Эмденхафен - портовый город в Королевстве Фрейхетланд, расположенный на северо-востоке Трелива. Он меньше по размеру, чем всемирно известный Мерштадт, но обладает не менее внушительными верфями, занимающими буквально каждый метр порта. Город полностью живёт за их счёт. Он делится на рабочие окраины, портовые закоулки и богатый квартал, где живут хозяева верфей и находится городская ратуша. С недавнего времени город находится под властью септа Водных Гаваней - племени Костегрызов. Они же и основали каэрн на территории города после того, как в ожесточенных боях с Тремерами одержали победу и прогнали почти всех пиявок из города хотя есть вероятность что отдельные личности ещё могут появляться в городе и творить бесчинства. Помимо Костегрызов и очень малого количества уцелевших пиявок остались лишь коренные жители - Раткины. Они прячутся в канализационных каналах и объединены в единое Гнездо. К сожалению, их сообщество уже вымирает из-за последствий вампирской подневольности и ряда других причин.
В Эмденхафене, под смех трактирских выпивох и крики молодой девушки-родича по имени Брегдефиня, под свет свечей в темноте новолуния появилось то ли живое, то ли мёртвое, слабое дитя. На руках старой знахарки лежало тельце. Оно не двигалось. Ребёнок не издавал ни звука и казался почти бездыханным. Старуха смотрела на него, вздыхая об утрате и уже медленно опускала руки, чтобы положить того на ткань. Как вдруг вопли матери перебил пронзительный младенческий крик. Чудо! - воскликнула бабка смотря на только секунду назад "мертвое" тело младенца и поспешно вернула дитя матери и оставляя её кормить своё чадо. Позже эту слабую и нищую кроху мать назовёт Кунцом, дав ему фамилию пропавшего отца - Агербанг.
Чудо рождения дитя спустя месяц сменилось серыми буднями и тяжёлым трудом матери-одиночки. После появления ребёнка на свет она вновь отправилась работать, оставляя Кунца со знахаркой, принимавшей роды. Старуха считала что такое появление на свет дар самого Флоренда по этому приняла дитя как родного оставляя время для работы его матери. Брегдефиня никогда не знала о своей крови, как не знала и правды о своём суженом гару костегрызе - отце мальчика по имени Агерб, который пропал незадолго до родов, оставив семье лишь небольшую сумму монет да свадебное кольцо. После пропажи мужа и рождения сына она трудилась в порту дни и ночи напролёт: днём стирала в прачечной, из-за чего её руки покрывались кровавыми трещинами от ледяной воды, а по ночам работала в кабаке, где готовила еду и понемногу подворовывала её, чтобы принести домой и накормить подрастающего сына.
Время медленно шло, и Кунц рос вместе с ним. Он стал взрослеть, обрёл друзей и компанию, с которой шлялся по городским трущобам и верфям, то побираясь, то воруя что-то с лавок на портовом рынке, когда дни были особо голодными. Подростковая кровь требовала приключений, и он их получал: отвлекал продавцов, пока друзья набирали яблок, а потом все вместе убегали от разъярённого кражей купца. Вернувшись же домой, получал по шее от измученной работой матери, старавшейся оградить юношу от такой жизни, но тот не успокаивался. Или, например - заходил в кабаки незаметно воруя кошельки со столов у трактирских пьяниц а потом у них же со своей компанией слушал разные различные истории из их жизни.
Ближе к двенадцати годам он стал замечать, что ловит странные взгляды от проходящих мимо людей. Зачастую это были одни и те же лица. Иногда они подходили к нему, протягивали пару медных монет и спрашивали, как дела, представляясь друзьями матери. Мальчик вскользь отвечал, веря им на слово, и незнакомцы быстро уходили. Однажды, после череды таких встреч и расспросов о конкретных аспектах жизни юноши и его матери, произошло, достаточно важное событий в жизни молодого Гару. В полночь, когда вся семья спала, закрытые ставни вдруг распахнулись, озарив спящего на лавке мальчика светом луны. Проснувшись от шума, тот не успел даже пискнуть, как тут же погрузился в созданное Галлиардом по имени "Грязный лист" сновидение. После этого его вынесли через окно и, согласно заранее обговоренному другими Гару плану, отнесли в Каэрн Водных Гаваней, который находился в одном из скрытых ответвлений древней городской канализации. Галлиард принес мальчика прямиком к Теургу Костегрызу по имени "Грязный Ноготь". Который начал обряд. Теург помазал уши, веки и нос необращенного щенка пеплом из ритуальной чаши, куда разрезав себе ладонь на глазах у родичей и других Гару, добавил собственной крови. После чего взяв щенка на руки, он вместе с наблюдающими вышел к выходящей к морю трубе. Под лунным светом и вой септа Теург воззвал к духу незримого родича. Тот спустя некоторое время явился по просьбе Теурга поведал септу об истинной природе мальчика и о том что его отец - Арун-Фостерн по имени "Спелый Объедок" это погибший незадолго до рождения мальчика герой что в жестоком бою одолел двух вампиров забрал с собой в могилу этих порождений Вирма, Фостерн не выжил, но был с почестями похоронен септом. После вспоминания об спелом объедке, под речи Теурга, дух оставил на спящем ребенке огненный поцелуй, пообещав, что сообщит если мальчику будет угрожать опасность и предупредит о первом обращении Гару, затем после всеобщей благодарности духу и уже уходящей луне того отнесли обратно перед этим вытерев от ритуальных рисунков оставшуюся часть который он с утра даже и не заметил не помня ничего кроме снов.
