта обомлела от ужаса. Кто-то украл доспехи её брата и выступил в турнире вместо него!
- Это Лотар! Лотар Гродзкий! - Завопил стражник, пытаясь остановить того, но за эту попытку был треснут по шлему рукоятью собственного меча.
Берта и Нёвушка встали на ноги, будучи не в состоянии сдержать свои эмоции. Они в спешке подошли к ограждению трибуны, глядя вниз во все глаза.
- Кто это?! Это не мой брат! - Берта в страхе закрыла рот рукой и изогнула брови, глядя на ошалевшего рыцаря в доспехе Гота.
Тем временем соперник Лотара остановил лошадь и вскочил с седла в полной готовности продолжать поединок на мечах. Оба рыцаря схлестнулись в схватке, не желая уступать друг другу возможность продолжать турник. В этот момент всем наблюдателям стало понятно, что под латным шлемом скрывается не Гот.
В ходе сражения Лотар поднял забрало, не сдерживая своих яростных ударов мечом. Увидев знакомые черты лица Нёвушка закрыла рот руками, в ужасе глядя на Берту.
- Это правда он... Лотар...
- Какого черта на нём доспехи моего брата?! Где Гот?!
После непродолжительного сражения соперник Лората свалился наземь, содрогаясь от боли в руке от нанесённого ранения.
- Сдавайся! - Крикнул на него Лорат, наступая на шлем бедолаги тяжёлой ногой. Он замахнулся мечом, готовясь нанести последний удар, если соперник откажет признавать поражение.
- Сдаюсь, сдаюсь! - Завопил рыцарь, схватившись за ногу на своей голове двумя руками.
В этот момент на ристалище собрались стражники, окружившие двух мужчин. Берта чуть не валилась с ног, глядя на развернувшуюся картину. Все, что было дальше, она видела сквозь туман, плохо запомнив детали.
После ареста дебошира стража нашла Гота в конюшне. Он был связан по рукам и ногам, а у него во рту был кляп, чтобы лишить возможности докричаться до людей. После такого позора семья Лотара принесла извинения главе семейства Сорен за попытку обесчестить будущего наследника рода. Но увидев Лотара всего раз, Берта уже не могла забыть его. Юноша знал, что встреча с Бертой в поместье семьи Сорен, на которой рыцарь принёс свои извинения перед Готом и остальными родственниками, не будет для него последней. Он заприметил её для себя ещё в день турнира, даже не предполагая, что она родственница Гота.
В тайне от своих родственников они начали видеться сначала в укромных местах на территории дома, но даже спустя время, когда тихая вражда между семьями утихла, они не перестали скрывать свои отношения.
Однажды осенью, на закате, Гот бродил по лесу, выискивая следы дичи перед предстоящей охотой. Среди деревьев он услышал до боли знакомый голос сестры. Она ворковала с кем-то, сидя под деревом, и этим кем-то был никто иной как Лотар. Гот спрятался за стволом одного из величественных деревьев, впиваясь пальцами к огрубевшую кору. Подслушивая разговор сладкой парочки он ловил себя на мысли о том, что он перестал узнавать свою сестру. Она верит льстивым словам человека, в чьём сердце нет места для любви.
В тайне от своих родственников они начали видеться сначала в укромных местах на территории дома, но даже спустя время, когда тихая вражда между семьями утихла, они не перестали скрывать свои отношения.
Однажды осенью, на закате, Гот бродил по лесу, выискивая следы дичи перед предстоящей охотой. Среди деревьев он услышал до боли знакомый голос сестры. Она ворковала с кем-то, сидя под деревом, и этим кем-то был никто иной как Лотар. Гот спрятался за стволом одного из величественных деревьев, впиваясь пальцами к огрубевшую кору. Подслушивая разговор сладкой парочки он ловил себя на мысли о том, что он перестал узнавать свою сестру. Она верит льстивым словам человека, в чьём сердце нет места для любви.

Ему был понятен характер Лотара с самого детства, когда он впервые встретил его в лице буйного соперника на тренировочной прощадке. Этот человек готов был идти по головам, лишь бы добиться своего, и теперь он пытается добиться расположения его дорогой, невинной сестры. Лотар не уважал Гота настолько, что возымел наглость опорочить его имя, "устранив" ещё до начала турнира. Он не знал, способен ли рыцарь опорочить имя Берты, ведь знал его только как надменного, грубого и жестокого человека среди других коллег. Но он не собирался испытывать судьбу и ждать в стороне. Берта может быть в опасности наедине с этим человеком, ведь не способна разглядеть его истинное нутро сквозь сладкие речи.
