[ОДОБРЕНО] [Воин-Выпускник | Воровка ] Сирэль

Спойлер: ООС

1. Имена, прозвища и прочее:
Сирэль
2. OOC Ник (посмотреть в личном кабинете):
Selene
3. Раса персонажа:
Лунная морфитка
4. Возраст:
20
5. Вера:
Цха-Слацка
6. Внешний вид (здесь можно прикрепить арт):

Лунная мофритка с бледной кожей. Волосы вороньего пера, одета как для воровки в
самые закрытые одёжки, что бы не мёрзнуть и не жить под дневным светом.
7. Характер (из чего он следует, прошлое персонажа):
Сирэль боязливая, но не трусливая. Она пугается легко: громких звуков, резких движений, незнакомых людей, темноты в незнакомом месте. Когда нервничает, старается держаться поближе к стене или к выходу. Не любит быть в центре внимания и не любит, когда к ней подходят со спины. Но страх не парализует её. Она может испугаться, но всё равно сделать шаг вперёд, потому что понимает, что иначе нельзя.
Она тихая и осторожная. Сначала смотрит, потом делает. Не бросается в драку первой, но если деваться некуда, дерётся до конца. Не любит рисковать зря и всегда старается продумать, как уйти, если что-то пойдёт не так.
8. Таланты, сильные стороны:
Терпеливая. Может долго ждать и не жаловаться. Это у неё от пустыни.
Осторожная. Не лезет на рожон и не рискует без нужды. Благодаря этому до сих пор жива.
9. Слабости, проблемы, уязвимости:
Боязливая. Пугается легко и часто. Из-за страха иногда медлит с решением или упускает момент.
Слишком любопытная. Любит узнавать то, что ей знать не положено. Подслушивает чужие разговоры, заглядывает в чужие вещи, читает бумаги, которые лежат не на виду. Ей просто интересно.
10. Привычки:
Интересоваться тем что уже и так знает, вдруг какие изменения будут.
Любит пожевать чего вкусного, в любое время и в любом месте.
11. Мечты, желания, цели:
Попробовать заграничную еду и напитки.
12. Языки, которые знает персонаж:
Амани
Морфитский
Сарихадский

DS - sanforest

​

ГЛАВА: ДИТЯ КАЙРОСА​

Сирэль родилась в кайросе Амарилл. Это одно из кочевых племён лунных морфитов, которые веками ходили через Внутреннюю Пустыню Сарихадунхъора. Её народ не жил на одном месте. У них были шатры, костры и ночные переходы от оазиса к оазису. Днём кайрос спал, прячась от палящего солнца. Ночью просыпался, и пустыня оживала вместе с ним.

Её родители были торговцами внутри кайроса. Они не были важными личностями. Обычные морфиты, которые возили между стоянками шерсть, соль, воду и выделанную кожу. Отец, Сэйрин, был крепким морфитом с вороньими волосами и руками, привыкшими к тасканию грузов. Мать, Ильвэна, знала много старых историй и любила их рассказывать. А ещё она хорошо умела торговаться. Если она называла цену, с ней обычно не спорили, потому что знали, что она всё равно не уступит. Оба выросли в седле и в пути. Дочь растили так же. В повозке, среди тюков, под смутным светом лун.

Сирэль была бледной, как и все её сородичи. У неё были мягкие черты лица и задумчивый взгляд. С детства она впитывала две вещи. Терпение, потому что пустыня не прощает спешки. И страх, потому что пустыня полна кровожадных тварей, а чужаки за пределами резервации не всегда добры. Она росла застенчивой, тихой и наблюдательной. Но не трусливой. Страх в ней жил рядом с упрямством.

