[ДОРАБОТКА] - [Воин-Выпускник] - Луи | Страница 2

<<...Чтобы научиться стрелять из нижнефлорского длинного лука,
требуется целая вечность, но они столь мощны, что пробивают даже тяжелую броню,
и обладают практически непревзойденной скорострельностью.>>

- Энтони Лоро-Вьед, <<Заметки о народностях Флорэвенделя>>. 135 г.г. III э.

Луи родился и вырос на окраине Флорции. Именно тогда, когда шла война за неё между двумя феодальными коалициями - впрочем, он и сам не помнит когда именно родился. Просто родился - вот и всё. О детстве мало что можно сказать: мать ткачиха, отца - вздёрнули за дичекрадство. Впрочем, всё как и у людей.
Единой отрадой для Луи стали его братья: Террил и Торб. Эти два близнеца то и дело что попадали в передряги. Разумеется, вместе со старшим. Назвать Луи разбойником - тяжело, но и героем язык не повернётся: он жил по собственному устою, который был у флорских вольных крестьян - не сдохнуть всеми силами. Флорэнд берёг его с самого детства, а ежели быть точнее - с его рождения, ведь он не умер и не убил свою мать, что крайне редко в реалиях Каменлада. Увы, поскольку семья не располагалась паранормальными силами и высоким титулом, Луи пришлось работать вместе с отцом на псарне. К слову о нём.
Жан, до своей скоропостижной кончины, держал псарню, а при старом лорде - был ловчим. Ремесло передавалось из уст в уста, а старший сын - учился этому с неподдельным интересом. Отец рассказывал Луи как правильно загонять зверя, как его не убить до приезда богатеев, и как правильно красть дичь в лесах. Семья не голодала, и по достижению четырнадцати лет Луи исправно мог не только лук натягивать, но и ставить ловушки на зайцев.
Коалиция издала грамоту, не без участия короля Флори, за которыми мужчины и мальчики обязаны были практиковаться на выходных и праздниках стрельбе из лука. Луи начинал с малого - лёгкий лук в свои пять лет, а с каждым годом - тот ставал всё больше, под стать самому лучнику, постепенно увеличивая вес.
На родине Луи частенько устраивали соревнования по стрельбе, где можно было получить денежный приз, который Луи получал так редко но пропивал - метко. Стрельба стала некой традицией для нижнефлорцев, и они были не против, а для Луи - способом прокормить себя и семью. Он тренировался, пока не научился попадать точно в цель и определять дистанцию на глаз.

За год до кампании в Флорции, Луи примкнул наемническому отряду "Перепёлка". Отряд набирал людей, и молодой лучник пришёлся кстати. Он мало рассказывал о себе: держал дистанцию, но не прятался. В отряде были и более опытные стрелки, которые обучали его не только стрельбе, но и тому как выживать в большой армии: когда молчать, когда слушаться, как беречь стрелы и силы. Тело юного стрелка слегка деформировалось: фигуру словно тянет в бок, развилась левая рука и предплечья. Сухожильные узлы укрепились, а сам он походил на подобие цыпленка-бройлера.
Превосходство нижнефлорских лучников перед хобсбуржскими застрельщиками проявлялось в скорострельности : на поле боя, в суматохе, решала не точность а колличество выпущенных стрел. Именно это в своё время принесло уйму побед Короне в битве с Хобсбурской знатью ещё во времена, когда Луи даже в планах не было. И, конечно, он продолжил эту традицию, не смотря на активное развитие технологий и уход эпохи длинных луков.
На новых землях, в Верхней Флорции, его жизнь резко изменилась: сперва была высадка, затем - долгие марши, сожжённые деревни, грязь, голод и постоянный страх. Много шума, крови, криков и путаницы. Он стрелял, когда кричали "Loose!", и старался думать столько, сколько положенно. Армия научила его главному - не умничать. Из снаряжения у него был старый тисовый лук, который братья по оружию прозвали “Мужеложец” за то, скольких рыцарей он положил; колья против конницы, акетон, шапель и дюжина стрел. До ближнего боя никогда не доходило - он стоял подле тяжёлой пехоты, которая вдруг что принимала на себя удар, а молодой лучник старался спешивать конницу и не попасть в спину товарищам.
Границы всё не двигались, а отряд - медленно направлялся совсем в другую сторону. Он прошёл стычки в Хакмарри и успел пострелять по диким народам Хобсбурга, не отпуская караваны из мёртвой хватки.
Луи принимал участие и в шевоше, находясь под прямым командованием своего нанимателя - одного из мелких лордов Нижней Флорции. Лучник старался унести столько, сколько сможет ведь обещания о плате за контракт были так далёки. Зачастую, всю работу делала конница, а сам же нижнефлорец собирал остатки добычи, подобно падальщику.