На деле же Гот видел только одну сторону личности рыцаря. Никто не мог бы поверить в то, что Лотар воркует с дамой, ведь никто и никогда не видел его за сим действом. Берта не была настроена так скептична, так как в силу юности и неопытности не знала, что не все люди такие же добрые и порядочные, как члены её семьи.
Всю свою жизнь рядом с собой она видела брата, который научил её читать и писать, а также научил тем же основам мышления и взглядам на мир, которые имеет сам. От того её и заинтересовал Лотар, который был полной противоположностью Гота. Он привлекал её своим мужественным шармом, харизмой и красивыми ухаживаниями. Никто и никогда ранее к ней так не относился, от того она и влюбилась до беспамятства.
На деле же Гот видел только одну сторону личности рыцаря. Никто не мог бы поверить в то, что Лотар воркует с дамой, ведь никто и никогда не видел его за сим действом. Берта не была настроена так скептична, так как в силу юности и неопытности не знала, что не все люди такие же добрые и порядочные, как члены её семьи.
Всю свою жизнь рядом с собой она видела брата, который научил её читать и писать, а также научил тем же основам мышления и взглядам на мир, которые имеет сам. От того её и заинтересовал Лотар, который был полной противоположностью Гота. Он привлекал её своим мужественным шармом, харизмой и красивыми ухаживаниями. Никто и никогда ранее к ней так не относился, от того она и влюбилась до беспамятства.

Стоило же Готу поднять эту тему, пытаясь объяснить Берте, что её возлюбленный является не самым лучшим примером будущего супруга, как разгоралась ссора. Она словно не слышала доводов брата, не слышала очевидных вещей, которые он подавал ей, словно на блюдечке. В голове её были мысли только лишь об одном, и желания слушать противоречащие тем мыслям аргументы она не имела. Гот опускал руки от бессилия, видя, что сестра стала уже не той, кем была раньше. Она выросла, и, будто теперь неосознанно хочет променять тот образ жизни, коим она всегда жила ради мужчины, которого знает только с одной стороны. Он был не в силах разрушить ту связь, которая выстроилась за короткое время между возлюбленными. Гот не простил бы самого себя, если бы разбил сердце самому близкому человеку.
Но время шло. Все стало... меняться. Одна из подружек Берты, крестьянская девочка по имени Эмили, примкнула к стражникам в момент гуляния. Они выпивали, шумели в таверне и на улице. Лотар и Берта были тому свидетелями. Он тоже выпивал вместе с коллегами, наблюдая за тем, как лишённые всякого стыда и приличия, некогда суровые латники отдавались мирским прихотям: пьянству, голоду и смеху. Но голод их был не только о еде, но и о телесной близости. Эмили не повезло оказаться среди них в такой момент.
Выглядывая из-за ткани длинного капюшона, Берта в смятении наблюдала за тем, как её подругу обнимают жадные до женкого тела руки. Они с Лотаром погрузились в молчание. Он не говорил ей ни слова, глядя на эту картину. Даже если бы Берта попросила его остановить этот безобразие, он бы не сдвинулся с места. Ему нет дела до глупой крестьянки, как и этим стражникам. Сам бы он не рискнул прикасаться к Берте до брака, от того в голове его поселилась зависть. Трогать крестьянку не стыдно в отличие от знатной дамы, которую он поклялся беречь для себя до свадьбы.
Пока ситуация не вышла из под контроля, рыцарь вывел свою подопечную из таверны. Он поклялся самому себе в трепетной защите по отношению к Берте, такой светлой и невинной, той, что не достойна смотреть на столь вульгарную картину. Берта просила его отпугнуть стражников, которые явно позволяли себе слишком много в представлении дворянской девицы, которая в помине таких манер не видела, но Лотар отказался. Он с сарказмом сказал, что они «заслужили этот пир», и было не ясно, говорит ли он про выпивку или про саму Эмили, которая, по его видению, сама была не против таких развлечений. Видя, что Берта не находит себе места от волнения, он решил отвлечь её, намекая на то, что эта ситуация не является чем-то из рядя вон выходящим.