С этого времени Кунц постоянно находился под незримым наблюдением духа. Однако скажет ли он племени об обращении юноши или забудет о своем подопечном - покажет лишь время. А пока молодой человек рос и мужал. Он кое-как научился читать по-фрейхетландски у своей бабушки, а также стал подрабатывать в порту если на то подворачивалась возможность. Даже бывало что он срывал спину, а иногда дрался с бригадиром за то, что тот хотел обмануть его и товарищей после выполненной работы не заплатив за неё. Жизнь шла и кипела, каждый день был совершенно другим и по-своему необычным. Из-за этого, даже живя в родных трущобах, Кунц не забывал смеяться и подбадривать друзей, с которыми за долгие годы знакомства уже, можно сказать, породнился. К четырнадцати годам он перестал появляться дома, предпочитая жить на уединённом чердаке, где они с друзьями обустроили себе лачугу, начал курить дешевые самокрутки на те деньги что появились. При этом не забывал приносить престарелой матери монеты, которые удавалось заработать на разных подработках или украсть на улице. Старая Брегдефиня старалась удержать подрастающего сына под своим крылом и опекой, но он рос, и женщина уже ничего не могла с этим поделать.
Ближе к своему 15-летию Кунц раскрывался со всех сторон. Он не был зажатым, а оставался зачастую весёлым парнем, продолжая промышлять тем же, чем и раньше. Работая на стройках и вечно таская грузы, юноша явно возмужал. Вместе со своей кровью он стал достаточно крепким молодым человеком с чёрными волосами и улыбающимся лицом. Он не был ловеласом или богачом. Неплохо шутил, очаровывая девиц или дерзил старшим, стал часто драться на улице, выпивать в трактирах и продолжал курить, вообщем стал вести самый обычный образ жизни обычного бедняка в его возрасте. Но почему-то он никогда не болел и был явно сильнее юнош своего возраста. Ему это казалось чем-то обычным, но пока друзья отлёживались на койках от простуды или получали втыка от старших и не могли ничего им противопоставить он не боялся подраться с каким-то выпивохой (Хоть стараясь сначала решить всё языком) или пройтись зимой по улице в лёгкой одежде зная что не заболеет. Однако у этой монеты была и другая сторона. Вскоре парня стали донимать кошмары - совершенно разные по своей сути, но в то же время одинаковые по содержанию. Зачастую в волчьем обличии Кунц бежал по лесу, выл на красную луну и разрывал тушу какого-то животного, после чего в холодном поту и с криком просыпался. Такие кошмары бывали и в детстве, это правда, но тогда они случались очень редко. Теперь же, к шестнадцати годам, они повторялись всё чаще и чаще. Юноша стал раздражительным и злым из-за недосыпа, срываясь на своих друзей или на проходящих мимо людей.
В один из дней, когда юноша выпивал на чердаке в компании друзей, он, прилично нахлеставшись, решил отправиться домой. Уже вечерело, и для сна на чердаке становилось слишком холодно. Друзья поддержали идею Кунца и тоже разошлись по домам. Едва перебирая ногами и шатаясь из стороны в сторону, парень шёл по пустому переулку, ведущему к его жилищу, как вдруг услышал позади крики стражников. Юноша хотел было рвануть наутёк, чтобы быстрее оказаться дома, но блюстители закона были быстрее: они подхватив Кунца под мышки начали не долгий разговор.
- Ну что, молодой человек, выпиваем? - спросил один из них.
- Выпиваем... - недовольно ответил юноша, прекрасно понимая, к чему всё идёт.
- Ну, раз выпиваем в ночное время, нужно бы штраф заплатить. Закон такой вышел, да-да...
- Да не, вы чё, мужики, я нищий же. Эй, не трожь!
