Начало. Глава 1
Все начинается где-то в отдаленном краю королевства Флоревендель, когда прикосновения весеннего солнца дарят тепло и уют и в каждом уголке поселения ощущается прилив жизненных сил. В полях трудятся крестьяне, готовя землю к посеву. В садах цветут деревья, обещая богатый урожай, в огородах появляются первые ростки зелени. В воздухе витает запах свежести и надежды.
Окрестные леса уже примеряют свои зеленые наряды добавляя больше красок в общий пейзаж.
И среди всей этой красоты в одном из домов с наступлением ночи прорезается первый детский плач, на свет под крики воронов появляется девочка, волосы которой станут подобны огню, а глаза подобны малахиту. Бледная, почти как снег кожа с веснушками, что рассыпаются по лицу и едва заметно попадают на плечи.
Рождение девочки подарило семье Синдервейл много радости, она была первым ребенком, любимым и желанным.
Ее отец – Корвин и ее мать – Элла были морфитами но, к сожалению, совершенно безответственными по своей природе. Хоть они и любили ее больше жизни, но из-за своей же рассеянности не могли давать ей столько внимания, сколько требовалось. Двум непутевым морфитам на помощь всегда приходила бабушка Ламии – Элеонора…
Бабушка всегда оставалась рядом, была доброй, терпеливой, но все еще оставалась строгой. Она же являлась учителем в одной из местных школ, обучала маленьких детей грамоте, языкам, игре на инструментах и всем необходимым правилам и манерам, вскоре же обучит этому и свою внучку. В один из дней родители Ламии заявили, что собираются отправиться в странствие по всем уголкам мира, и они вверяют свою дочь в руки бабушки. Элеонора была вне себя от злости, но не потому, что не хотела следить за внучкой, а потому что родители вновь проявили свое безрассудство и решили бросить свое дитя. Разгорелся скандал, и входная дверь с грохотом захлопнулась, оставляя во внезапно опустевшем доме бабушку наедине с четырехлетней Ламией.
Это тебе не игрушки. Глава 2.
Девочка росла не по годам, а по часам под мудрые советы и наставления своей бабушки. Элеонора оберегала внучку, заботилась о ней как о самом ценном, что у нее было, но и это являлось правдой.
Ламия росла очень добрым и миролюбивым дитя, ее любознательности всегда не было предела: только научившись читать она хватала любую книгу, которая попадется под руку, от художественной литературы, до научных справочников по травничеству и медицине даже в таком раннем возрасте стараясь изучить столь серьезные и важные темы. Она научилась понимать анатомию, то, как устроена болезнь и какие болезни существуют, какая трава и при каких пропорциях сможет помочь снять боль, а какая при длительном применении способна избавить от недуга. Изучала также безумно интересный для себя животный мир, мир природы: где и какие животные обитают, чем известны и чем особенны, где и какие растения растут, любое знание пригодится в жизни.
Время летело, и рыжеволосая девчонка набиралась сил, знаний и все больше желала изучать мир вокруг себя не только через рассказы бабушки или других взрослых, но и самостоятельно. Ламия часто выбиралась из родного дома в сторону полей и окрестных лесов, что находились неподалеку, наблюдала за птицами и мелкими безобидными зверьками. Больше всего ее завораживало пение тех пернатых, что садились на ветки, вили свои гнезда, распевая красивые мелодии о только наступившей весне, словно стараясь сообщить каждому, что грядет теплая пора и уже самое время выходить из своих домов и греться в лучах ласкового весеннего солнца. Маленькая Ламия любила спрятаться где-то за стволом высокого дерева, или же залезть в кустарник и тихо слушать и, если повезет, наблюдать, не вторгаясь в эту идиллию природы.
Приходила домой девочка всегда под вечер, как только последние лучи солнца скрывались за горизонтом, и почти каждый раз ее встречал недовольный взгляд ее бабушки, ведь очень часто рыжеволосая убегала на свои “приключения” без спросу, любопытство всегда побежало любой страх, даже страх получить от собственной бабушки.
Из раза в раз юной морфитке приходилось объясняться, почему она сбежала, где была и зачем она это сделала, в свою же очередь Элеонора с укором смотрела на внучку и думала, как же вбить в эту крохотную голову все предостережения, ведь она знала, каким на самом деле мир может быть жестоким.
Ламия села за стол, на котором уже все было готово к ужину, взяла столовые приборы как ее и учили и принялась слушать.