Лотар вернул Берту к дверям отчего дома в целости и сохранности. Утром она рассказала о случившимся Готу и попросила его вернуться в таверну, чтобы найти Эмили и расспросить, что было ночью.
Но время шло. Все стало... меняться. Одна из подружек Берты, крестьянская девочка по имени Эмили, примкнула к стражникам в момент гуляния. Они выпивали, шумели в таверне и на улице. Лотар и Берта были тому свидетелями. Он тоже выпивал вместе с коллегами, наблюдая за тем, как лишённые всякого стыда и приличия, некогда суровые латники отдавались мирским прихотям: пьянству, голоду и смеху. Но голод их был не только о еде, но и о телесной близости. Эмили не повезло оказаться среди них в такой момент.
Выглядывая из-за ткани длинного капюшона, Берта в смятении наблюдала за тем, как её подругу обнимают жадные до женкого тела руки. Они с Лотаром погрузились в молчание. Он не говорил ей ни слова, глядя на эту картину. Даже если бы Берта попросила его остановить этот безобразие, он бы не сдвинулся с места. Ему нет дела до глупой крестьянки, как и этим стражникам. Сам бы он не рискнул прикасаться к Берте до брака, от того в голове его поселилась зависть. Трогать крестьянку не стыдно в отличие от знатной дамы, которую он поклялся беречь для себя до свадьбы.
Пока ситуация не вышла из под контроля, рыцарь вывел свою подопечную из таверны. Он поклялся самому себе в трепетной защите по отношению к Берте, такой светлой и невинной, той, что не достойна смотреть на столь вульгарную картину. Берта просила его отпугнуть стражников, которые явно позволяли себе слишком много в представлении дворянской девицы, которая в помине таких манер не видела, но Лотар отказался. Он с сарказмом сказал, что они «заслужили этот пир», и было не ясно, говорит ли он про выпивку или про саму Эмили, которая, по его видению, сама была не против таких развлечений. Видя, что Берта не находит себе места от волнения, он решил отвлечь её, намекая на то, что эта ситуация не является чем-то из рядя вон выходящим.
Лотар вернул Берту к дверям отчего дома в целости и сохранности. Утром она рассказала о случившимся Готу и попросила его вернуться в таверну, чтобы найти Эмили и расспросить, что было ночью.
Воспоминание ????
К общему удивлению брата и сесты хозяйка заведения сообщила, что Эмили не возвращалась с тех пор, как ушла с солдатами в сторону реки. Там, у мостика, на котором женщины стирали одежду, уже собралась толпа хозяек. Рядом с ними стояли два патрульных стражника, которые пришли на женские крики. В спешке протиснувшись сквозь крестьянок, Берта увидела под мостиком тело своей подруги. Её чёрные длинные волосы колыхались под водой от слабого течения. Она тут же попятилась назад, скривив лицо от ужаса и страха. Дрожащими руками девица прижалась к Готу в объятия в попытке избавиться от силуэта утопленницы на дне неглубокой реки. Брат не медлил ни секунды, и отвел её подальше от развернувшихся событий. Из-за женских воплей утомленные стражники стали только строже.
- Идите своей дорогой, бабы! Тут труп, никакой стирки сегодня! Освободите место для ведения расследования! - кричали они, разгоняя толпу.
Гот повел Берту прочь от реки, не девая ей возможности вернуться туда. Но она и не сопротивлялась, будучи шокированной от увиденного. Когда Гот отвел её на приличное расстояние, она наконец заговорила:
- Бедная Эмили! Бедная моя подруга! - волочит по земле ватные ноги. - Я не верю в это!
Гот с досадой прикусил губу, вспоминая её слова о том, как Эмили ушла к этому месту вместе со стражниками. Думать долго не пришлось: ему стало очевидно, что именно солдаты лишили подругу жизни, скорее всего, даже по неосторожности.
В голове поселилась пустота. Берта пришла в себя только к вечеру.
Пьяные вояки могут сотворить много зла в порыве бесконтрольных эмоций. Только после скромных похорон он рассказал сестре о своих догадках, которые никогда не будут раскрыты из-за подкупа преступниками блюстителей порядка. Эта трагедия навсегда осталась в памяти Берты, после чего она стала избегать компании Лотара и его коллег.
Шли годы. Чем больше Берта приобщалась к ведению семейных дел, тем сильнее становилась тоска о беззаботном прошлом. Они с Готфри стали полноправными дворянами, заслужив свой статус честным трудом во благо семьи.
