История берет начала в знойном крае - Арварохе, в самом его сердце - глубоко в пустыне, в поселении, что стоит на оазисе в этом крае смерти и является перевалом для караванщиков. И история эта будет о человеке, что родился здесь около 28-и лет тому назад в семействе когда-то торговца Мухаммада и жены его Амины - доброй и простой девушке, что когда тот выкупил из гарема одного из мелких шишек пустынных земель, и был это мальчик, чей крик проник в уши лекарю, принимавшему роды в палате, занавески которой колыхались от залетавшего в комнату в ту ночь сухого ветра, и назван тот новорожденный был - Али, ибн Мухаммад - по отцу, как требует традиция, и на данный момент - это все его имя. Первые годы того были спокойны в объятьях матери, как научился тот ходить - начал изучать недурно, но и не по-богатому обставленный всякой утварью и обвешанный коврами дом. В объятьях матери, безусловно, было тому тепло - потому отчий дом тот не покидал добрые пару лет, хотя запах специй, вечерняя игра музыкантов и иногда возникающие веселья - праздники великой пустынной Империи. Городок тот выступал перевалом и рынком, где можно приобрести товар или же сбыть тот, также был он домом наймитов, ведь именно средь состоялых людей была нужда в рабочих руках. Али же, ближе к более осмысленному возрасту - стал подрабатывать к лавке отцовской, чистой воды принеси-подай, то тут, то там помогающий кормильцу. В быте своем мальчишка не отличался от других детей того оазиса - гулял тот в окружении ровесников, кои также были купеческими сыновьями, однако, как и Али - вечно были в хлопотах по семейному делу. В те редкие дни, когда мальчишка мог послоняться по рынку, а были это дни когда караваны разменивались и единовременно люду маловато было - наблюдал за наемниками, что в такие моменты оставались без работы, от чего проводили дни за курением трав - вид вооруженных наймитов несколько... Воодушевлял юнца. Острые скимитары, шамширы и ятаганы - грозный вид тех людей, средь которых даже иногда попадались иностранцы, вид коих, часто, сильно выбивался из основной толпени пустынников. Что-то в этом было для мальчишки - азарт боя, непроходимые барханы, стрельба на ходу - все то, что воспевают песни о героях, о одних из сотен, о тех, кто вдохновляет на новые свершения, хотя Али и было невдомек тогда, что эпос многое красит. С людьми этими не часто обшался малтчишка - боязлив был в те годы, как и любой другой ребенок. Дела же у семейного дела - шли вполне себе, прибыль была, клиенты были, а воровать в таком месте никто особо то и не решался - куда-ж тут уйдешь? Через пустыни бежать от гнева шариата - гиблое дело.
Али же - рос. Уж к 14 шел возраст, все детство свое тот провел с отцом у лавки, помогая по делу. В те годы доходы его немного упали, да и у самого семейства была проблема - родить болье одного ребенка, самого Али, у тех не получалось, что Арвароху было слегка несвойственно среди вполне обеспеченных семей. Почему же? - На этот вопрос лекари и врачеватели разводили руками, а жрецы лишь говорили, что Солфар точно дарует новую жизнь, как сделал то издревле - правда никаких успехов в этом не сыскали. Некоторые потоки караванов же - меняли курсы в те времена, кочевники говорили о новых, более выгодных путях, да и нападения на маршруте, где стоял град Али - учащались, что торговцам вовсе не нравилось, от того даже более длинные пути смотрелись выгоднее за счет безопасности. Местный эмир также постепенно состаривался, что несколько влияло на расположение дел, но пока что все держалось на плаву. Али же продолжал помогать по семейному делу. С парой молодых людей, что подались в наемники - даже общение имел, узнал от тех базовую стойку и как наносить удары с клинковым оружием на Арварошский манер - но это все скорее из интереса, они сами настаивали на подобных забавах с Али, чтоб посмеятся с неумелости его, однако и думали, что пригодиться может по жизни. Даже порой давали ему своих коней - правда жокей из того был в то время никакой, зато весело было с неумелого наездника, что третий раз как страус окунается в песок в попытке проехаться на даже не самом ретивом скакуне.