---

ГЛАВА: СТАЛЬ И ХИЩЕНИЕ​

Языки Сирэль учила постепенно. Дома она говорила на морфитском, языке своего кайроса. Но караван постоянно ходил через мелкие городишки и встречался с чужими торговцами, поэтому отец с матерью учили её общему языку, на котором говорили между собой почти все народы пустыни. Она выучила его ещё ребёнком, прямо в дороге, слушая разговоры взрослых. Потом, когда начала выходить за пределы стоянки, выучила и сарихадский. Его знали в городах и на трактах, и без него было никуда. А ещё она немного понимала язык кочевников с востока, потому что с ними часто торговали. Читать и писать она почти не умела, только самое простое, и очень этого стеснялась. Про Амани она знала из разговоров чужих караванщиков. Те часто хвастались, что были в далёких землях, и разговаривали на Амани. Сирэль слушала эти рассказы с детства и запоминала названия и слова, по ним и училась. Сарихадский же она выучила сама, потому что без него нельзя было торговать в городах. Это язык тех мест, где её народ жил в резервации, и его знали все, кто выходил за пределы стоянки, но знала его слабо, понимать то и отвечать худо бедно могла, но писать его вовсе не знает как. К двенадцати годам Сирэль начала тренироваться с мечом. Она не мечтала о славе воина. Это отец настоял. Он говорил, что караван без клинка это добыча. Ты должна уметь защитить себя, даже если боишься. Уроки были тяжёлыми. Морфиты от природы выносливы, но ловкость их предков давно ушла. Приходилось брать упорством. Сирэль падала, вставала и снова падала. Отец не жалел её. Он говорил, что страх это не слабость. Слабость это когда страх решает за тебя.

Отец учил её не только махать мечом. Сначала он объяснял теорию. Как держать клинок, как ставить ноги, как дышать в бою, как смотреть за действиями противника по плечам и ногам. Они тренировались каждую ночь, когда кайрос останавливался у оазиса. Сначала на палках, потом на деревянных мечах, потом на настоящем железе, обмотанным тканью. Сирэль падала и разбивала колени, но вставала. К пятнадцати она уже могла держаться против отца почти на равных. Он был сильнее, она была быстрее. К шестнадцати она держала клинок уверенно. Настоящих сражений у неё было немного, но они были. Однажды на караван напали разбойники у мелкого городишки. Сирэль тогда было шестнадцать. Она первый раз ударила человека по-настоящему. Не насмерть, но достаточно, чтобы он упал. Руки у неё тряслись всю ночь, но она не заплакала. Потом были ещё стычки. В портовом городе она отбилась от двух пьяных матросов, которые хотели отобрать у неё кошелёк. Она не была воином. Но она умела драться, когда было нужно. А ещё начала подворовывать. Не из карманов. Карман это близко, это опасно, это могут заметить. Она обчищала палатки. Снимала с пологов серебро, вытаскивала из-под тюков дорогую ткань, а. Крала тихо и аккуратно. С той самой выжидательностью, которой славились её сородичи. Мать догадывалась, но молчала. Отец поймал её однажды. Не за руку, а взглядом. Он сказал, что красть она может. Но каждая вещь это долг. Рано или поздно за ней придут. Готова платить? Сирэль не ответила. Она была молода и верила, что платить будут другие. Старалась не красть много. Знала что за кражей может зависеть как её жизнь, так и выживание того кого обокрала. Воровала Сирэль не от голода. В кайросе её семья жила не богато, но не бедствовала.

Воровала она из любопытства и азарта. Ей было интересно, что лежит в чужой палатке, что человек прячет под тюком, что он не хочет показывать. И ещё ей нравилось чувство, когда получается взять что-то незаметно и никто не замечает. Это было как игра. Опасная, но весёлая. Первый раз она обчистила палатку чужого торговца, который остановился рядом с их стоянкой. Ей было четырнадцать. Она вытащила у него из-под полога серебряную ложку и маленький мешочек с пряностями. Торговец ничего не заметил. Сирэль потом неделю ходила довольная. Второй раз было серьёзнее. Она залезла в палатку караванщика, который, как она слышала, вёз дорогую ткань. Она взяла кусок шёлка и спрятала в своём тайнике. Но на следующий день этот караванщик устроил скандал и потребовал обыскать все палатки. Сирэль перепугалась так, что чуть не созналась сама. Шёлк она потом выбросила в колодец, а тайник больше не использовала. Этот случай её многому научил. Красть надо тихо и не жадничать.

Шли годы. Караван двигался, оазисы сменялись оазисами. Сирэль взрослела и всё чаще выходила за пределы стоянки в городах. Туда, где начинались мелкие домики и пути чужих караванов. Она видела, как на морфитов смотрят чужаки. Как на диковинку, как на зверя в клетке, как на того, кого можно обмануть. Она видела, как её мать улыбается людям, которые за спиной называют её песчаной кровью. И постепенно в ней росло холодное недоверие ко всем, кто не родился под лунами.