Кунц отбил руку второго стражника, который уже полез к нему в карман, и тут же получил кулаком под печень. Завязалась недолгая драка. Парень успел пару раз попасть по морде второму стражу, но его быстро повалили на землю и прижали коленом чтобы тот не вырвался, и пока один избивал его сапогами по бокам другой лазил по карманам в поисках чего-то ценного. Так бы Кунц и остался лежать забитым насмерть или, в лучшем случае, обобранным до нитки, но вдруг внутри него что-то вспыхнуло. Тело юноши начало стремительно меняться, разрывая одежду в клочья, заместо той обрастая шерстью и вырастая в чудовищных размерах тот с диким рёвом бросился на стражника который к тому времени рухнул на колени, в ужасе глядя на чудовище, которое буквально выросло из только что беспомощно лежавшего парня. Нападавший смотрел недолго - в следующее мгновение лапы Гару яростно разорвали его на две части. Второго стража постигла та же участь: пытаясь спастись бегством он был насквозь пронзён когтями ликантропа что на бешенной скорости бросился к нему. Он уже готов был сорваться с места, чтобы в бешенстве бросится в дома и убить ничего не подозревающих жителей но как вдруг стоило лишь закончить терзать поверженного врага, как чьи-то чужие когти внезапно пронзили его собственную спину, это был Фостерн Рагабаш септа Водных Гаваней по имени "Пинта Пива" что первым среагировал на зов Незримого Родича и бросился к месту обращения нового Гару, и наверное не стоит и говорить что новообращенный был в бешенстве, это то что нельзя описать словами - Тот завыл как дикий зверь а после отпрыгнув от нападавшего на него Гару бросился прямо на напролом, терзая всё вокруг когтями и оставляя глубокие порезы на теле напавшего со спины Гару. Бывалый волк тщетно пытался утихомирить безумца, но слова не помогали - оставался лишь один способ остановить новообращенного Гару: победить его в кровавой схватке. Фостерн кинулся навстречу новообращённому, и они столкнулись в яростном поединке. Хоть, если быть честным Фостерн удерживал явное преимущество над щенком, поэтому спустя пару минут изнурительного боя Кунц обессиленно рухнул на землю, возвращаясь в свою родную, человеческую форму. Одолевший его Пинта Пива перевёл дух, подхватил обмякшее тело на руки и, приняв облик Глабро, скользнул в канализацию. Он быстро добрался до Каэрна и опустил обнажённого юношу прямо перед старейшинами и остальными кто был в септе уже успевшими собраться услышав зов незримого родича. Пинта Пива рассказал о всей ситуации что произошла на улицах и о самом обращении нару ну а пока старейшины отправляли кинфолков "подчистить" место происшествия Пинта Пива отнёс спящего после битвы Кунца в свой шалаш из ткани и досок построенный в Каэрне а сам сел возле той дожидаясь пока новообращенный придёт в себя.
Каэрн Водных Гаваней - основанный после победы в войне против Тремеров каэрн септа Водных Гаваней племени Костегрызов. Он располагается в восточной части канализации Эмденхафена, уступая западную часть гнезду Раткинов. После многочисленных бедствий и выживания крысолаков под вампирским рабством во всей канализации, к каэрну Костегрызов прикрепился дух "Свободы Отрепья". Это величавый дух, был удивлен освобождением Раткинов из подневольности силами Костегрызов. После победы он присоединился к их каэрну, но взамен на свою помощь попросил следующее: "В стенах вашего дома никогда не зазвенит цепь и не захлопнется засов перед тем, кто молит о защите или просит о помощи". Костегрызы обязаны давать убежище любому существу, если оно бежит от рабства или нуждается в искренней и безкорысной помощи. Если они откажут беглецу в защите - дух лишит каэрн своей помощи. Из интересного про духа можно выделить то что он ненавидит рабство в никакой своей форме.
И пробуждение не заставило себя долго ждать. Открыв глаза и обнаружив, что он лежит абсолютно голый в каком-то чужом притоне, Кунц не на шутку перепугался и что есть мочи завопил на всю канализацию пока к тому не спеша протирая только увидевшие сон глаза не вошёл Пинта успокаивать новообращенного Гару, правда, сразу же получил оплеуху в лицо от перепуганного щенка пытающегося понять где он находится, но сразу получил за такую дерзость когтистую лапу по морде от перешедшего в Глабро Пинты а после прижавшего его к земле чтобы тот его наконец-то выслушал. Кунц успокоился лежа на спине под клыкастой мордой и волчьими рыками которые почему-то понимал, как окажется позже это Высшая речь, ну а пока что новообращенный продолжает приходить в себя, Фостерн его уже отпустил и усадил перед собой перед этим дав накинуть ему какие-то лохмотья, и спокойно начал рассказывать Кунцу что вообще произошло, тот кратко поведал тому кто он, кто был его отец и кто мать, кратко рассказал кто такие Гару и для чего и кем они были созданы, пресёк сравнение с глупыми мифами про оборотней и сказал настроить себя на встречу со альфой септа и по совместительству отцом Пинты оставляя новообращенного обдумать всё сказанное и прийти в себя.