Свой быт арварошец коротал как мог - лица вокруг сменялись, а клиенты убавлялись, дела шли прямо-таки "так себе". Пусть Али уж и стал состоятельным юношей, однако делу это особо не помогало. Около года семья терпела убытки, град редел товарами и наемными руками, некоторые завышали цены, чтобы держаться на плаву, но это лишь отпугивало покупателя. В тот год также ударила засуха, от чего пришлось частным лицам больше тратиться на продовольствие, что везли по барханам. И будто этого было мало - хитрый Мангунс подкинул семейству Али еще одну проблемку. Сам юнец подрабатывал на улице тогда - вырезал себе флейту из акации и по примеру уличных музыкантов играть учился. Получалось небрежно, но к этому явно был у того талант - умение и труд все смогли перетереть и некоторые пожертвования тот начал собирать, что хоть немного, но помогало семье. В тот злополучный день Солфар сиял на небе безоблачном - Али распевал дудочку свою на вполне проходимой улице, настраивая нужный мотив арварошских площадей, однако тут один парень, знакомый его, сломя голову направляясь к тому, показался на улице - Али раскрыл глаза пошире, всмотрелся - узнал того и кротко поприветствовал, не отвлекаясь почти, думал тот, что к нему бежал парень, да ошибся - встав пред Али он размахивал руками и нес что-то про родителей того, что-то плохое. В отдышке бедолаги Али еле различил речь, однако же понял относительно пару слов и тут же с ним побежал в сторону отчего дома, что располагался поодаль рынка, удалец знал, что отец с кем-то там сегодня должен встретиться, какой-то гость, но не интересовался, ведь казалось это обычной сделкой, совсем рядовой...
Утомительный бег и пара парней у дома Муххамада, где уже были люди - небольшой отряд, возглавляемый старым Сарихадом - Давидом, другом семьи Али, у которого при возникшем с ним диалоге ушло некоторое время, чтобы вспомнить кто это, ведь последний раз те виделись когда арварошец еще под стол ходил. На закономерный вопрос о том, что они вообще тут забыли последовал ответ - заглянули на чашечку Массалы, да услышали странного рода речь - иностранную, решили повременить. Тот парень же, что искал Али - соседом был и видал в окно иностранца, что рыщал по дому Муххамада словно вор, а само убранство было разбросано, от того и погнался в первую очередь - за Али, хотя и было это глуповато, что Давид во время рассказа подметил - все-таки тот был молодец, что хоть кого позвал. Некоторое время ушло у сомнительной компании чтобы перекинуться словами, пока двое юнош дыхание после бега переводили, как тут - крик, женский. Арварошец есть мгновение - спохватился и ринулся в дом, ведь понял чей это голос. Давид же не поспешил - пару своих ребят тот отправил в обход, сам же аккурат пошел за Али с еще парой, а соседа - послал уже за стражей или кем еще. Войдя в покои - стремглав вбежав в главную залу со столом и подушками и увидел, как отец его достает украшенную саблю, что была подарком одного уже почившего знакомого, из тела его матери. Что видел, что ощущал Али в этот момент - не описать. Словно околдованный, кричащий обвинения в сговоре с шайтаном своей жены. Иностранец стоял близ и раскидывал подушки на ложе, заглядывал в вазы - что-то искал, параллельно порой махая руками в сторону Мухаммада, что уже бесцельно терзал тело жены, и поддерживая волшбу [Порыв Терзаний]x[Тень Безумия], однако встрепенулся, следовало Али и Давиду ступить в комнату. Не думая ни секунду, Али выхватил ятаган, один из, что висел на поясе Сарихада и словно умалишенный понесся на дартадца. Как бы ни хотел старик того остановить - арварошец был резок до нельзя. Быстро