Første åndedrag
Как только истошные крики матери сменились отдышкой, на свет, под аккомпанемент поздравлений и пьяного рёва отца, родился мальчик, нареченный Зигфридом... Зигфридом из рода Мардук. Рода, что тянет свою историю от ярловых медоваров, искусных в медоварении и организации самых веселых и звонких попоек во всем Секссунском Предгорье, а может и во всем Уфбане!
В чем и заключается вся забавность даты, в которую родился Зигфрид, ведь ровно через день, все жители поселка разоделись в черные траурные одеяния, и нанеся на лица макияж, принялись почитать убиенных и воспевать подвиги предков.
Prioriterte tiltak
Именно здесь, в кабаке, благодаря отцовским связям собирались довольно незаурядные личности которые были мальчику одновременно и окном во внешний мир и одновременно самыми настоящими сказителями. Истории о чудесных странах, о битвах и мореплаваньях так въелись в душу Зигфриду что он пронес их сквозь года и может до сих пор поддержать разговор несколькими старыми историями.
Необычным было и воспитание Зигфрида. Хоть его родители и были глубоко старомодными и консервативными северными варварами, но они не спешили передавать Зигфриду именно свое ремесло - медоварение и пивоварение. Отец семейства желал что бы среди его сыновей был также и травник-знахарь, который поможет в будущем укрепить позиции рода Мардук в глазах общества Уфбана и в глазах ярлского двора в частности. Поэтому, отец, нанимал для Зигфрида учителей-травников, а также учил его грамоте именно по знахарским трактатам.
Hovedbegivenheten
Как только луна завершила тринадцатилетний бег месяцев, по эдикту, действующему по всей территории провинции, семьи, должны отдать отдать двоих из своих сыновей в одну из местных твердынь в качестве рекрутов. Закон этот был вполне себе понятен каждому, как и понятна его причина: приграничье страдало от налетчиков из Флодмунда и Северного Братства, поэтому, в гарнизоны постоянно требовались новобранцы.
Из семи сыновей рода Мардук, на службу были отправлены Зигфрид и его брат Бьорн, правда, службу они проходили в абсолютно разных местах. Пока Бьорн подписывался в замок местного ярла, Зигфрид, был отправлен в крепость Моркхольд, расположенной на холме, возвышавшимся над бурной горной рекой.
Отправившись во служение, Зигфрид, сразу же был приставлен гарнизонному лекарю в качестве подмастерья. Лекаря звали Орм Кислый - из за того что от него вечно пахло лечебными травами, мазями и чем-то кислым. Орм был стариком, в прошлом участником множества военных походов и грабительских набегов. Мудрый, седой старец был известен тем что по слухам мог залечить любую рану! Написавший с десяток трактатов, Орм, обучал отобранных новобранцев знахарскому ремеслу, заставляя их выучивать и переписывать трактаты по несколько раз.
Именно здесь, в Моркхольде, Зигфрид, обучился как бою с копьем и щитом, так и знаниям о строении тела человека и травах, которые этого самого человека могут вылечить. Ведь муштровали в этой крепости ну уж очень жестко. Новобранцам приходилось вкалывать круглые сутки, изнурять себя тренировками и походами, а Зигфриду к тому же, терпеть постоянные лекции и обучения у Орма. Впрочем, именно здесь Зигфрид и получил свое прозвище " Langhaar " что на языке местных означает " Длинноволосый ". Понять почему Зигфрид получил такое прозвище довольно легко, достаточно лишь взглянуть на его внешность: высокий голубоглазый юноша с острыми чертами лица по привчке не стригся, предпочитая собирать волосы в хвост, а иногда и вовсе оставляя их свободными, а впридачу благодаря вечным лекциям Орма, Зигфрид, под впечатлением от некоторых болезний выработал в себе привычку исправно ходить в баню и ухаживать за этими самыми волосами.
Так бы и шло обучение и служба Зигфрида, если бы не один случай... Выйдя в очередной патруль с целью пополнения провизии и сбора налогов, молодые дренги под предводительством своего форинга достигли подходов к небольшому поселению у предгорья, живущему благодаря добычи олова и меди из близлежащих рудников. Несколько месяцев назад, разъезд из Моркхольда разбил здесь небольшую кучку налётчиков из Флодмунда, прошедших секретными тропами через каньоны и хребты. Налётчики с большей долью вероятности желали перехватить несколько конвоев с рудой, ну или просто терроризировать местное население.
Тяжелой поступью подходя к посёлку, солдаты, увидели на обочине дороги нагромождение из тел местных жителей: отсеченные конечности смешались в грязи и крови с целыми и переломанными телами остальных бедолаг. Чуть дальше по дороге, вглубь села виднелись кострища около которых в безумном шабаше кутили налётчики, дербаня местных баб и грабя имущество, параллельно предаваясь питью запасов местного кабака.
Ощущая праведный гнев, солдаты, двинулись на ублюдков, выкрикивая молитвы своим богам, сыны Скральдсона все ближе и ближе подходили к оголтелой толпе. В начавшейся дикой сечи, стороны, были схожи друг на друга: по звериному рыча и изрыгая проклятия, северяне, резали друг другу глотки и втаптывали упавших в грязь. Хруст костей и звон стали смешались воедино.Зигфрид не отставал от своих братьев по оружию. Обрушивая на шлема и черепа врагов топорище, он, находился в боевом трансе. Кровь его кипела безумным пламенем, а глаза налились кровью от лопнувших капилляров. В какой то момент пращевой снаряд врага выбил топор из рук Зигфрида, тогда, молодой воитель, потянулся за спину и достав дротик метнул его прямо в стрелка. Сулица попала ненавистному флондмундцу в грудь, разбойник, отходя назад был не в силах держаться на ватных ногах. Скуля словно псина, налётчик, наблюдал за тем как его убийца стремительно подбегает, уже занося ранее потерянный топор.