Голова Агербанга разрывалась, а тело ломало после недавнего обращения. Мысли путались, на глаза уже наворачивались слёзы, а голова шла кругом от пережитых эмоций, полученной информации и всего происходящего вокруг. Он не мог понять, что с ним происходит, где он и кто он такой. До этого момента он жил совершенно обычной жизнью, а теперь он - что-то или кто-то другое. Но мысли Кунца прервал вновь зашедший в лачугу Пинта Пива. Он велел парню поправиться и идти за ним. Юноша поднялся с холодного пола канализации и последовав за Пинтой, с осторожностью разглядывая всех и каждого на своем пути к "Бочке Пива" - альфе септа, Адрену и Галлиарду. Идя по канализации, Кунц встретил местных жителей - Гару и Родичей септа Водных Гаваней. Некоторых он даже узнал: это были люди, которые на протяжении всей жизни подходили к нему на улицах и заводили разговор или помогали монетой представляясь друзьями матери и расспрашивая об их жизни. Пройдя ещё дальше, он увидел тех, кого Пинта представил с неким состраданием в голосе - Дворняги. Это были практически те же самые Гару, но с различными дефектами: от крысиного хвоста у метиса по имени Волчий Хвост до семи пальцев у подобного ему с именем Не Больше Не Меньше, которые позже показались Кунцу совершенно обычными и нормальными не смотря на свои внешние отличия. После короткого рассказа о метисах, Гару дошли до альфы септа. Пинта протолкнул Кунца вперёд и представив его Бочке Пива как новообращенного щенка и сына ныне мертвого героя. Дальше слово держал уже сам альфа: он представился, после чего последовал достаточно долгий и несколько мучительно-поучительный разговор. Свободный от практически всех дел Галлиард поведал Кунцу об устройстве септа, иерархии в нём и отношении к другим Гару (например, к тем же метисам) заостряя внимание на том что в септах Костегрызах нет места оскорблению по праву рождения как и нет особого отношения к тем чьи отцы или матери были "Героями" ведь у них уважение зарабатывается не чистотой крови а делами конкретного Гару по защите матери или помощи септу. Позже, по просьбе самого Кунца, вожак рассказал о героическом подвиге его отца и о нём самом так, как велит настоящая история Галлиарда-Костегрыза, без приукрашивания, с кровью, бранными словами, и частичкой сарказма. Тот рассказал ему о том что его отец практически всю жизнь провёл в септе ведь в подростковом возрасте случайно увидел как один Гару борется с Тремером на улице города и после этого нарушения вуали Спелый Объедок был забран в септ чтобы не раскрыть никому об существовании ликантропов и не подвергнуть себя самого опасности за свой длинный язык, бочонок так же рассказал том как отец Кунца встретил мать Кунца, полюбил её и зачал самого щенка но через несколько месяцев беременности к концу войны с вампирами он отправился на достаточно проходное убийство низшей пиявки, но обнаружив ту попал в засаду и умер в тяжелой битве против двух вампиров благо на последних силах успел вывести тех на открытый свет и даже умирая не отпустил тела узурпаторов чтобы те сгорели заживо на солнце забирая их на тот свет вместе с собой. К концу рассказа Бочка Пива передал щенка под полную опеку Пинты и с того момента фостерн должен был более подробно рассказать Кунцу обо всём, что обязан знать настоящий Гару, и подготовить его к обряду перехода, разговор закончился и Кунц вместе с пинтой вернулись в лачугу перенеся начало обучения на следующий день, благо, теперь, у новообращенного рагабаша есть куча времени.