сокращая дистанцию, Али чуть ли не в прыжке накинулся на заклинателя, однако тот протянул к тому руку, собираясь откинуть [Телекинетическим ударом], однако какого было его удивление, когда тот не только не колыхнулся от волшбы, но еще и влетел в того с пущей силой отражая [Зеркалом] - ятаган будто сам воткнулся в торс того! Тут же, со спины, сквозь окно влетела стрела из короткого лука - мага застали врасплох, чтоб защищаться тот снял заклятия с Мухаммада, одгако последствия еще были в силе. В это время Давди и еще один наймит держали на острие сабель торговца, а второй и еще пара из окна, достав кортики - окружала некроманта вместе с Али. Мимолетная фаза ожидания, угрозы, маг все-таки откинул арварошца с себя и начал истекать темною жидкостью от [Живчика] растворяя стрелу и залечивая рану - тот вынул ятаган из плеча, а один из наймитов поднял Али и передал тому нож, чтоб было чем защищаться, остальные же наставили заточки на мага и что-то говорили на Амани, коего Али не знал, однако стоило выйти темной жидкости из-под плаща дартадца - все затряслись, ведь это явно было что-то от дьявола. Давид и другой молодец в это время угрожали Мухаммаду, пытаясь выйти на диалог, но все что получали - безумца с саблей что неразборчиво кричал о шайтане в доме. Маг потихоньку встал и обратил руку в сторону умершей жены... На удивление всех в комнате - пробитое насквозь тело поднялось от [Усиленного призыва] и со спины накинулось на своего мужа в прошлом! Давид с подручным начали пытаться снять ту с Мухаммада - но та ногтями, словно зверь, вгрызлась в того. В это же время наемники, что окружили колдуна перестали щелкать попусту - как один те начали нападать на того, однако словно неведомая мощь - один за одним их метало в стороны [Телекинетическим ударом], а сам маг стал скрываться за невесть откуда взявшимся щитом, что был создан [Фата-Моргана]. Настроенице в комнате было - своеобразное, в то время как Давид и его помощник наконец отодрали жену от мужа, которого уже не хило так порвали, задев глотку и изорвав лицо, магик все стоял и держался, не имея шанса выйти из окружения, но понемногу изнемождая окруживших... Пока Али вновь не накинулся на того в ярости, наверняка - тот пытался убить шайтана, заколоть врученным ножом... Магик почти смог оттолкнуть того [Телекинетическим ударом], однако вновь способности арварошца дали о себе знать - [Зеркало] почти полностью отразило заклятие, заставив колдуна опрокинуться назад, где уже ждал кортик - двое наемников еще накинулось на того, распарывая плоть вдоль ребер, те намеревались убить Шайтана, наверняка. Давид же в это время пытался спасти друга, коему порвала горло, правда - безуспешно. Истекая кровью, отходя от иллюзий некроманта, единственное что тот видел - жену, что умерла от его рук, и сына, что стоял с ножом над магом, коий околдовал его. Со слезами на глазах, Муххамад ибн Завохир, торговец из кремниевой пустоши, рядом со своей женой, в своем же доме - встретил кончину на руках старого друга.
...
Позже в дом была приведена стража, однако отряд смог скооперироваться и замести улики - все было выставлено нападением маньяка, а может быть и наемника, на семейство, а странные раны на Мухаммаде назвали неким "почерком" убийцы. Безусловно - весь отряд был несколько обескуражен, однако своему лидеру они были верны и смогли поддержать версию. Как все улеглось - Давид помог Али, что разумеется тяжко переживал смерть обоих родителей, тем более - так, продать имущество семьи и обзавестись снаряжением. Да - старик решил забрать того с собой, чтоб юноша не натворил всякого, к себе в наемнический отряд.
...