“Элеонора: - Я много раз объясняла тебе, просила, чтобы перед любым своим выходом из дома ты ставила меня в известность. Кроме тебя у меня никого нет, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, пока я этого не вижу. Хорошо. Я вижу, что настало время объяснить тебе то, что я так долго откладывала. Мир, в котором мы живем далеко не весь полон добра и спокойствия, всегда найдется тот, кто захочет тебе навредить и ему будет не важно, сделала ты что-то плохое или нет. Я вижу твое желание познавать что-то новое за пределами этого дома, но ты должна понимать, что я не всегда смогу быстро оказаться рядом и прийти на помощь.” – Женщина говорила это, смотря прямым взглядом на девочку, а ее лицо приобрело настолько серьезный вид, насколько это было возможно, бледные пальцы тем временем нервно постукивали по столу, все больше вмешивая в разговор нотки напряжения, которое и без того нависло над столом густой тучей.
“Элеонора: - Жизнь за пределами нашего дома, а в особенности за пределами нашего поселения очень и очень опасна. Есть много злых людей и других существ: воры, убийцы и другого рода преступники. Ты думаешь, они остановятся, увидев перед собой маленькую, беззащитную девочку? Я отвечу тебе сразу – нет. Или… ты думаешь, что в случае, если ты потеряешься где-то в лесу или в другом поселении ты сможешь себя прокормить? Тоже – нет. Я понимаю… Что я не смогу тебя удерживать вечно подле себя, но позволь тогда тебя научить, научить всему, что я знаю и что может пригодиться тебе дальше. Запомни, это тебе не игрушки, Ламия.” – тяжелый монолог был закончен, с горем пополам они расправились с ужином и вскоре отправились спать. Только вот девочка долго не могла уснуть, каждый раз прокручивая в своей голове слова бабушки.
Наутро юную морфитку ждало много уроков и различных разговоров о том, как себя вести с разными людьми и другими существами, чего стоит опасаться, а чего лучше не делать вовсе. Все последующие дни Элеонора обучала свою внучку разным вещам, таким как: кулинария, ей она обучалась в разных условиях, как в самых обычных, на домашней кухне, так и более трудных – на природе, где приходилось есть только то, что сама сможет найти. Училась также разводить костры, лучше прятаться, создавать убежища и все, что могло бы пригодиться в походных условиях. Из книг и рассказов бабушки она научилась использовать специи и различные травы, как делать перевязки в случаи небольших ранений, дабы просто успеть добежать до ближайшего лазарета и даже старалась составить свои личные рецепты чего-либо, будь то еда, будь то отвары из трав, но чаще эти записи просто выкидывались в огонь.
Ламия быстро схватывала все то, чему ее учили. К своим шестнадцати годам она уже умела читать, писать, готовить и что самое главное – выживать. Бабушка обучила ее и трем языкам – амани, флоревендельский и морфитский, ведь она должна понимать речь тех, с кем может чаще всего сталкиваться на этой земле.
Уроки языков были трудными, и уже это давалось девочке не с стой привычной легкостью, изо дня в день она учила слова, правила, а потом старалась составлять уже свои предложения, за каждую серьезную оплошность девушка получала по рукам указкой в это время ловя на себе строгий взгляд своей учительницы. Элеонора относилась к этому с особой серьезностью, ведь одна маленькая ошибка могла стоить ее ученице жизни, а этого нельзя было допустить. Произношение они оттачивали с дополнительными усилиями, дабы не было слышно акцента ни в одном и слов. Важно было довести все до совершенства. Со слезами и болью… Это у них получилось, хоть и стоило это многого. Также ей часто прививали учения о религии, а именно о Западном Флорендстве. Эти учения ей преподносились как единственно верные, но Ламия, как очень любопытная душа, старалась найти все больше ответов на свои многочисленные вопросы, что сделать… не всегда удавалось. Она знала, что в мире есть большинство других верований и мечтала узнать обо всех, о которых только сможет, чтобы смотреть на мир с разных сторон и ракурсов, ведь это – тоже ключ к ее безопасности в дальнейшем. Чем больше знаешь и понимаешь – тем точнее ты знаешь, как говорить с теми или иными существами, народами и их представителями и знаешь, чего стоит опасаться и ждать в целом. Она стала мечтать о том, чтобы узнать и другие культуры, их обычаи и жизнь, но сейчас ей это казалось чем-то несбыточным, ведь под чутким надзором бабушки, ей было тяжело выбираться куда-то, тем более на длительный срок.
Навстречу новой жизни. Глава 3.