Следующий день прошёл в лекциях и тренировках по изменению форм - благо Кунц быстро научился менять их по своему хотению. Да и последующие дни прошли точно так же. Если быть честным, практически всю неделю, а то и две, Рагабаши ходили по канализациям. Они знакомились с Гару Водных Гаваней, слушали песни Галлиардов и мудрости старых Теургов о всем что только можно, так как Пинте было попросту лень рассказывать всё самому. В отличии от престарелых Гару которые были вовсе не против рассказать Кунцу об легенде о трех братьях заостряя внимание на самом Младшем из выводка, ему рассказали как нарушился баланс сил, о том что в будущем произойдет Последняя Битва, и Гару всех племен сойдутся в кровопролитных воинах с Вирмом, где Костегрызы по мнению старика по имени "Жёлтый парус" несмотря на унижение от других племен из за жизни среди людей, единственные смогут выжить и вести партизанскую войну против Вирма, пока оборотни других племён по типу Серебрянных Клыков или потомках Вольдра о которых Кунцу так же рассказали, умрут в авангарде. Параллельно они тренировались изменять формы в самых разных ситуация, контролировать их и применять их в нужные моменты времени, и даже обмазываться в грязи в люпусе чтобы казаться уличным псом и выйти в нем в город. Так же происходили и курьезы, например, по пути обратно в Каэрн, шагая по трубам, оборотни встретили Раткина. Тот блуждал в человеческом обличии, был весь мокрый, измазанный в каком-то дерьме, и напевал под нос: "Я тупая крыса, я вонючая крыса, я не умею играть в карты". Как рассказал сам крысолак, он проиграл в карты на желание Костегрызу-Филодоксу из септа и тот не придумал ничего лучше, кроме как заставить его ходить и позориться перед жителями канализаций. После разговора с ним Пинта предупредил Кунца: хотя Раткины и кажутся такими глупцами или дураками, на самом деле они очень хитры и скрытны. В некоторых качествах они могут превосходить даже Гару. Но в последний года из за оккультных обрядов Тремеров, нация Раткинов в Эмденхафене стала постепенно вымирать из за насланных на них болезней, воздействия вирма, и проклятий что очень плохо сказались на крысолаках, впрочем старейшины Септа Водных Гаваней стараются всячески им помогать в восстановлении своих сил. Так же Пинта рассказал об истории как один Раткин имени которого он не знает, спас его тушу когда тот еще был совсем щенком, однажды ночью когда война против Тремеров шла полным ходом, тот шляясь по канализации и возвращаясь в Каэрн был со спины атакован пиявкой и почти убит но тут на звуки боя прибежал Раткин, что сцепился с Тремером в битве давая Пинте сделать от того ноги, и как бы пинта не искал того крысолака после боя тот не смог его найти и отблагодарить, и по этому чувствует к Гнезду Раткинов особую симпатию за своё спасение, и по этому старается всячески помогать коренным жителям города и почти всегда выступает за помощь им от септа, что, конечно, говорит делать и Кунцу ведь все они создания матери, несмотря на свои истинные формы, прошлые воины и разногласия имея ввиду Войну Ярости. Стоит упомянуть что Кунцу за прошествие нескольких месяцев поведали о многих вещах в мире Гару, например об законах литании кои не поленился рассказывать сам Пинта. Тот рассказал сначало все тринадцать законов а после начал обьяснять те что не понял молодой Гару. Тот так же заострил внимание на одном из ключевых законов: "Да не возляжет Гару с Гару". Пинта с особым трепетом и аккуратностью начал объяснять Кунцу тонкости этого запрета. Он подчеркнул, что хотя рождение метисов считается тяжким грехом, главная цель Костегрызов, как и всех остальных племен - выжить в Последней битве и пережить Апокалипсис, чтобы продолжить войну против Вирма. Для этой победы Гайе дорог каждый боец. Пинта подвел к мысли, что хомиды, люпусы и даже рожденные в нарушении Литании метисы - это в первую очередь Гару. Если дать искалеченным щенкам правильное воспитание, то даже метис со щупальцами вместо лап встанет в строй и будет сражаться за Гайю наравне со всеми. Именно по этому костегрызы "Усыновляют" метисов из других племен где их считают плодом греха. Пинта продолжил свое объяснение. Он строго отметил, что десятый закон Литании - "Не становись обузой для своего народа" - практически не соблюдается в большинстве септов Костегрызов. Не стал исключением и Септ Водных Гаваней, где ветераны былых войн против Тремеров до сих пор живут, находят приют и обучают молодняк да и самого Кунца. Пинта подчеркнул, что каждый местный Гару обязан заботиться об этих "предках", которые буквально кровью отвоевывали каждый метр бетонных коллекторов ради "светлого кирпича" в канализациях города. Так же он кратко прошёлся и по другим законам, которые в септах Костегрызов толкуются немного иначе, чем в других. Ими стал и закон "Сражайся с Вирмом повсюду и всегда, не давай Вирму плодиться" и другие. Насчёт первого Пинта кратко объяснил Кунцу, что большинство Костегрызов так или иначе взаимодействовали со скверной. Он по секрету рассказал, что сам в одной из долгих миссий отправился в Мерштадт, где встретился с Носферату из этого клана. В обмен на определенное задание от них - какое именно, тот не уточнил - и после выполнения получил план канализаций и тайных проходов во всем городе. Это сыграло ему на руку и помогло обойтись без раскрытия Вуали и кровопролития. Так что этот закон Пинта объяснил так: с порождениями Вирма плохо взаимодействовать, с ними надо бороться, да, но если другого выхода нет тои надо выбирать меньшее из зол то можно, но очень аккуратно, и лишь в исключительных случаях, чтобы это взаимодействие шло тебе на руку, не подвергало тебя или других Гару опасности по твоей вине, и чтобы проверка из высших племен (Серебряные клыки или Теневые владыки) тебя не раскрыла ведь те привыкли жить наверху и чтить каждое слово Литании пока Костегрызы живут тут - в канализациях и стараются в них, в первую очередь - выжить, всеми способами что доступны.
