Kinfolk — Stellan

Темная дымка нависла над заснеженной деревней родичей, одного из немногочисленных септов Скральдсона, стрекотание жуков охватывало итак небольшие улочки. Дух порчи, приняв форму множества саранчи, пауков, да остальных насекомых лавиной среди ночи обрушилось несчастьем для родичей. Следы трех человек, одни были больше остальных, показывая намеком на взрослую женщину, да двух ее отпрысков, что она тянула за руки, пытаясь как можно скорее увести от напасти. Бейн, словно специально выждав тот момент, когда гару пойдут на охоту нанес удар по незащищенным кинфолкам, которые остались с защитой из нескольких гару, что не смогли сдержать напасть. Разрушив большую часть поселения, а некоторых заставил бежать в разные стороны. Сон, затянувшийся среди деревьев навевал воспоминания, которых не было у мальчика, тот бежал один, везде был лес, а его ноги сами заставляли перемещаться все дальше, хотя и выбившиеся волчье завывание из глубин заставило Стеллана проснуться, увидев перед собой привычных для себя людей - мать, которая от страха бросилась непонятно куда с ним при нападке на деревню, да старшего брата, еще тихо дремавшего упертым в дерево. Однако выбившаяся из сил, пары ночами скитаний, да утраты ориентира среди заснеженных пустошей Норгейла мать двух мальчиков не смогла открыть свои глаза, ее пальцы стали заметно чернеть, а плечи покрылись инеем. На ней не было практически теплой одежды, все, что она могла сделать - отдать их двум сыновьям. Стеллан оказался посреди ветреных пустошей, как и его брат им пришлось покинуть тело близкого человека, начав уже собственный путь туда, куда смотрят их глаза. Большие, слипшиеся снежинки между собой липли к лицу, заставляя прищуривать очи, да согревать теплым дыханием собственные ладони. Младший, пытался наступать на следы брата по его указке, пытаясь не тратить лишний раз свои силы, пока тундра, не прощавшая ни одной ошибки для неподготовленных охотников все же сжалилась над двоими, да перестала снежить бураном, открыв взор на гигантские стены Манхейма. Вряд-ли эти оба смогли выжить, не будь они владельцами волчьей крови, что передалось от отца-гару. Очевидно, что связь с прежним септом и не знанием о том, кто они есть отрезало им связь с волками, и даже редкое наблюдение за братьями прекратилось, дав их судьбы в их руки. Ныне, оказываясь беспризорными, те не владели ничем, отчего могли выжить, отчего наполненный город казался еще более отвергающим, чем лес, принимая в штыки двух новых поселенцев. Но подобное не длилось долго, привычка нескольких людей видеть двух братьев на улице заставило пройти слухи, о двух сорванцах, что постоянно были вместе, да выживали тем, что могли найти, или, как было редко; Орудовали мелким воровством. Оставлять, возможно, хороших кадров “Клинки Ведьм” не были никогда намерены, для них - брать подобный контингент являлось привычкой, отчего для них это не было ново, всяко было лучше, чем оставлять тех на попечительство улиц. Обоих братьев, державшихся постоянно вместе взял пришедший ради них один из представителей золотого молодняка, а точнее тот, кто хотя бы смог выжить. Тот добровольно-принудительно выставил условие, что так они умрут, а доказательством этого были исхудалые ребра обоих мальчиков, где невооруженным взглядом можно было понять, что тело не выдерживало, да начинало есть само себя. Их, как некоторых других парней примерного их возраста взяли в пешую колонну до цеха, который был крайне далек. Исключительная удача рождения дала им шансы на выживание, и идя в колонне, прижимаясь лишь друг к другу, Стеллан, как остальной только прибывший молодняк оказались у стен