Одним летним вечером, когда солнце уже ушло за горизонт, Ламия сидела недалеко от своего дома, делая записи в личном дневнике. Сидела она на давно сваленном бревне, который благополучно забыли рабочие, она вслушивалась в трели сверчков и кваканье лягушек у водоема, время от времени наблюдая за тем, как светлячки и ночные птицы пролетали вокруг. Наступила тишина, в которой все звуки природы занимали свое законное место, больше не было людских голосов, шума ярмарок, а теплый летний ветер сдувал пыль с травинок около дорог, по которым еще днем ездили тяжелые повозки с запряженными в них лошадьми. Где-то вдалеке виднелись огоньки города, возле которого и жила девушка, высокие стены, обрамленные фонарями, или же факелами, это навевало приятные мысли о том, что она рада, находиться за пределами всей той суеты, где-то в отдалении. Выбиралась же в город она редко. В основном, только при нужде, или настойчивой просьбе своей бабушки ну и конечно, когда ее побежало собственное любопытство. Там всегда было шумно и людно, город особенно славился своими ярмарками и шумными праздниками, туда съезжались многие купцы и торговцы, дабы увезти из этого богатого края как можно больше продовольствия для своих лавок за его пределами, а также чтобы продать свои заморские товары.
Она долго смотрела на огни уже тихого города и…в этот раз любопытство победило снова. Уже взрослая морфитка оглянулась на свой дом, в котором все еще горел свет лампы в комнате бабушки, и медленно поднялась с бревна, на котором сидела, направившись домой. Она зашла тихо, почти неслышно взяла мантию свою мантию, что висела у порога и быстро накинула ее на плечи, укрывая рыжие волосы объемным капюшоном, зажгла фонарь и вышла из дома, закрывая за собой дверь, отправляясь в сторону стен, за которыми воцарилась тишина.
По прибытии в город, она стала бродить по улицам, изучая каждый закоулок. Где-то в домах слышались звуки гремящей посуды, словно кто-то накрывал ужин, или перемывал ее после него. Бродячие кошки ругались между собой, норовясь прогнать чужака со своей территории, а где-то шумели ставни на окнах, колышимые ветром. Все это ей казалось чем-то новым, она не бывала в городе в столь позднее время. Ей нравилось изучать это место, ведь теперь оно казалось совершенно иным, не таким каким днем, хоть и иногда у нее бегали мурашки по коже, воображение то ли дело каждый раз рисовало ей неприятные картины о том, что кто-то стоит за ее спиной, или смотрит из-за угла.
Отбросив все мысли подальше, девушка тряхнет головой и направит свет лампы в сторону торгового квартала… Ничего не обычного: пустые, иногда грязные лавки, ждущие своего часа в новый день, лавки с бережено прикрытыми тканью специями, овощами… Это она уже видела. Вот только торговые точки охотников и мясников она обходила стороной. Она не ела мясо – все просто. Еще в свои десять лет Ламия отказалась от употребления всех видов мяса и рыбы, ведь увидела, как зверски расправляются охотники со своей добычей, как жизнь угасает в глазах животных, которых она так сильно любила. Ламия не считала дозволенным лезть в привычный круговорот природы, ведь у нее свой порядок, который не суждено понять тем, кто живет в стенах таких городов… Себя она тоже не считала достойной плоти невинных созданий, что просто проживают свою нелегкую жизнь, как и она сама.
Взгляд рыжеволосой морфитки зацепился за странную лавку в одном из нижних этажей домов, в самом конце всего ряда, там все еще горел свет. Недолго думая, девушка направилась вперед, дабы попасть внутрь этого загадочного помещения. Начинался дождь. Подойдя к своей цели, Ламия потянулась неуверенной рукой к дверной ручке, распахивая дверь. В нос сразу ударил запах каких-то благовоний, или свечей… Каждая полка была усеяна разными и необычными вещами: книги в грубом оплете из черной кожи и какими-то металлическими вставками, вжатыми в кожу, различные амулеты из разноцветных камней, свечи, черепа животных связанные в пучки различные травы… Глаза разбегались, и она изумленно осматривала место куда она попала. Внезапно плотная штора где-то в конце помещения зашевелилась, из нее показался старик, взгляд которого в какой-то степени показался юной девушке безумным, он был одет в странный, затасканный балахон темного цвета, волосы его были седыми и длинными, а на руках были старые шрамы. Взгляд старика тут же упал на перепуганную девушку.
“Старик: - Эй! Ты! – громко скомандовал голос, пригвоздив ее ноги от страха к полу. – Что ты здесь делаешь? Не видишь?! Ночь на дворе! – безумный взгляд сразу стал осматривать гостью с головы до ног.