Лишь когда бой был окончен, Зигфрид, ощутил острую боль в правой руке: рука была сломана выпущенным из пращи камнем. Состояние товарищей по оружию тоже было не шибко хорошим, но благодаря знаниям полученным от наставника, Зигфрид, смог зафиксировать сломанную конечность, а также помочь немногим выжившим дренгам.
Nåtid
К девятнадцати годам Зигфрид уже не был тем мальчишкой, что таскал кружки в отцовском кабаке. Руки помнили и топорище, и иглу, спина ремень Орма, а голова - то, что старик вбивал туда не столько словами, сколько тычками да повторением. Зашить рану так, чтобы не гнила, и открыть так, чтобы человек не сразу понял, что уже мёртв - это всё теперь получалось само, без раздумий. Читать по лицу, когда врут, и по глазам, когда боятся. Пожалуй, ценнее всего, чему учили.
В Сноухельме снял угол у старой вдовы на окраине, у самой стены, где по ночам слышно, как скрипят ворота и перекликаются сторожа. Днём сидел в трактирах, где кормятся наёмники и возчики, и слушал. Кто-то искал лекаря, кто-то - человека, который не задаёт вопросов. Зигфрид был и тем и другим. Но Сноухельм - город сытый. Лекарей хватает, и все с именами, с вывесками, с родословными длиннее, чем у иного ярла. Пришлому с севера, без связей и без рекомендаций, ловить тут было нечего. Понял это быстро. Понял и не стал биться головой в закрытую дверь - просто перестал стучаться.
Слухи о землях за туманными водами ходили по Сноухельму давно, но в тот год стали другими. Раньше байки для пьяных: мол, есть за морем материк, где леса непуганые, а зверь сам идёт в силки. Теперь говорили иначе - про Предел. Про то, что туда уходят корабли с переселенцами и наёмными отрядами, что там ставят форты, что платят за работу звонко и не спрашивают, откуда ты родом. Кто-то вернулся с деньгами. Кто-то не вернулся вовсе - но об этом говорили тише.Зигфрид не верил в непуганые леса. Верил в арифметику: здесь за умение платят медью и презрением, там - серебром и без вопросов. Здесь навсегда останешься сыном медовара из предгорья. Там будешь просто человеком с топором и иглой, а это уже немало.
Из Сноухельма ушёл весной, когда дороги подсохли. Шёл на север, через Алйер, к Матхельму - главному порту Скральдсона, где, по слухам, набирали людей в охрану переселенческих кораблей.
В Матхельме - две недели в портовой ночлежке, где спали вповалку и пахло рыбой, кислым пивом и мокрой шерстью. Ел раз в день, торговался за место на корабле, как торгуются люди, у которых нет запасного варианта. Хозяин судна - сухой мужик с глазами, как у дохлой рыбы, - долго щупал взглядом, спросил, сколько лет в строю. Услышав "пять", хмыкнул: "Мало". Услышав, что ещё и лекарь, - кивнул: "Тогда сойдёт. На Пределе лекари нужны больше, чем рубаки".
Dette er min start
Уходили ранним утром, когда туман ещё лежал на воде и в порту только-только начинали скрипеть краны.Дальше - туманные воды. Долгие, серые, без берегов. На третий день кто-то из команды начал кашлять кровью, Зигфрид, промыл горло отваром, что варил ещё Орм, и человек выжил. С того дня команда смотрела иначе. На седьмой день из тумана выступил берег: низкий, тёмный, поросший лесом, которого Зигфрид никогда не видел. Предел.
Сошёл на берег, проверил воду на вкус и запах, вылил и набрал заново. Орм бы одобрил. Поправил косы, взвалил сумку на плечо и пошёл туда, где уже поднимали первые палатки и рубили первые колья, - искать работу, угол и людей, с которыми можно стоять в одной линии. Воин без заказа: просто человек с топором, а человек с топором без заказа долго не живёт.
[
]
[/
- Имена: Лангхаар Зигфрид | Длинноволосый Зигфрид | Зигфрид Мардук
- OOC ник: Goatmoon_
- Раса персонажа: Человек.
- 20
- Религия: Язычество. Пантеон Скральдсона.
- Внешний вид; Юнец лет двадцати, длинные каштановые волосы, голубые глаза. Довольно высокий, имеет острые черты лица украшенные рунами и религиозные символами из трудносмываемой краски - знаки воина и врачевателя.
- Таланты, сильные стороны: Обучение бою и дисциплине, имеет базовые знания анатомии и знахарства,
- Слабости, проблемы, уязвимости: Когда пьян - имеет злой язык. Нарцисс. Слишком много о себе думает. Не умеет просить помощи. Недоверчив к чужой еде, ведь наслушался о всяких болячек. Не различает шутку и оскорбление
- Привычки: Маниакально ухаживает за волосами. Держит топор или другое оружие под рукой.
- Мечты, желания, цели: Признание великим целителем или воином. Мечтает о богатстве и славе. Хочет написать собственный трактат.
- Языки: Амани, Скральдсонский.
Последнее редактирование:
Правила проекта
Руководства
Разделы игровых серверов
Технический раздел
Администрация проекта
Общая курилка
Творчество