цеха, недалеко от крепости самих ведьминов, да на близжнем крае к центральным землям, будучи следующей, после крепости Бускет. Орвар - брат Стеллана, так же, как и он лишь косвенно слышал от своей матери о Матери-Земле, однако в силу возраста они не могли рассказать ни слова о том, во что им говорили верить. Торегианство стало для них единственной верой, которой прививали молодняку, ведь именно жречество Скральдсона растило новых детей ведьм ради борьбы с наводнившимися и ухудшенном состоянии цех ведьминов. Умереть бесчестно - жить зазря, главная мысль поразившая все аспекты обучения необращенного, и если тот не сможет прожить жизнь чести вряд-ли его можно будет назвать воином. Стеллана не пытались научить чтению или письму, а в особенности попытки рассказать о существовании бестий, ныне, не представлялось нужным. Исключительно физические тренировки для закаливания детей ведьм заставило обратить внимание взглядов на необычную адаптивность братьев, а в особенности их выносливость, думая, что в них лишь хороший потенциал, который следует долго обточить, словно ржавый меч, пока он не станет разрезать врагов. Их тренировки были опасны, теплой одежды не всех не хватало, а первое ухудшение зимы заставило нескольких юнош упасть лицом ниц, к снегу, к сожалению - не без утрат. Морозные /джунгли/ там, где должны выживать только приспособленные оказывали влияние и на отношение между собой, не редки были драки за еду, вещи или излишней злобы от места их нахождения. Оружие выбрало их само, к уверенности им дали возможность тренироваться с ним, выдав то, что было залежавшимся в арсенале, некоторым копье, а Стеллану меч, что был покрыт начавшейся гнилью на рукояти, хотя и не подвергало уменьшению работоспособности того. Бытие можно назвать было ужасным, отношение к парню было сродни мертвецу, имя не пытались запомнить, а смотрели словно сквозь, ведь огромная смертность в обучении пропускало жизни парней между пальцев, проливая часть из них, оставляя на ладони выживания лишь часть, что смогла выжить с заданий на убой. Орвар, относительно младшего брата был менее стойким духом, не будь Стеллана рядом тот давно бы сломался, но тот итак переносил морально все более тяжело.

***

​
К семнадцати годам необращенные не оказались гару, те не были расстроены ведь не знали о своем начале, а уж тем более те ничего не потеряли и остались прежними, не изменяя себе и не ведая, кто они есть. И хоть сила тех была незначительно превосходящей, чем у сверстников, мастерство опытных ведьминов усмиряло их, а постоянные ведения к лесу, да сны о нем породили между братьями говор о том, что те имеют одинаковые наваждения. К своему возрасту, каждый овладел клинком на достаточном уровне в борьбе защититься, однако насколько это не было комичным, но в том, в ком грелась кровь гару обучали тому, что те отродья этого мира, существа ведомые лишь инстинктами и желание поработить весь люд. Байки о люпусах, что могут встать на две ноги ходили между молодняком, не давая каждому поверить правда или это лишь приукрашение. К напутствию, ведь вскоре должно было состояться испытание трех, каждого, кому следовало пережить его, или умереть передали те крохи знаний, что могли себе позволить более старшие ведьмины, сжалившись над молодняком, ведь сами проходили через это. Кроме прежнего обучения убийства именно бестий, и тактики боя с ними ничего особого не представлялось, но сейчас тем смогли поведать о йотлундах, гарпиях, да нацхерах, что больше всего водились в этих землях, кроме остальной низшей нечисти. Знания были практически ничем, если сравнивать с настоящей угрозой, но то было лучше, чем ничего.



Очередная зима. 308-год 4-ой эпохи, ночь, когда началась битва за крепость Бускет, близь Сноухельма. Однако, дабы рассказать всю историю, требуется обратить на событие недельной давности; Испытываемый постоянными навеваниями о лесе, Стеллан, будучи все так же не одним видел ужасающее снижение боевого духа их цеха. Ведьминов станилось все меньше, а проигрыш за проигрышем указывал на постоянную смертность от лап волколаков. Ситуация была хуже некуда, еще немногим, да далее Скральдсонскому жречеству не будет того, на кого они могли положиться. И когда возле земель Сноухельма проревели вольчи вои, а испытание трех должно было начаться с дня на день старшими ведьминами было принято сослать молодняк на достойную смерть, дать попробовать отразить и дать отпор там, где смерть будет гарантирована, пытаясь отдалить то мгновение, когда цеху придется склонить свою голову в бессилии, да принять поддержку от Общества Клементе. Проще говоря, Орвара, Стеллана, да остальных тех, кто обучался рядом, да держал меч бок о бок с ними сослали на смерть, их лица были пусты, и хоть тем дали последний, хороший ужин холодные галеты съеденные в повозках были такими же безвкусными, как и вся еда до. Крепость Бускет представляла собой несколько башен, крепкую стену, но без лишних излишеств, та была так же наполнена иным молодняком Детей Ведьм, оставив внутри так же далеких ветеранов, которые были готовы отдать свою жизнь за сопротивление напасти. В очередную ночь дежурства, часовые обильно говорили о зверье вокруг крепости, как те часто пробегали вокруг. На утро оказалось, что /кто-то/ перекрыл им доступ к внешнему миру, ныне обозы на дороге были перевернуты, а отпущенные лошади оставили длинные следы к лесу. Все означало лишь то, что ведьминов желают выморить, дать поводы паранойи, да понизить боевой дух, сделав из крепости общую, каменную могилу. День сменялся ночью, еды, да припасов оставалось меньше, ловушка захлопнулась и вспоминая старые долги погода ухудшилась; Очередной буран накрыл крепость стоящую у склона, но в этот раз вой оказался куда ближе прошлых ночей, с рыком перевоплощенные волколаки, пользующиеся тьмой ночи прорвали ворота, отчего началось глобальное побоище. Ведьмины старались подняться, как можно быстрее, но гару оказались естественно первее, и сразу, что обрушилось - был склад с арсеналом, где были часть мечей, а также редкие серебряные лезвия между ними, что по-большей части пользовались ветераны. Орудуя стальными клинками, да копьями; Молодняк не мог противопоставить яростному гару, что длинными когтями разрывал плоть охотников, и хоть раны могли показаться на плоти криноса от лунного металла, из-за количества гару перевес становился значительным. Отбившись от брата, Стеллан попытался присоединиться к очередной группе, что сражалась, да держала хоть какой-то напор против волколака, но очередной нанесенный удар обезоружил двоих, представ с мечом наготове перед трехметровым существом. Руки сильно дрожали, парень никогда не испытывал настолько обильного, животного страха перед существом перед ним, которое в миг держа лапы поднятыми для удара уловил запах родича. И продолжая держать ее, случилась для слуха кинфолка глухой удар, а после некая белая вспышка в своих глазах и с рассеянным зрением тот пал вниз, как его товарищи, благо лишь в бессознание, пока лязги клинков продолжились, а гром падающих камней от рассыпающейся крепости поднимали клубы пыли со снегом.