Впоследствии, спустя ещё несколько месяцев, Кунц хорошо овладел Высшей речью, запомнил глифы некоторых племён и знаки охоты. Он привык к формам, и время постепенно подводило Пинту и Кунца к обряду перехода. Но перед тем как идти к старейшинам за обрядом перехода - Пинта предупредил Кунца, чтобы тот хорошенько выспался. Он добавил, что они проведут первый осознанный щенком обряд в его жизни: Обряд Талисмана. Пинта без особых углублений изложил ход ритуала и основные его моменты, предупредив также и о том, что обряд может не выполниться. Через двое суток, ближе к вечеру, Кунц надел нужную для него одежду и вместе с Пинтой отправился на канализационный сток, уходящий прямо в открытое море. Там он сел на край в удобной для себя позе, чтобы видеть и своё отражение, и луну, пока Пинта устраивался в форме Люпуса позади него. Кунц стал просто сидеть, всматриваясь в гладь тихих по течению канализационных вод, и ждать - можно даже сказать, медитировать. Для новообращённого подобное времяпрепровождение было достаточно скучным и мучительным, тем более пока Пинта позади него мирно похрапывал. Однако ближе к рассвету Кунц стал обдумывать моменты из своей прежней жизни, задавая самому себе вопросы: что он будет делать, когда его наконец отпустят в город, и что же сейчас происходит с матерью. Когда начало светать, уже проснувшийся в Люпусе Пинта тихо подобрался к парню и скомандовал: - Обращайся в Кринос. Слушая своего учителя, Кунц подконтрольно метнулся в Кринос, не отводя глаз от своего отражения, как ему и наказывал раньше Пинта. И, на удивление, судьба соблаговолила щенку: вернувшись обратно в Хомид, он остался в своей одежде. Похвалив ученика за успех, они вместе отправились обратно в Каэрн.
И вот. Когда обряд Талисмана был готов, Кунц мог контролировать себя во всех формах, говорить на Высшей речи, и Пинта посчитал, что он готов. Они отправились к Бочке Пива, чтобы назначить обряд перехода. И по прибытии в Каэрн Пинта, найдя своего отца, представил тому Кунца, рассказал о его небольших достижениях и о том, что он готов, и тогда Бочка, подозвав щенка, начал... мягко говоря, унижать. Десятки оскорблений полетели в морду Кунца от Альфы септа, пока другие Гару тыкали пальцами и смеялись с униженного Рагабаша. Да даже Пинта пробрасывал какие-то язвительные словечки в адрес своего ученика. Нельзя не сказать, что Кунцу от этого было не слишком приятно, и тот хотел бы что-то ответить, но даже не знал что, так что просто стоял с грустным лицом, стараясь как-то оправдаться. Но попытки оказались тщетными, и тот просто впитывал, словно губка, все оскорбления в его адрес. И к его счастью, через некоторое время, когда альфа прекратил, все Гару вокруг сразу поймали "тишину", и тогда Бочка, прокашлявшись, заявил: "Ровно через 3 дня этот щенок, - указал на Кунца, - пойдёт на своё первое серьезное задание и покажет септу и духам, что он достоин носить наше имя". И после речи и завывания некоторых Гару, Пинта вместе с учеником ушли обратно готовиться. Уже в лачуге тот успокоил находившегося в смятении Кунца и сказал о том, что подобный "прогрев" получают все щенки Водных Гаваней, что пришли просить об обряде перехода, да и даже Пинта давным-давно получал подобный выговор от своего Альфы. С того дня у них было всего три дня на подготовку, но скорее на обдумывание всего, что может произойти на нём, и ожидания.