Одной зимы, когда Луи был совсем юным, богатый Рыцарь Фицджеральд умер при переправе через реку. Оказалось, что он оставил в наследство всё своё состояние местной церкви в соседнем поселении. Наступила весна и приехали мастера своего дела. Они привезли с собой деревянные вёдра, щётки из конского волоса и чудные инструменты, которых юнец никогда раньше не видел. Целую весну и лето работали мастера в церкви. От отцовской ловчей, там было за две мили, но как только он заканчивал с мирскими делами, Луи прокладывался туда, и наблюдал за этими людьми, которые работали до восхода солнца. Ему нравилось глядеть через скважины и смотреть, как они разбирали и штукатурили стены, после чего рисовали на ней яркими красками.
Мастера одновременно работали над небольшими участками стены, изредка крича друг-другу шутки и непристойные насмешки, как это свойственно строителям, но никогда не сидели без дела.
Они работали днями и ночами, но всё равно понадобились недели, чтобы сцена, которую они создавали, наконец предстала перед зрителем. Эта картина одновременно очаровывала и пугала юного стрелка.
Картина изображала Падение града. Смеющиеся бесы тыкали копьями и трезубцам в скорченных жителей. В ужасе семьи держались вместе, а бешеные порождения Преисподни растягивали их. Женщин и мужчин раздевали до того, в чём мать родила, а рогатые твари насмехались над ними и тыкали пальцем. Всюду пылали огни, и ни одна молитва Святому Флорэнду не будет оттуда услышана. Луи навсегда запомнил краски и очертания того лета. И вспомнил их тогда, когда входил в село опосле разорительных атак флорэвендельской конницы. Женщины стояли без сил возле своих дочерей, когда люди в бацинетах насиловали их. Дети заливались слезами. Старики хватались за рабочее снаряжение, которое было бессильным против копий и цвайхандеров.
Торговцы висели на ветвях многовековых деревьев с раскрытой до пупка грудью, а их сундуки были завалены товаром, который теперь никто не купит. Флорэвендельцы принесли с собой зло, которое сгущалось в воздухе.

Луи имел странное представление о морали: пускай он и не был дворянином, но увиденное во время кампании пошатнуло его психику и он стал воображать себя примером рыцарства. Он стал истинно верить в праведность, спасение души и слова Святого Флорэнда, доносящиеся ему во время снов. Казалось, вот-вот и юный лучник станет рыцарем, вот только для пажа было поздновато а знатный титул так просто не выдадут. Оставалось лишь одно - купить его, вот только где взять столько золота? Путь лежал через пиратство: морское, на суше - всё было полезным, когда в животе гуляет ветер. Капитан обещал юному лучнику грабить лишь богатым, ведь и сам проникся идеями слегка наивного и травмированного флорца. За грабёж суден под родным флагом, грозила начаться новая война, а Луи мог оказаться на виселице - выбор был невелик и плыть туда, куда глаза глядят. Он очутился в Новом Свете не героем, а босым наемником с пустым ртом, но чистыми идеалами. Нынче же он слоняется по улочкам и трактам в поисках работы, крова, пищи и признания. Он готов думать столько, сколько нужно и видеть столько, сколько заплатят, лишь бы вновь ощутить вкус довольной жизни, как при дичекрадстве с отцом, не прибегая к насилию над крестьянами и разбою.

Последнее редактирование: Вчера в 22:44

Нажмите для раскрытия...

[ДОРАБОТКА] [Воин-Выпускник] - Луи

SSalfetka5