С рассветом и кончающейся бойней, Стеллан открыл свои глаза. Он стянул со своего тела труп, что лежал на нем; И оглядевшись вокруг, пытался не закричать имя своего брата, поднявшись сначала на четвереньки, а после и обе ноги, чувства боли в суставах не прекращали о себе значить. Разорванные тела валялись вокруг, парень переворачивал животами кверху, пытаясь увидеть знакомое лицо, но постоянно терпел неудачу. Груды завалов от разрушенной одной из стен башни, а также потолка похоронили под собой несколько человек, где по всей видимости и был Орвар. Но попытавшись убрать эти мысли, вдруг тот так же, как и он рыщет его, то краем уха ведьмин услышал говор, который мог даже понять, но ощущения были совсем другие от привычного - скральдсонского, или же амани. Подумав, что кто-то остался жив, или же иные Клинки Ведьм пришли увидеть то, что осталось много не думая, а возможно и подставляя себя под удар тот вышел из крепости, узрев перед собой группу людей. Держа меч до сих пор в ножнах, ведь нашел его не так далеко от места, где пришел в себя - Стеллан первым делом сфокусировал свой взгляд на том, кто же это был. Одежда, отличительные знаки, ничего не говорило о том, что это иные ведьмины. Группа была заметно на взводе после случившегося, и хоть само психическое состояние ведьмина оставляло желать лучшего от вида всех тел внутри - принял он на себя злобные, или же странные взгляды, что ярко взбудоражили в нем привычное замешательство и легкий страх неизвестного, как поступит группа гару, окруженных в форму хомидов. Не успев сказать и слово, началась “Проверка”, Стеллана недолго спросили о том, кто он, что он знает о тех, кто на него напал, высматривая в нем предателя, и пытаясь ответить честно, ведь врать в значительном перевесе сил было странным. Гару услышали то, что хотели; Ведьмин оказался непросвещенным кинфолком, воином, поднявший на них свой клинок из незнания, а не из личных поводов, а его существование среди людей было проблемой слабости самих гару, отдавшие деревню Бейну на растерзание. И украдкой сказав то, что теми существами были они, Стеллана принудительно, не спрашивая о его мнении взяли с собой.

Продвигаясь вглубь Норгейла, к одной из деревень самого большого септа в Скральдсоне - Кровавый Фьорд, крупицы знаний из вопросов давали понять, кто тот есть на самом деле, и почему сны о лесе подсказывали о его внутреннем естестве, а не пытались напугать и отвернуться от чащ. Смотря на то, чем, и как владеет Стеллан, чем было военное ремесло того решили оставить в новой для него пре-септовой деревне родичей, ведь в том текла так же кровь потомков Вольдра. Вначале относились к тому небезопасно, тот, кого ранее обучали убивать бестий, начал жить с бестиями, столкнувшись с моральной и непреодолимой дилеммой; Его жизнь раскололась на “До” и “После”, в /прошлой жизни/, не ведая о гару он был подающим надежды клинком ведьм, который закалил свое тело и, скорее всего смог бы пройти испытание трех. В иной стороне - ныне он родич, тот, кто обязан исполнять приказы гару и находиться на низшем месте в пищевой цепи. Тогда, разве обязательно было стать тем, кем он сейчас и не будет являться продолжающееся невежество за грех. Начиная постепенно уживаться, постепенно сознанием вспоминая встреченный ей ужас, да постепенно привыкая к обильному волчьем вою рядом со своим домом. Стеллан тяжело переживал смерть Орвара, тому часто снились сны о нем, пока горечь утраты брата было близким и для остальных, что могли понять бывшего охотника на нечисть. Хотя, назвать его бывшим можно было сложно, со временем, когда его статус окреп, а меч после пережитого встал вновь направлен на врага; Стеллан перенимал мудрость, и хоть обычное оружие было топорищами, молотами или иным тяжелым, привыкший к мечу кинфолк продолжил свое дело. Скральдсон был полон низшей нечести, и перебивать ее всю для гару было постоянной задачей, но столкнувшись с этим, Стеллан пользовался обучением, данными ему знаниями, да отбивал тех от домов родичей, становясь пушечным мясом, которому еще следовало вырвать своими зубами долю чести, да репутации. С годами жизни рядом с родичами, постоянно показывало их статус, иногда, но даже браки были исключительно по расчету, хотя и это была лишь меньшая часть из семей, будучи в самом низу списка, пытаться стать кем-то не имея ничего рано или поздно приведет к смерти. Обучить чему-то стоящему гару кинфолка вряд-ли желали, не будь это его семьей, отчего Стеллану пришлось сделать выбор, как стать кем-то большим, чем есть сейчас? Учиться дальнейшему владению клинком у ведьминов у него не получиться, а начать с самого начала придется потратить не один десяток лет на переобучение, отчего выбор состоял из того, что тот мог сделать сейчас. Стать ремесленником и бросить то, чем владел ему не желалось, легче было обучиться тому, что смогло идти рука об руку с его владением и стать лишь дополнением к его возможностям. Родич стал расспрашивать о связях, кто есть такой, что мог легко ему помочь и подобный смог найтись; Один кинфолк, что жил и работал в Манхельме и являлся деканом алхимического факультета, причиной этого было тем, что в его обязанности было как можно больше отречение от танатохимии, ядов - если быть проще, что вредило Гайе, и продвижению именно ятрохимии. Этот декан был одним из родственников соседа Стеллана, что за несколько лет стал ему близок и помогал влиться, ведь сам понимал тяжести бытия родичем, отчего дав ему наводку, гару, хоть и посчитали данную затею бессмысленной, насильно останавливать его не стали. Вестка к декану была отправлена, и не помочь кинфолку было незачем, отчего при начале учебного года тому пришлось вновь, уже будучи взрослым навестить знакомый город.