По прошествии трёх дней поутру они отправились в Каэрн, где их уже ждал Мастер обрядов и Альфа септа с некоторым количеством Гару, что пришли поглазеть на щенка. Бочка начал речь: "Так. Слушай сюда внимательно. Завёлся тут один хрыч по имени Бергело Монтфери, что нашим делам мешать вздумал... Он позарился на наши территории. Но тебе этого знать не обязательно. Ровно через день вечером в портовом переулке на 2/3 будет встреча его и начальника Гарнизона города по каким-то делам. Твоя задача состоит в том, чтобы прервать эту сделку и не дать этой занозе договориться с гарнизонщиками. Понял?" - спросил Бочка. "Понял", - ответил Кунц, переглянувшись с кивающим Пинтой и замешкавшись на секунду. "Ну и пиздуй отсюда. Пока задание не выполнишь, в септ можешь не соваться. А, и да - любая помощь от других Гару запрещена, и не смей мухлевать! Духи всё видят...", - сказал Бочка, а Кунц выдохнул и, повернувшись, направился на выход из канализации, проходя мимо расступающихся перед ним Гару, не говорящих ему ни слова. И он за долгое время поднялся на свежий воздух, что казался ему неродным, и на слепящий глаза свет. Можно было бы подумать, что он сразу отправился в порт, чтобы осмотреть место встречи... Да как бы не так. Он первым делом побежал в свой старый дом, чтобы увидеть престарелую мать... Но - никого. Постучав в дверь, он понял, что та оказалась не запертой, а из дома вынесены все вещи, будто бы там никто никогда не жил. Он не понимал, что случилось, как это произошло и куда пропала его матушка, но времени на горе у него не было. И он направился на место встречи, но столкнулся с проблемой - он попросту не понимал, как туда пройти, а тем более проехать, если те будут на карете, обнаружив лишь одну вменяемую дорогу, ведущую в отдалённый переулок, где и будет встреча. Запомнив это и поразмыслив головой, он направился в богатый квартал города, чтобы узреть свою цель или хотя бы его жилище. Но перед этим он зашёл в трактир, что был неподалёку от богатого квартала, и, присев у стойки, подключил всё своё красноречие. Он, хоть был и без монет, завёл диалог со старым трактирщиком, коего знал, наверное, с самого детства. Тот был рад его видеть, спрашивал, где он так долго пропадал и что случилось с его мамой. И, почти честно ответив ему, Кунц спросил о своей цели - где он живёт и чем промышляет. Старик как на духу ответил выросшему ребёнку на все его вопросы, рассказав, что тот, кого он ищет, промышляет торговлей домами во всём городе - от трущоб и порта до богатого района. Но явно что-то он мутит, судя по тому, что слышал старик. Также он рассказал, что живёт тот сам в богатом районе на отшибе, его дом, как никакие другие, ограждён высоким забором и личными гвардейцами. И когда Кунц спросил, не знает ли трактирщик, что может понадобиться Бергело от начальника Гарнизона, тот ответил, что не знает, но помнит, что кто-то из гарнизонщиков говорил ему, будто после одной из встреч начальник гвардии ночь не спал, оря на гвардейцев в казармах и проклиная его имя. Тогда, поблагодарив старика, Кунц направился через канализацию в сторону богатого района, поднимаясь у самого дома богача. И, чтобы не отсвечивать, спрятался в переулке, наблюдая за его домом и обдумывая план действий, стараясь увидеть что-то интересное, пока время неумолимо текло. Пока он сидел, то постоянно чувствовал на себе чьи-то взгляды, хотя никого вокруг не было. Это было странно, но он не придал тому значения - после ему объяснили, что, по всему видимому, за ним следили духи как за тем, кто проходит обряд перехода, но не суть. Просидев ещё некоторое время, Кунц услышал у ворот дома Бергело какие-то крики и шум. Оглянувшись, он увидел, как двое мужчин загружают внутрь кареты средних размеров сундук, замотанный со всех сторон чёрной тканью, пока сам богач контролировал процесс и буквально стирал пылинки с этого ящика. Тогда всё сложилось, план Рагабаша возник в его голове сразу же, и он, вновь спускаясь в канализацию, помчался в свой второй дом - чердак, где в детстве и юношестве проводил больше всего времени. Дойдя до места, он увидел плачевную картину: повсюду была пыль, разруха и паутина, дверь сгнила, а замок был украден. Но Кунцу это было вовсе не важно - главное, что в самом углу остался похожих размеров сундук, какой он видел на погрузке. И, взвалив его на плечи вместе с чёрными шторами, он отправился через все трущобы и порты к дороге, по которой будет ехать карета. Остановившись на половине пути и положив сундук в укромном месте, он начал собирать всё, что было вокруг: от кирпичей и просто увесистого мусора до земли. Плотно засыпав всё это в сундук, он сделал его достаточно тяжёлым, наподобие того, что грузчики загружали в карету. Обернув его в чёрную штору, он пошёл в ранее знакомый ему трактир, чтобы найти человека и скоротать остаток времени до вечера. И, проведя там некоторое время и взяв с собой пьянчугу, который за небольшую плату был готов испугать лошадей и потянуть время, они отправились в переулок в ожидании вечера.