---

ГЛАВА: ДОРОГА​

Она путешествовала с караванами, нанималась разведчиком, подрабатывала проводницей. И чем больше она видела, тем яснее становилось одно. Люди не хотят дружить с морфитами. Они хотят их использовать. Её нанимали, потому что она вынослива и зорка. Её обманывали, потому что она всего лишь песчаная эльфийка. С тех пор она перестала ждать от чужаков хорошего. Она всё ещё работала с ними, потому что есть нужно всем. Но смотрела на каждого как на того, кто просто ещё не ударил. Недоверие стало её бронёй. Страх стал её компасом. Она не ненавидела людей. Просто недолюбливала.

Когда Сирэль исполнилось девятнадцать, она покинула родной кайрос. Не навсегда, а на время. Так делали очень не многие морфиты, которые хотели увидеть мир за пределами резервации. Ей хотелось узнать, что там, за песками. Хотелось проверить, правда ли чужаки так плохи, как о них говорят. Родители отнеслись беспокойно, они твердили что в песках спокойней и все своей расы.
Покинуть резервацию было непросто. Морфитам нельзя уходить без разрешения. Сирэль долго думала, как быть. Помог случай. Через их кайрос шёл чужой караван, которому льецкаши дал разрешение пройти через земли морфитов к западным трактам. С этим караваном шли двое морфитов, у которых было разрешение на торговлю за пределами резервации. Сирэль упросила отца замолвить за неё слово перед льецкаши. Отец был уважаемым торговцем, и ему не отказали, но тот наказал ей вернутся в срок. Сирэль дали разрешение на полгода, как торговке, которая едет с караваном. Она ушла вместе с этим караваном и больше не вернулась в срок. Так она и покинула земли морфитов отправившись в портовый город.

---

ГЛАВА: ЗА МОРЕ​

Порт был грязный, шумный, полный беженцев и слухов. Корабли уходили один за другим. Сирэль не знала, что ждёт её на том берегу. Знала только, что здесь её никто не держит. Пару месяцев просто скиталась притворяясь торговкой и выменивала себе денег на еду. Для неё это был хороший опыт узнать Амани и Сахарихадский получше. Подслушала как то в таверне весть о далёком континенте на западе. О земле, где можно начать заново. Без резервации, без льецкаши, без чужих взглядов. Сирэль долго думала. Её кайрос оставался дома, в песках. Но она поняла, что если хочет чего-то большего, чем вечный круг оазисов, торгов, то нужно уходить.

Денег на билет не было. Только клинок, лук и умение спать днём. Она пробралась в трюм одного из кораблей и спряталась среди ящиков. На третий день её нашли. Капитан, старый моряк с шрамами на лице, посмотрел на неё долгим взглядом и спросил, умеет ли она следить за провиантом. Она кивнула, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Он сказал, что она будет охранять трюм. От крыс и от двуногих тоже как охраняет грузы в пустыне. Ей же было по боку как на моряка, по этому та и сама подворовывала из провизии, хороший ржаной хлеб заменяла своим и в целом подъедала что было вкусненьким. А для кучи, в низ бочки подкладывала ткани что бы пропажу продуктов не обнаружили.

Плавание было долгим. Сирэль почти всё время сидела в трюме и охраняла груз. Иногда ночью она выходила на палубу, чтобы подышать воздухом. Там было холодно и тихо, как в пустыне. Она смотрела на звёзды и думала о том, что ждёт её впереди. Ей было немного страшно. Она боялась, что её снова обманут или что она не найдёт себе места на новом континенте. Но она всё равно шла вперёд, потому что отступать было некуда, да и корабль назад уже не развернёшь.

Когда корабль причалил к берегам нового континента, Сирэль сошла на землю последней, ведь заснула из за начинавшегося дня. Воздух был влажным, чужим, полным незнакомых запахов. Вдалеке поднимались горы и леса. Не пустыня, не пески, а настоящая зелень. Она никогда не видела столько деревьев.

Она не знала, что найдёт здесь. Не знала, есть ли тут работа, еда, смысл. Но знала одно. Здесь её никто не знает. Здесь она начнёт заново. Без прошлого, без долгов, без чужих взглядов. Сирэль поправила ремень на поясе, вздохнула и сделала первый шаг в новую жизнь.

 

[charlottesjAl]

​