***​


Хоть и учебным закладом это было назвать полностью было с натяжкой, ведь факультет алхимии в гимнасии, идущий в параллель с изучением флористики был более беден из-за нехватки кадров в самом Скральдсоне того по рекомендации смогли принять без лишней оплаты за обучение. Естественно для своего начала - тот принял ятрохимию, отрекшись от танато-, или же почвохимии, как то, что может навредить Гайе, выступая за не изучение ее в своей же группе, как и сам декан, что был так же кинфолком. Все началось с самого основного, изучение искусства заставляла в самом начале изучить его историю, а именно охоту на алхимиков, когда были открыты изобретения наподобие реторты, или же кальцинатора, и основная работа котла для изготовление снадобий. И естественно - попытка воссоздания Великого Эликсира от одного отвергнутого делателя алхимического ремесла из Мэр-Васса. К сожалению, не умеющий до сего момента писать, да читать Стеллан, с тяжестью освоил навыки письма достаточно быстро, ведь подготавливался к началу обучения, набираясь опыта в деревне. Алхимия, которая как наука изучала вещества, состав и свойства, а также их применение, далась которая с необычным интересом к кинфолку, а в особенности обозначение элементов. От самых базовых, как четыре элемента, до первоначальных трех символов “Рун Чудского”; Аер, Гидраген, да Квебрит, что обозначали различные алхимические субстанции, что обычно выделялись из растительного сырья - летучие и очищающие, водные и охлаждающие, а также связывающие и структурные фракции. Немаловажным оказалось разделять металлы, железо от олова, свинец от меди. Их вес, цвет, да видимая глазом структура, что также имели свои символы, а обозначение имело название космических тел, как Солфар с золотом, или же Адспер с серебром. Из-за того, что Стеллан выбрал Ятрохимический факультет, ему своевременно объяснили, что тем, чем он будет заниматься это оптимизация и получение лекарств и биологических соединений исключительно в помощь людям. Ятрохимию считают столбом, на чем держиться врачебная наука, в которой не требуется создание золота или серебра, а лишь в изготовлении лекарств. Углубляясь именно в эту стезю, Стеллан узнал о дополнительных рунах, как Киноварь, Ребис, да Фульгор, стойко игнорируя или предавая меньшему вниманию: Купорос, Солнце, да Эфир, считая их чистым проявляем танатохимии. Первоочередным, с чем столкнулся родич на практике - алхимический песок; Крайне удобренная почва, созданная неким исследователем из Флорэндвеля, полная минеральных солей, да прочими удобрениями. Кинфолку самолично пришлось замешивать руками, да инструментами чернозем, муку из костей животных, компост, да самое удивительное для себя - концентрат красной пыли, который налился из рук учителя, ведь соскальзывающие ладони от грязи могли случайно разлить весь бутылек неплохо стоящего концентрата. Вместе с практикой использования, да изготовлением алхимического песка, синонимом которого является Алый нарост, или же по простому - землеед, Стеллану пришлось обильно следить за каждой частью роста этого растения и его изготовления в последующем. Это было крайне многофункциональным растением, основа в создании каждого зелья, будучи заполнением между различными компонентами, без чего воссозданное будет скорее бурдой без никаких полезных свойств. Стараясь быть крайне аккуратным из-за токсичного и ядовитого сока, который вызывает раздражение и опухлостям, Стеллану пришлось ощутить ошибки на себе, которые стоили ему обильным зудом ладоней. Учитель кинфолка был приверженец использования ступки и пестика для того, чтобы алый нарост дал свой сок, чем нарезание того, считая это более правильным подходом, хотя имелись и другие