Прошло не мало времени жития Берты и Гота, как по поместью пошли весьма неприятные слухи, будто в соседнем лесу завелись разбойники, что безжалостно грабят и убивают всех проезжающих, а проживают они на землях сгоревшей деревушки. По слухам, их восстание было спонсировано ближайшими феодами из Флоревенделя, что хотели устроить смуту в Монзане для увеличения влияния. За короткое время был сделан важный отбор, за кратчайшие сроки было собрано военное ополчение из крестьян, наёмников, рыцарей из соседних поместий и Лотара с Готом.
Впервые Гот надел полностью латный доспех для реального боя. В его ножнах хранился прекрасный меч, а голова полнилась страхами. Он уже убивал животных на охоте, но убить человека - это совсем другое. Отстояв пятничную службу до конца со своей семьёй, было принято решение выдвигаться. Юнец сел на коня да поехал рысцой рядом с отрядом. Путь был не долгий, всего около часа езды на лошади. Пока Гот дрожал от страха, Лотар лишь посмеивался. Он был явно опытнее, да и насилие творить ему было не впервой, Мужчина восседал на коне, гордо озирая окрестности, уже желая впиться в бой. Доспех для Гота был конечно тяжёлым, но юный рыцарь постепенно свыкся с железным одеянием.
Наконец показался лес, большой и тёмный, многолетние дубы поднимались ввысь, загораживая ветками и листвой небо. Это зрелище было прекрасно, уж больно Гот любил природу, но он не давал себя рассредоточится, ведь скоро уже должна была появиться деревня. По лесной дороге отряд шёл медленно, озираясь по сторонам, да нервно держа руки у оружиях. Но лес был не бесконечен, от того пройдя ещё около получаса вдали стали виднеться полусожженные халупы.
Решено было отправить пару наёмников на разведку, подобравшись ближе было видно, как по деревне шныряют разбойники, придаются алкоголю, да пересчитывают награбленное. Вернувшись назад, стало ясно - надо атаковать. Гот, подгоняя коней, понёсся вперёд. В его голове крутилось множество мыслей, дум и страхов. Даже устремившись вперёд юноша рефлекторно закрывал глаза. Лотар же просто улыбался.
Минута и Гот въехал в деревню. Повсюду кричали люди, разбойники в панике бежали наутёк или прямо на латников. Юноша опешил, понимая, что нужно что-то делать. Он поскакал за разбойником, пока конь фырчал под ним, но юношу это мало волновало. Настигнув того, он занес меч, дабы убить, и… Снова промелькнувшие страхи остановили его. В полном ужасе он нависал над разбойником, чуть дыша. Он чувствовал, как его сердце пульсирует от страха, а все тело дрожит. Кое-как монзанец смог занести меч над душегубом, да закрывая глаза опустил его на шею наёмника. Кровь обдала коня и самого Гота с ног до головы, а безжизненное тело разбойника упало на колени, повалившись плашмя.
Страх. Пульсирующий по венам страх - это единственное, что смог почувствовать Гот. Лишь вскрикнув он почувствовал удар по телу сзади. Свалившись с лошади неопытный вояка размахивал мечом, пытаясь разглядывать картину рядом и защититься от угрозы. К нему подступал одноглазый, мерзкий грабитель, уже сжимая свой дешёвый меч из плохой стали. Перехватив клинок юноша попытался перебороть свой животный страх, да смог выпадом вонзить его в тело грабителя, отползая назад.
Прячась за щит он чуть повернул голову, увидел картину, что ужаснула его куда больше. Лотос, безусловно, его враг, сражался с огромным и толстым воякой, как лев. Боевой подготовке его можно было лишь позавидовать. Впав в ступор от животного страха Гот был не в силах пошевелиться, чтобы помочь товарищу. Секунда… И в шею Лотоса вонзается клинок сзади. Мерзкий разбойник подлетел, словно стрела на помощь товарищу. Их мерзкий хохот разносился по всей округе.
Испуганный рыцарь смог, разве что, отползти назад. Задыхаясь от волнения и страха, он предпринял страшную и противоречащую чести попытку: бегство. Если уж такой воин как Лотар лишился жизни в этой мясорубке, то что говорить о Готе? Самый грозный рыцарь, которого он знал - мёртв, а значит и пугливый юноша кончит также, если не хуже. Сильнейший проиграл, но для самого Гота ещё не все потеряно.