Ламия: - П-простите… Я-я… Здесь было открыто, В-Ваша лавка была единственной, в которой горел с-свет. Н-на улице дождь… И-и я… В-в общем простите! Я не хотела Вас потревожить, я уже ухожу, п-простите! – Дрожащим тоном голоса мямлила рыжеволосая, уже собираясь уходить.
Старик: - А ну стой! – вновь громом разразился его голос. – Думаешь, что можешь просто так врываться сюда посреди ночи и-и-и… Ничего не купить? – лицо его переменилось как по щелчку пальца, выдавая добрую, но немного кривую улыбку.
Ламия опешила, убирая бледную кисть руки с дверной ручки. За которой уже во всю бушевала непогода. Морфитка обернулась на старика, снимая свой капюшон с головы и навострив длинные уши, приготовилась слушать.
Старик же усадил несчастную, наивную девушку за стойку, начиная свой рассказ и сопровождая его бурной жестикуляцией показывал свои товары.”
Этот мужчина поведал ей почти о каждом предмете на полках, объяснял значение камней, пролистывал перед ее лицом книги с жуткими рисунками. Внутри которых виднелись странные символы, но в руки ничего не давал, делал он все это так, словно наконец на шоу безумца пришел его первый… и единственный зритель. А наивной и любопытной Ламии ничего не оставалось, как слушать его невероятные истории. Конечно, старик был обычным шарлатаном, но играл свою роль, как в последний раз, рассказывая о “мистических” свойствах своего барахла, выдумывал для чего оно может использоваться буквально на ходу, каждый раз, только и сам он не ведал, о чем говорит, главное лишь, чтобы это звучало убедительно, рассказывал также откуда он привез все это – Материк Заокеанье, по его словам, в тех местах было много подобного и много тех, кто таким владеет, разные существа, новые, абсолютно неведомые знания, растения и живность, коих не сыщешь ни в одном другом месте.
Вышла из лавки девушка только к утру, когда ласковое солнце только-только стало покрывать усталые крыши домов. Вышла она с решительным настроем узнать больше о том, что услышала, ну и конечно же… с новыми серьгами в ушах, завороженная рассказами безумца она отправилась домой, дабы собрать свои вещи и отправиться в путь. На одном месте ее удержать всегда было сложно, особенно теперь, жажда новых знаний зажгла в сердце Ламии новую искру.
Дома ее встретила разгневанная бабушка, видимо, она давно заметила пропажу. Разговор их обоих ждал не легкий и серьезный.
Ламия поведала бабушке о своем плане, о своих желаниях, весь разговор сопровождала буря эмоций, от удивления и шока, до слез и злости. Они много спорили, Элеонора старалась переубедить внучку, просила изменить свои планы, потому что не хотела повторения судьбы ее же родителей, о которых так больше и не велись никаких разговоры, а вскоре и вовсе стало не известно, живы ли они. Но девушка была непреклонна. Она хотела увидеть мир, хотела получить новые знания, чтобы когда-нибудь она смогла приехать назад на родину и рассказывать обо всем, что сможет узнать, для таких же любознательных, как и она сама, а может и написать свою книгу. Бабушка понимала, что не остановит ее и попросила лишь… писать ей письма. Прощание было долгим, но и вскоре дверь дома захлопнулась за Ламией, в этот раз… надолго. А может и навсегда. Она не знала, что ее ждет, не знала куда она попадет. Но жажда знаний, и новых открытий так сильно разожгли огонь в ее сердце, что теперь пути назад не было.
Морфитка отправилась в порт, прихватив с собой все свои сбережения, еду и несколько важных ей вещей, одной такой вещью стал гребень для волос – вырезанный из дерева когда-то ее отцом, с красивым узором лисы. Она пришла в городской порт и мельком заглянула в торговый квартал, где была лавка того самого старика… но там ее уже не было, лишь пустое и словно разграбленное помещение.
В порту виднелся большой корабль, и движимая бесповоротной решимостью девушка нашла его капитана, отдав свои последние деньги ему за то, чтобы ее доставили в нужное место, а именно на материк Заокеанье. Хоть и нехотя, но ее согласились взять на борт, с волнением в душе, морфитка поднялась на борт большого судна и спустя некоторое время отбыла навстречу приключениям в свою новую жизнь.
1. Ламия Синдервейл.
2. Grimoire.
3. Морфит.
4. 25.
5. Вера: Западное Флорендство.