Прождав так несколько часов, приблизился вечер, и, объяснив план действий и роль пьяницы, он отправил его на другую сторону улицы, выжидая. Но не успел он и сесть, как послышались визги коней и топот копыт. Выглянув из переулка, он увидел ранее знакомую ему карету. И, кивнув своему напарнику, они приготовились. Карета шла медленно, но уверенно сближаясь с диверсантами, и когда та встала прямо перед ними, пьяница с диким ором и визгами понёсся на лошадей, вызвав на себя реакцию кучера, что, стараясь удержать лошадей, остановил их, крича на бродягу, оскорблявшего его. Не вынося таких слов, кучер, вылезая из-за седла, решил надавать тумаков, пока Бергело не спеша выходил из кареты, ругаясь на своего кучера, что разозлился на оскорбления, смотря вслед убегающему пьянице и беспокойным и испуганным коням. И тут у Кунца появился шанс! Он, схватив сундук на плечи, открыл дверь кареты, вытаскивая из неё настоящий и подменяя его своим, стараясь сделать всё настолько быстро, насколько это было возможно. И вот удача - разъярённый переченьем и оправданиями кучера богач не возвращался в свою карету, давая Кунцу время убежать с сундуком, закопав его в ранее подготовленную яму, чтобы не возиться с ним. И когда всё наконец-то утряслось, и они продолжили путь, Кунц как стрела, минуя все завалы, побежал к месту встречи, увидев там небольшой отряд гарнизонщиков во главе с начальником стражи, который трепетно ожидал прибытия Бергело, оскорбляя того за непунктуальность. Даже невооружённым глазом было видно, как он переживает и стоит весь на иголках. Но его ожидание продлилось недолго, и через некоторое время прибыл сам Бергело, после здорованья с которым начался долгий диалог, во время которого богач позволял себе отпускать некоторое количество язвительных фраз в еле сдерживающего себя стражника. Те говорили о защите территорий Бергело и наведении порядков в трущобах, ведь Бергело имел множество земли в том квартале, но из-за плохой репутации она ничего не стоила, были слова что множество нищих живут в канализациях и по незнанию заходят в богатый квартал пугая горожан, и что было бы славно это прекратить, если обобщить: Навести свои порядки на территории трущеб если не полностью их уничтожить то сократить, а так же засыпать пару каналов в канализации чтобы там не жили нищие, как выяснилось - Бернело ярый ненавистник всего грязного и нищего, он хотел получить власть в городе сделав его не менее красивым как другие города Фрейхетланда, но для этого ему требовались не не менее сложные и опасные для септа действия. И вот, когда сделка подходила к концу, Кунц, сжимая кулак, смотрел, как кучер выносит из кареты сундук, ставя тот перед недовольным начальником стражи и разматывая его, пока Бергело самоуверенно смотрел прямо ему в глаза. И вот - рука кучера потянулась к крышке сундука, открывая который, тот узрел не золото и украшения, что должен был получить, а груду мусора, кирпичей и земли. Реакция стражника последовала немедленно: он во всё горло завопил на Бергело, схватив того за шиворот и приказывая своим гвардейцам схватить кучера. Он был не то что зол - он вышел из себя, повалил Бергело на землю, начиная бить того ногами, считая, что его обманули и оставили в дураках после всех слов, что он слышал на сделке. Бергело хоть и пытался что-то сказать, но было уже слишком поздно. В это же время Кунц, сидя на крыше дома, чуть ли не смехом заливался, наблюдая за избиением богача. И, понимая, что он справился с заданием, он спустился обратно в канализацию перед этим забрав с собой закопанный им ранее сундук.
Быстро добравшись до Каэрна, тот, приблизившись к Альфе, заявил: "Я выполнил данное мне задание". В доказательство этому он поставил на пол сундук, наполненный золотыми украшениями и монетами, стоя перед всеми, в том числе и Пинтой. И тогда Мастер Обрядов, переглянувшись с кивающим Бочкой, который открыл сундук и посмотрел на золото, и шептающего ему на ухо наблюдателя что следил за выполнением обряда рассказывающим основную суть что произошло, начал завершать обряд. Тот, взял ранее намешанную в ведре грязь и разорвав одежду Кунца, начал наносить различные символы на тело щенка, при этом взывая к духам, следившим за исполнением обряда. Тот заявил: "Вот же он, духи, тот, кто прошёл ваше испытание и не дал врагам вашим на землю вашу позариться. Дайте же ответ - сможет ли он носить имя Гару?" И вдруг из-за спины Кунца послышался звук: "Сможе-е-е-ет", - ответил дух после слов Мастера Обрядов, который продолжил наносить символы на тело Кунца. "Эти символы скажут всем, что ты, Заводящий Свору, настоящий Гару!" - заявил Мастер, впервые объявив и назвав новое имя молодого Гару, знаменуя этот день как пополнение в рядах Костегрызов давая тому отдохнуть а главное погулять как следует этот день. И когда все уже разошлись Пинта взяв своего ученика поднялись на вверх и позаимствовав некоторое количество монет из сундука который принёс Кунц начали "Кутить" Проведя несколько дней в кабаках и празднуя выполнение обряда перехода.
