ООС-Информация
Имя: Фирис
Возраст: 20 лет
Раса: Звересь (собака)
ООС-ник: Tulp
ВнешностьЧто можно о ней сказать... Корично-белый окрас не столь короткой шерсти и глаза бусины придают взору и... маленькости. Сама же приблизно по породе - финский лаппхунд, весьма стойкая к морозам и прыткая. По росту совсем юная, почти достигая 1,5 метра. Да-да, очередной гвоздь. По одежде легко распознать остфарские орнаменты, как и часть культуры звересей с сия земли.
Характер
Весьма активная и преданная боссу/господину особь. Всюду любопытная, бойкая и даже шумная. Всегда готова на разные идеи, включая и самые рискованные. Лишь надеяться, что итог ее действий не сведет к плачевным последствиям. Однако если прикажут не рыпаться - она и с места не сдвинется. Не вредная и не капризная девчушка, способная на многие вещи, возьмется за любую работу, даже если ее не умеет делать - будет поступать по-своему. Если разум столкнется с серьезным и кровавым сражением, то та так просто не оставит. И да, она знает, что выглядит невинно.
Навыки
Владение копьем и лукомГотовка исключительно мяса и рыбы
Умение различать следы, выискивать цель
Знание остфарского и амани (без грамматики)
Лазание по деревьям и крутым склонам
Недостатки
Хоть и прыткая, но не сильнаяСлабостойкая к пыльце
Высокий шанс потеряться даже в знакомых местах
Страх перед гусями и козлами
Непереносимость к жаре
История
" Ты собака, я собака... "
Фирис - обыватель южных остфарских лесов. Племя псовых держались друг за друга еще с пребывания на севере, особенно ее родители, но защита нижних границ обязали четыре поколения семейки отправиться исполнять долг. Девочка росла медленно, активно и быстро училась, с самого детства готовясь стать воином как родители. Параллельно выживания отец и несколько его товарищей занимались в свободное время охотой. Щеночку приходилось находиться с ним и обучаться всему возможному, пока мать являлась ночной дозорной. Первые шаги маленького воина начались с адаптации к холодам, нахождение следов, их различий и запоминания запахов. Подобное запомнить совсем нетрудно. Взбираться по деревьям и небольшим возвышенностям оказалась задачей со звездочкой: за счет малых размеров тела и немного коротких ног падения часто заканчивались небольшими травмами и парами переломов конечностей, но благо местный лекарь весьма опытен в своем деле, как и в местной флористике. Отец не жалел дочь с малых лет - готовил к жестокости мира, сражений и понимания, что рано или поздно придется преодолевать трудности в одиночку. Строгость лишь была во время обучения, не исключая учения остфарского языка, но в доме обитала тишина и уют. Готовка уходила на мужа, изредка на мать, Фирис научилась убираться в малой хижине, стирать и ухаживать за птицами в небольшом селении. Если с курами получалось хорошо, то гуси и утки… После поклева бедняжки за хвост и щеку, та к ним относилась взаимно враждебно. Жаль, что убить нельзя. Отношение с другими звересями ее вида сближалось к дружелюбному, терпимому. Родители заранее рассказали, что не все имеют здесь равные права: кто-то является более влияющим на народ, кто-то имеет тверже слово и крепче хват. Ругали ли Фирис? Не каждый день, всё сопровождалось строгостью тона и действий, которые та быстро запоминала. Щенок совершала множество ошибок в не особо осознанном возрасте. Когда пришло время к тренировках во владении оружием, малышке дали выбор. Ответ банален: копье и лук. Размеры собаки и таково решение оказались значимо оправданными. Копьем владела мать, не надо и гадать кто оказался ее учителем. В отличии от простых ежедневных закалок тела и постоянных движений, давали теорию во время практик. Одна ошибка - удар по ногам или рукам. Правильные стойки, держание копья и какие трюки могут быть парированы и дать время на побег или успешный уворот. А вот владением луком занимался папка в походах по лесу, не более. Как раз Фирис училась стрелять в небольшое зверье и подбивать диких птиц. Не с первого раза, правда, но как получалось. Когда наступал призыв, Фирис не брали с собой, оставляли на попечение одной многодетной дамы, чье отношение к боевой семейке относилось к уважению из-за моментов в прошлом. Первый лук на день рождения стали ярким намеком для девчушки - пробовать охотиться и помогать временному опекателю с пропитанию полагаются в ее задачи. Не потому что хотела, а потому что боялась услышать более худшие вещи или получить “образовательные” удары.
С такими темпами Фирис медленно росла, становясь наблюдателем семейных проблем, возвращения родителей после сражений и обороны границ становились мотивацией к военному делу - стать такой же как они. Владение копьем оттачивалось во время тренировок с матерью, а когда родителей не было - жертвами “тыканья палки” становились сверстники и сопровождение телеги с провизией пару раз в военный лагерь по запросу военачальников. Именно там Фирис впервой видела людей и им подобных. Они ей не то чтобы нравились, скорее вызывали слишком много вопросов касательно физиологии. Юная воительница хотела оставаться с родителями, но ее пока не пускали - не доросла. Всё изменилось, когда отец вернулся с потерянной рукой - ветеран больше не мог участвовать в сражениях. Подросшая охотница должна была пройти испытание духа перед следующим созывом на оборону - такой “экзамен” придумали родители. Хоть и молодая резвая собака матёро наносила удары, пыталась уворачиваться, однако мать была ветераном не хуже своего мужа, а потому первые попытки одолеть собственного родителя велись к краху. Более холодная расчетливость и нрав не оставляли на дочке проблеска сострадания, когда дело касалось боя. Фирис на сдавалась даже после “мотивирующих” оскорблений. Местный лекарь подтвердил отцовские проблемы: нет не только руки, проблемы со зрением и слепоту на один глаз тоже обнаружили. Перед несколькими днями до призыва Фирис смогла все же одолеть мать. Дамы отправились как лучник и копейщик, находясь в высоких возвышенностях и на стенах, где и значился территориальный приоритет. Лук был своим, как и стрелы, которые научилась делать еще в детстве для охоты, экипировку дали из хранилища. Для Фирис приходилось представлять, что стреляла не в людей, а двуногих медведей. С первой подстреленной душой звересь не сразу приходила в себя. Да-да, очередной ПТСР, но еще хуже - погибла мать от кровопотерь. Буквально на глазах подстрелили, катапульта швырнула валун и дала значительную трещину в стене. Стрелы почти кончились - в отличии от животных люди более мелкие и шустрые. Спустившись за новым запасом, она стала свидетелем множество потерь и раненых, за стенами слышалась битва. Заметив Фирис, сразу дали приказ помочь лекарям с подачей всего необходимого, на ее место встал другой лучник. Такими темпами в помощи всё медленно закончилось. Стоящий запах крови и грязи затуманили разум, что мозг перестал ясно осознавать окончание нескольких дней обороны, постоянно казалось, что стену прорвало и зашли дартадцы. Затихло. Она вернулась домой с плохой вестью. Отцу лишь оставалось принять потерю и молвить дочери покинуть дом. Вот только Фирис не сразу поняла причины ярой настойчивости. Он пропал. Потрясение дочурки сильнее сказалось на разуме, когда тело нашли перед маминой могилой, а раскрытая пасть отца изливалась белой пеной.
Дочь похоронила его рядом с мамой. Избитая кошмарами и жалостью со стороны других решила уйти из поселения. Память об отцовских уроках выживания в лесу помогли ей справиться с едой, жильем и путем, избегая не особо хороших людоликих, которые становилось частыми путниками. Такая жизнь без точного пути немного исцелили разум юной воительницы от воспоминаний. Каждый день мог стать или прототипом “дня сурка” или новым днем, когда впервой заколола злобного бродягу. В момент разум словно подменил агрессивного семиморфита на дартадскую рожу. Он первый напал! Добравшись вскоре до небольшого града, звересь познакомилась с пониманием “таверна”, кошками и разными видами существ. У нее денег оказалось немного, а на людей с броней очень странно косилась и напрягала спину с ушами. На поиск работы (хоть и не просила) послали в ремесленную гильдию. Там ее взяли на испытательный срок: доставляла кожу и кости, была посыльной, а также изредка помогала в сопровождение торговых телег. Фирис получалось быстро передвигаться и заранее оповещать в случае обнаружения опасности в виде бандитов, но в одиночку никогда не сражалась - лишь с поднятием против цели оружия приходилось за счет роста и прыткости уворачиваться от атак, как и избавляться от любителей дальнего боя банальными ранениями в ногах, атаки со спины и в живот. Отточенными моментами оказались удары оружием по сгибами конечности, бокам и пояснице, в остальных случаях возникали значительные трудности. Ночлегом стали таверны. Со временем такая однообразная жизнь перестала интересовать и вызывать приступы прошлого, а предложение от дворянина стать прислугой оказалась идеей хорошей. Гонец сменился впоследствии на местную прислужку и сопровождающей дворянской дочурки буквально по одной причине: “Такая красивая и маленькая собака. Хочу!”. Хотелки ребенка стояли превыше здравого рассудка. Точнее, покалеченного смертями разума. Нет, это не делает ее “не такой как все”, но это дало Фирис понять, что ее внешность и голос способны давать иные представления о ней самой. Спустя несколько месяцев работы и терпения в свою сторону хамского поведения и унижений она не выдержала. Попытка уйти не давала ничего дельного, а контракт продлили, буквально забрав все вещи, включая оружия и денег. И она уж планировала покинуть хотя бы в Флодмунд хотя бы пеши, но в последний момент дворянин со своими людьми решил за колонизацию Предела взяться по приглашению тамошних земляков для основания остфарских торговых путей. Здрасьте… И когда нашелся момент, Фирис совершила глупость - в порыве гнева из-за капризов девчушки укусила за плечо до мяса. Из-за угроз содрать с той шкуру не оставалось выбора - лишь сбежать, как только судно тронулось уже в Хенкельспорте.
Правила проекта
Руководства
Разделы игровых серверов
Технический раздел
Администрация проекта
Общая курилка
Творчество