6. Внешний вид: Длинноухая морфитка, бледная, почти как снег кожа, рыжие длинные волнистые волосы, здоровая худоба, стройное тело и рост 170см. Веснушки, что рассыпаются по лицу и едва заметно попадают на плечи. Внешне очень хрупкая и аккуратная девушка, женственная.
7. Характер: Ламия старается придерживаться вегетарианства, так как очень уважает и любит природу, но все равно употребляет в пищу некоторые продукты животного происхождения. Морфитка также пытает особую любовь к миру мистики и различных паранормальных вещей, ей интересно все, что связано с ритуалами, сказаниями и с тем, что напугает обычного, не заинтересованного обывателя. Она любопытна, но относится к новому с осторожностью, часто бывает недоверчива. Ее характер может показаться сложным и противоречивым, но чем больше она доверяет, тем понятнее становится ее характер, верхняя и самая заметная нота - холод, отстраненность, недоверие и любовь к уединению, а также наблюдательность, но все это никак не вяжется с ее тягой к новому, потому, когда она чувствует, что может доверять и ей комфортно с другим персонажем мы видим ту самую, скрытую где-то глубоко ноту - доброта, искренность, любознательность и терпеливость. Ламия может быть вспыльчива, и излишне эмоциональна, однако каждая ее эмоция может быть строго ситуативна.
8. Хорошо готовит, играет на лютне, легко схватывает любую новую полученную информацию и быстро учится. Изучает травы и ищет им применение, достаточно легко заводит новые знакомства, так как всегда очень доброжелательна и неконфликтна.
9. Её основные слабости - ее близкие люди и другие существа. Очень тяжело переживает потери близких ввиду своей эмоциональности, слаба физически из-за своей природы и, возможно, потому что не употребляет мясо и рыбу в пищу. Может быть достаточно доверчива и злопамятна.
10. Привычки: Не может усидеть долго на одном месте, часто выходит на прогулки или уходит в путешествия, постоянно тянется к новым знаниям, верит в приметы, пророчества и часто жестикулирует.
11. Мечты, желания, цели: Мечтает найти свое место в новом для себя мире, узнать его секреты, культуры народов и их жизнь и привычки. Также мечтает о спокойной жизни.
12. Языки, которые знает персонаж: Амани, флоревендельский и морфитский.
2. Grimoire.
3. Морфит.
4. 25.
5. Вера: Западное Флорендство.
6. Внешний вид: Длинноухая морфитка, бледная, почти как снег кожа, рыжие длинные волнистые волосы, здоровая худоба, стройное тело и рост 170см. Веснушки, что рассыпаются по лицу и едва заметно попадают на плечи. Внешне очень хрупкая и аккуратная девушка, женственная.
7. Характер: Ламия старается придерживаться вегетарианства, так как очень уважает и любит природу, но все равно употребляет в пищу некоторые продукты животного происхождения. Морфитка также пытает особую любовь к миру мистики и различных паранормальных вещей, ей интересно все, что связано с ритуалами, сказаниями и с тем, что напугает обычного, не заинтересованного обывателя. Она любопытна, но относится к новому с осторожностью, часто бывает недоверчива. Ее характер может показаться сложным и противоречивым, но чем больше она доверяет, тем понятнее становится ее характер, верхняя и самая заметная нота - холод, отстраненность, недоверие и любовь к уединению, а также наблюдательность, но все это никак не вяжется с ее тягой к новому, потому, когда она чувствует, что может доверять и ей комфортно с другим персонажем мы видим ту самую, скрытую где-то глубоко ноту - доброта, искренность, любознательность и терпеливость. Ламия может быть вспыльчива, и излишне эмоциональна, однако каждая ее эмоция может быть строго ситуативна.
8. Хорошо готовит, играет на лютне, легко схватывает любую новую полученную информацию и быстро учится. Изучает травы и ищет им применение, достаточно легко заводит новые знакомства, так как всегда очень доброжелательна и неконфликтна.
9. Её основные слабости - ее близкие люди и другие существа. Очень тяжело переживает потери близких ввиду своей эмоциональности, слаба физически из-за своей природы и, возможно, потому что не употребляет мясо и рыбу в пищу. Может быть достаточно доверчива и злопамятна.
10. Привычки: Не может усидеть долго на одном месте, часто выходит на прогулки или уходит в путешествия, постоянно тянется к новым знаниям, верит в приметы, пророчества и часто жестикулирует.
11. Мечты, желания, цели: Мечтает найти свое место в новом для себя мире, узнать его секреты, культуры народов и их жизнь и привычки. Также мечтает о спокойной жизни.
12. Языки, которые знает персонаж: Амани, флоревендельский и морфитский.
Последнее редактирование:
