[Воин-выпускник | Комес Тагматы] Геральд Грейв

ООС:
1. Имена, прозвища и прочее: Геральд, Грейв Старший
2. ООС ник: inferior_invite0
3. Раса персонажа: Человек.
4. Возраст: 22
5. Вера: Номианство.
6. Внешний вид:


7. Характер: Человек спокойный, с твердым и решительным характером. По-своему честен: слово держит, за спиной не бьет, но и лишнего не обещает. Геральд принимает трудности как должное.
8. Таланты, сильные стороны: Прошел школу арсенала и наемников и побывал в одном крупном по его меркам сражении. Умеет держать строй, прикрывать соседа, отходить, когда следует. Грамотен, хоть и почерк имеет довольно специфичный. При стрессовых ситуациях старается не паниковать, в заранее проигрышную драку не полезет.
9. Слабости, проблемы, уязвимости: Брат Арес для Геральда - слепое пятно. Ради него он может пойти на все, даже не смотря на вред товарищам. Суров к слабым, имеет мало терпимости к тем, кто по его мнению "не тянет". Позволяет себе грубые высказывания по отношению к ближнему. Также негибок: в интригах и политике, быстро теряется. Плохо импровизирует вне знакомого дела и в такой обстановке действует как по шаблону.
10. Привычки: Постоянно считает людей, привык быстро и немного есть, пред сном всегда должен убедиться, что братец рядом.
11. Мечты, желания, цели: Желает всем сердцем, чтобы дорогие ему люди никогда не страдали, а целью себе поставил успешное устройство Асфелии. Мечтает получить собственную хризопечать.
12. Языки, которые знает персонаж: Детрайский и дартадский

Глава I

Геральд родился на Халфе, в граде Тетраполис, который ни Дартад, ни Флорэвендель так и не смогли взять. Его отец, Маркус Грейв, был оружейником. Он держал мастерскую у нижних врат и там чинил доспехи страже, ковал ножи и наконечники для ополчения. Мать, по имени Иления, работала переписчицей при городской канцелярии. Геральд в их семье был старшим из двоих сыновей; младшего звали Арес. Он был мягче, миловиднее, да и говорить научился гораздо позже.

В доме Грейвов редко бывало тихо. Отец стучал молотом в мастерской, мать шелестела бумагами за столом, а Геральд, подрастая, все чаще вертелся между ними. То к отцу прибегал, да подавал ему клещи, то таскал заказы в канцелярию. И чем больше он бывал именно в канцелярии, тем сильнее его тянуло к тому, что лежало на материнском столе.


Вскоре Иления, видя заинтересованность сына, стала сажать его рядом, пока переписывала бумаги, и он под ее присмотром увлеченно выводил буквы на обрезках пергамента. Отец считал это баловством, но мать настаивала, говоря: "Пусть, раз хочет, научится читать". Позже за пару монеток Геральду разрешали читать старые списки и указы. Так он уже в малые года набил руку на казенном слоге и научился разбирать почти любые почерки, начиная от писарских завитушек, заканчивая торопливыми каракулями.

Глава II

Первым учителем бою был отец. В мастерской Геральд с малых лет держал в руках молот и клещи, знал, как держится баланс клинка и где слабое место у любого доспеха. Отец учил его понимать оружие. То есть то, из чего оно сделано, как ломается, куда бить, чтобы не сломать. Это оказалось важнее многих других вещей в его жизни. Паренек знал, что хорошая сталь не прощает небрежности, а плохо закаленный клинок может подвести в самый нужный момент.

Настоящая же школа началась на улицах Тетраполиса. Вольный город жил стычками. Геральд часто дрался, по поводу и без. Сначала кулаками, потом палкой, а потом уж и тем, что под руку попадется. Пару раз его били так, что он неделю не вставал. Это научило его не лезть в драку, которую нельзя выиграть, и не поворачиваться спиной к тому, кто может ударить.

В четырнадцать он пошел в городскую стражу, в ученики при арсенале. Там его приметил старый сержант, ветеран еще халфской армии, который учил молодых. Парень обучался жадно, ведь в Тетраполисе либо ты умеешь держать оружие, либо орудие держится на твоем лежачем трупе.

К восемнадцати он уже сам водил небольшие группы в патрулях по нижним кварталам, где по ночам резали за кошель. По тем меркам то было большим делом и потому Геральд относился к нему со всей своей ответственностью. Возможно именно такой подход к делу смог спасти большую часть жизней людей, сражавшихся с ним плечом к плечу, когда их ночной патруль наткнулся на ватагу контрабандистов, тащивших оружие в обход пошлины. Тогда же он и получил шрам от копья, вонзившегося в плечо, который до сих пор напоминает ему о тех временах.