способы заготовки, как сушка стеблей, маринование, что прошло вскользь, но было важной темой для алхимии. К сожалению, самая отвратительная практика Стеллана все же настигла того, в один из дней учитель пришел к группе с большой банкой из стекла наполненным жутко выглядящими глазами пещерных, и лесных пауков, благо из-за бытия в Скральдсоне подобные реагенты продавались более открыто и дешево чем в иных местах. И только открыв банку разразился ужасный запах, и хоть создается чаще всего маринованные глаза для вредоносных снадобий, но знание приготовление будет подспорьем того, что надо ограничивать, ведь знающий бедность может понять бедняка. Одним длинным “Фу”, все в аудитории содрогнулись в том, что им придется делать, однако вызвавшись, кинфолк попыталась зажать нос одной рукой, что привело к не шибкому комфортну, потому долго продержаться так не смог, и задерживая дыхание каждые пару минут тот пытался следовать указания учителя, и как можно быстрее закончить создание банки, где будут медленно мариноваться глаза. Мотивация закончить быстрее дала тому наконец закрыть всех их с нужными ингредиентами, и от радости приподняв руки к своему лицу то неожиданно ощутил весь спектр запаха, отчего еще долго не мог отмыться от подобного, а особенно руки. Напоследок обучения алхимии, и того, с какими знаниями отправляют студентов в свободное плаванье не хватало лишь знаний о дистилляторе или же перегонного куба, что являлся ключевым инструментом алхимиков, лекарей или апотекариев, состоявший из обогреваемого сосуда, отводной трубки, да приемника для сбора концентрата.


Параллельно всему обучению алхимии, Стеллан обильно учился и на занятиях флористики, что были казалось менее скудны, ведь некоторые иные, как врачевательские факультеты объединялись в одну, когда начиналось обучение травам. К крайнему сожалению учитель был больно занудным и говорил тихим, монотонным голосом, от которого постоянно хотелось спать, что нередко и случалось на его лекциях. С картой Скральдсона, а также повсеместную и не шибко точную показывающую Трелив учитель указывал на близлежащие и регионы произрастающих растений, где они встречаются чаще всего, где реже, а где и вовсе отсутствуют. Скральдсон из-за своей крайне северной части был скуден на некоторые растения, но имел при себе неплохую базу целительной, обеззараживающей флористики, что могла для знающего путника спасти ему жизнь. Одним из основных и более отчетливым для нахождение трава является целостел, ягодный куст высотой до полутора метров и круглыми листами. Фиолетовые ягоды, которые как роса напоминали стекающую с кончика листа воду, имел крайне горький вкус. Целостел, после пробы создания маринованного глаза паука из лекций алхимии имел отличных запах, а его действия были своего рода уникальны. Если съесть несколько ягод или употребить отвар внутренние боли значительно уменьшаться. Второе растение, которое запомнилось наравне с прошлым было Поталем, что ранее для Стеллана было сравнимо с сорняком, который он даже пару раз пробовал на вкус при обучение в ведьминском цехе. И хоть данное бедное блюдо могло накормить разве что крестьянина в неурожай, или бедняка - свойства вдыхания пара вареного корня растения помогают снять отеки дыхательных путей, а перегонка, что известна так же с прошлых уроков может создать настой и средство для борьбы с болезнями, замешанных на дыхании. Описывая и запоминая каждое действие, что можно провернуть с флористикой, а так же, как их найти; Невольно запись о горьком машевника тоже оказалась у Стеллана. Ядовитые цветки и плоды для насекомых и скота, первое что должно бросаться для простого люда, однако знающий может воспользоваться плодами данного растения, как