Скинув щит и остальное снаряжение Гот помчался прочь с поля битвы, продолжая падать и задыхаться. Оказавшись в лесной чаще, он начал звать своего коня фальшивым свистом. И тот действительно пришёл к хозяину. Качаясь, Гот уселся в седло и обнял скотину за шею, роняя слезы на его белую гриву.
«Ни к чему мне такая свита, не нужны ни кони, ни люди...»Если бы он не поддался сомнениям, терзающих его всю свою жизнь, юноша бы увидел, как на помощь отряду прибыло подкрепление от местного феода. Грозные рыцари на конях и с пиками уже впивались в разбойников, но об этом узнать он уже не смог.
«...Оседлая свою лошадку и поеду один-одинёшенек по белу свету...»
Сидя в тихом, безумно скучном доме, и вся в переживаниях Берта смотрела в окно, перебирая ткань платья. На её губах образовались ранки из-за искусанной от волнения кожи. Глаза нервно бегали, желая узнать хоть что-то о любимых людях. С грохотом дверь открылась. В её комнату вошёл угрюмый рыцарь, что был другом их отца. Слегка замявшись он почесал бороду, да схмурил брови. Вояка не знал, как подготовить девушку к подобному.
- Берта… Ты только не волнуйся, хорошо? Лотар… Мёртв. А твой бестолковый брат сбежал, как последняя крыса. Говорят, он мог спасти твоего жениха, да не стал.
Горькие слезы подступили к глазам Берты, она упала на колени, заливаясь в собственном горе. Её любимые брат и жених пропали из её жизни. Утирая красные глаза, дева взглянула на рыцаря. Она не хотела кого-либо обвинять, но не сдержалась. В крике и плаче девушка стала проклинать все, что было на этом свете. Она упала на кровать, продолжая захлёбываться в печали. Мужчина мог понять юную леди, потому просто вышел из комнаты, оставив монзанку наедине со своим горем.
Прошёл месяц горя, прошло два печали. Берта продолжала реветь, отстранившись от всего мира, но на всю деревушку вновь стали раздаваться слухи о женитьбе. Семья Сорен находилась в весьма бедном и даже нищем положении. После побега Гота их настигли огромные репутационные проблемы, а денег, которые он мог бы заработать при дворе, разумеется, не было. Посему семейство приняло решение поступить весьма жестоко, просто женить девушку, что два месяца назад лишилась возлюбленного.
Её суженым решили сделать весьма неприятного мужчину двадцати пяти лет, с двойным подбородком, но огромным приданым. Как только юная дева увидела это нечто, она сразу невзлюбила его. Он был груб, жесток, а к слугам относился как к скоту. Всю ночь перед алтарем Берта провела в раздумьях. Она не хотела выходить замуж за нелюбимого человека.
Брат учил её жить по совести, и пусть теперь она должна его ненавидеть за то, что с не происходит, она все равно не могла... Она раз за разом прокручивала в голове их диалоги. В конце концов она пришла к такому же исходу, как и он: бегство.
Открыв тугой и пыльный ящик она осмотрела преданное. Ровно два золотых украшения и кольцо. Не долго думая она схватила их, да побежала из дома. Ночь была тёмной, как говорят в Монзане “Хоть глаз выколи”, потому и её побег был успешен. Дева увидела знакомого мельника, с коим всегда была в дружных отношениях и слёзно умоляла его, дабы он довёз её до порта и помог сесть на корабль. Старый мельник был человек не глупый, да и в общем то понимающий, поэтому он кивнул и повез к порту Берту. Мельник старался её успокоить и отговорить, но все было напрасно. Она бы никогда не связала свою жизнь с тем, что увидела на той встрече. Доехав до порта дед перекрестил девушку, чуть погладив её по голове.
-Держи, авось, пригодится.
Старая иконка попала в руки к девчушке, а она лишь с благодарностью кивнула. По старой дружбе Мельник смог договориться со своим хорошим товарищем капитаном с судна “Хмельная Акула”, куда и была посажена девушка. Долгие месяцы она провела в дороге, расплатившись фамильным золотом за поездку и помогая готовить местным поварам. Корабль ударился о причал местного града, который назывался Хендельспорт. Чуть придерживая ткань платья, Сорен вышла на берег, ощущая небывалый страх за свое будущее.