Что касается мотивов мага - тот искал ранрат из-за своей ломки и смог выведать слухи, что что-то подобное есть у отца Али, однако - это оказались лишь слухи и явно тронутый некромант "своеобразно" решил восполнить данной упущение крайне интересным зрелищем... Правда - не учел пару нюансов.
...
Постепенно, не сразу, но Али отошел от смертей, как бы то ни было - это не конец для жизни самого арварошца. В отряде тот спешно был научен работе с оружием и посвящен в его дела - отряд на руку был не особо чист. Брался он за любую работу - как вполне понятную - охрана караванов в глубоких пустынях, так и сомнительную. Не раз они выходили на охоту по всякого рода нечистого торговца и обносили тех, бывало - налетами, а бывало - более умно. Не раз отряд брался и за уничтожение всякого рода мест - сжигали амбары конкурентов за достойную плату. С такой работкой Али довольно быстро свыкся, заодно - вспоминал странные ощущения, кои испытывал в бою с шайтаном в отчем доме. Не страх, не ярость - что-то иное... Но что - он не понимал. Обучение же военному делу шло у того неспешно - опыт постепенно набивал руку, точность становилась больше, а опытыне товарищи могли поддержать. Не смотря на род работ, которыми занимался отряд - был он довольно дружен, своих они не бросали, да до кучи были все же искренне верующими людьми, да - не соблюдали правил, но считали это вынужденной мерой. У каждого, как на подбор были свои мечты - любви, славы, умиротворения... Но вот Али не мог найти себе места в этом всем. Сколько бы не пытался он вспомнить то, что ощущал в бою с колдуном - ничего не находил, все было не то... Даже базовые способности мистика он тогда - проявить не мог. Служа в отряде, из-за работы с разного рода нанимателями, под покровительством старших товарищей Али учил Амани, да заодно, часто в дороге, Давид много говорил на своем и часто подтягивал своих по этому языку. Скорее просто - от скуки, однако некоторые плоды это давало. Али даже стал зарабатывать себе имя! Как следует традиции - он получил дополнение к имени в виде рода деятельности - "наемник с западного побережья" - именно там частенько бывал отряд, от того коммуницировать с иностранцами было жизненно необходимо.
...
Словно текучая вода - в отряде Али коротал дни, месяцы, годы - часто он думал об своем крае... И думал он неоднозначные вещи. Али делился переживаниями с Давидом, коий к тому времени довольно сильно состарился, было очевидно, что на передовой ему уже скоро будет нечего делать, однако по делу молодого арварошца - тот кое-что подсказал.. Когда-то сарихад был там, за морем. В безумном стечение обстоятельств, жертв и приобретений - именно там он осознал, что тяготеет к своему родному краю. Очевидно, старик предложил проводить Али в далекий путь - денег отряд получал хорошо за счет сноровки и уникального красноречия Давида, да и он сам был готов чутка подкинуть на билет в далекое-счастливое... Около еще нескольких лет арварошец копил - усердно, не менее отчаянно молился. Он уж и не знал, даст ли Солфар ему дорогу вперед, осветит ли путь... Но он не оставлял надежд достучаться до туда. Так уж двигалось дело к завершению - западное побережье Империи, билет далеко-далеко отсюда - корабль, далекие земли ждали наймита, его горячее пустынное сердце. Отряд Давида с гордостью провожал того - они дали ему достаточно, чтобы тот смог выжить. Безусловно сарихад знал, что те, иные земли не сулят так уж много хорошего, но он знал одно - именно школа жизни это то, что учит, как ни странно - жить.
...
Кораблю отбыл, долгая дорога - остановка и пересадка в Ария-Повьор. Али все это время трудиться на корабле, не покладая рук - хочет на "ту сторону", попутно не забывая молиться, ведь здесь он - один. Из тумана показались скалы. Последние три ночи арварошец не спал - плохой знак, однако последние часы пред заходом в порт сон сломил того бессильем. И вот уж - на неродивый Предел ступила нога мистика, что о своих силах особо то и не знает...