Глава III

Позже, в общине фиаситов, он сошелся с наемниками из южных отрядов, которых те нанимали для охраны. У них он на практике перенял халфскую школу боя на алебарде и коротком мече. Наемники учили его не только бою, но и тому, как читать местность, ставить караулы, уходить от погони, как договариваться с теми, с кем драться невыгодно. Геральд оказался способным учеником. Не блестящим конечно, но упорным. Он не любил показного блеска, ведь всегда считал, что тот, кто лезет, дабы показать себя лучше других - это настоящий шут.

Глава IV

Впервые Геральд услышал слова о Пророчице в таверне у нижних ворот, когда отдыхал внутри с братцем. Говорили там, мол, в горах появилась женщина из Сариходунхъора, которая читает по языкам огня и видит сны о начале времен. Что она напоминает о какой-то старой вере, от которой пошли все остальные.

Арес, услышав те истории, заинтересовался первым. Он тянулся к подобному с самого рождения, а потому и решился сходить, да проверить. Геральд же пошел за ним из упрямой привычки всегда присматривать.

В назначенный вечер они шли через нижние кварталы, стараясь держаться тени. Улица вела к старому дому у подножия Улпунских гор, где окна были наглухо закрыты деревянными ставнями. На стук им открывали долго, из-за чего те, думая, что их обманули и отправили в простой тихий уголок, собрались уходить, пока внезапно дверь наконец не отворилась. За ней стоял широкоплечий мужчина с дубиной, внимательно оглядел их, а затем молча пропустил внутрь.

Внутри воняло сыростью и тлеющими углями, Арес много чихал, пока шел с Геральдом по узкой каменной лестнице, уводящей в подвал. Уже в самом внизу их встретил полумрак, где единственным источником света служили жаровни, отбрасывающие красноватые отблески на стены. Вдоль них теснились люди. Кто-то сидел на мешках, кто-то просто стоял, прислонившись спиной к камню. Геральд тогда подметил, что здесь были не только нищие: мелькали добротные ткани, а в углу стояла фигура, плащ которой выдавал в ней писца. Все они молчали, глядя в центр подвала, где пред небольшим алтарем стояла женщина в простых одеяниях.

Айла говорила негромко. Она не кричала о конце света и не проклинала оккупантов. Она рассказывала о том, как Номия вырвала свое сердце и сделала его Солнцем, а сама стала Эгидой - камнем под землей, который держит мир от распада. И о том, что каждый, кто поддерживает порядок в своей маленькой жизни, уже служит ей. Геральд слушал и чувствовал, как что-то в груди сжимается и теплеет. Арес плакал беззвучно, и Геральд впервые не знал, что ему нужно сказать.

Глава V

Сначала они приходили на собрания вдвоем. Часто сидели у стены, молчали, уходили раньше других. Арес возвращался домой задумчивым, подолгу смотрел в огонь и однажды признался, что впервые за долгое время ему сталось так спокойно, как не было никогда. Геральд не разделял этого чувства так полно, но ему нравилось, что здесь не врали и не кричали. Люди говорили о порядке, о форме, о том, чтобы держать свой маленький мир в руках, - и это было ему понятнее любых пророчеств.

Постепенно братьев Грейв стали замечать. Арес оказался полезен иначе, чем Геральд: у него был ровнее почерк и большее терпение. Вскоре мальчишка стал переписывать фрагменты Хроникона для новых слушателей, а потом остался помогать при жертвеннике. Геральд же держался при оружии. Сначала его просили просто провожать курьеров общины по ночным улицам, от одного дома к другому, чтобы не нарваться на патруль. Потом уже проверять, нет ли хвоста за теми, кто ходил на встречи. Потом - встречать людей, приходивших с севера, и устраивать их так, чтобы никто не задавал лишних вопросов.

Проще говоря он был полезен там, где нужна была твердая рука. Таким образом, шаг за шагом, год за годом, братья вросли в общину. Они вдвоем приняли данную им веру и следовали ее идеалам.

Глава VI
Cпустя некоторое время, пришла весть о том, что случилось в Апире. Говорили разное: что Пророчицу вызвали на переговоры и убили, что она сама бросилась на меч, чтобы дать своим уйти, что имперцы хотели лишь схватить и допросить, но вышло так, как вышло. Геральд не знал, что было правдой. Он знал только, что в ту ночь в Тетраполисе жгли костры и шептались, а на утро пошли облавы. Инквизиция искала фиаситов.


Арес рано пришел к нему и с посеревшим лицом сказал: "Мы уходим".


Они собрали все немногое и отправились в путь.


Через подкупленных судоходов братья добрались до западного берега. Там, в укромной бухте, уже собирались те, кто уцелел. Эпистат по имени Кассиан, сухой старик с обожженными пальцами, распределял места на корабле. Геральд вызвался стоять на палубе с алебардой на случай чего.



Море было неспокойным. Ветер бил в лицо, и соленые брызги оседали на губах. Парень глядел назад, на Халф. Он не знал, вернется ли когда-нибудь. Лишь только понимал он одно: что брат рядом и что впереди земля, о которой никто ничего не знал.


​