противодействие кашлю или насморка. В отличии от обычного создания концентрата, плоды следует долго и точно измельчать их, и собирая в отдельную чашу использовать исключительное по несколько капель, которые заливаются в нос и рот, дабы не попадало на язык, ведь не зря название имеет слово “Горький”, настолько он невзлюбился в простом народе, потому приходиться в момент использования сока зажимать нос и держать челюсть замкнутую, дабы лишний раз не чихнуть. Каждое знание приближало Стеллана к его желанию, отчего травничество было лишь одним из шагов к становлению кем-то среди племени, обучаясь флористике рука об руку с алхимией, пока постепенно кинфолк рос, да самосовершенствовался, перенимая для себя азы и этой части большого пласта знаний. При окончании пары лет обучения двум стезям знаний, нельзя было сказать на родича, что тот полностью мог называться алхимиком, или же травником. Не ожидая для себя тот столкнулся с, практически, иным для себя миром, огромное количество того, что следует еще изучить заставило впасть его в ступор. Но не впадая из-за этого в апатию, бывший клинок ведьм продолжал самостоятельно, при окончании обучения пытаться самостоятельно находить травы, да следить за тем, за чем никогда ранее не пытался смотреть - под ноги, да вокруг, ведь все, что хватало тому фактически находилось под его стопами, осознавая и вырастая так же и в некотором роде морально, оказываясь ближе к природе, чем когда либо до этого. Возвращаясь обратно к прежнему месту жительства после покидания его на некоторое время, Стеллан начал смотреть на все более опытным взглядом, и хотя тот не знал многое о гару, тому хватало опыта сделать выбор для себя, будучи отчего-то все свое время в раздумьях, постепенно пытаясь собрать ингредиенты для самостоятельного изучения алхимии, и пару раз в неделю расхаживая в лесу ради нахождения новых трав и возможностью оказаться без шума рядом. Так и могла перейти его жизнь в иное, спокойное русло, но воинственная кровь Вольдров, в его жилах, давала о себе знать. Постепенно всё больше на его голову валилось то, что он не мог проявить себя в достаточной мере. Но жизнь родича была достаточно однотипной и бесславной, что не устраивало Стеллана. Он не мог показаться в родных землях, перед своим отцом, как тот, кто не имеет на себе значительных военных шрамов, что показывали бы его заслуги, ни уважения племени. Именно это стало причиной того, что он отправился на Предел. Это не было быстрым решением, оставить всё здесь не легко, поэтому к этому нужно было готовиться, чем он и был занят. Последним толчком стало то, что одна из стай, что отправилась искать славы на Пределе, в итоге так и пропала. От неё не было весточек, ничего что могло бы подсказать о здравии. Гару решили что те сгинули, но мысль о том, что их всё еще можно было спасти и заслужить себе этим доброе имя не покидала головы родича. И вот, теперь она стоял на борту корабля, смотря как из-за горизонта показывались новые берега.
 
Имя: Стеллан
ООС ник: -
Возраст: 29 лет
Раса: Кинфолк
Внешность: Крайне похож на типичного северного человека с достаточно высоким ростом, постоянно одет в теплые меха, ведь привык к холодам. На теле красуются шрамы.
Характер: Воинственный и честный, со всеми замашками потомков Вольдра.
Таланты, сильные стороны: Знания о травах, да алхимии. Сила и ловкость присущие кинфолку..
Слабости: Тяжело поддается выбор из двух, а так же излишняя надееность на воинскую честь оппонента.
Привычки: Топчет снег под собой.
Цель и мечты: Вернуться в родной септ без сожалений, да со славой.
Функциональные роли: Алхимик последователь; Травник-ученик.

Архетип; Охотник
Дух-покровитель; -
 
Последнее редактирование:
Сверху