Флорес - это то место, где расположено одно из крупнейших и великих Государств всего Кеменлада. А именно, один из самых спокойных уголков мира, куда стекаются авантюристы и путешественники в поисках лучшей жизни. Но в тоже время конкретно Флоровэндель не мог бы быть настолько узнаваемым если бы не войны в коих участвовало это Государство во имя самых различных целей.История начинается в 86 году 4-ой эры, месяц - Бладрайз
Углубимься чуть конкретнее в то место где берет начало история ребенка, чья жизнь не побоюсь этого слова - вывернится на изнанку, и этим местом является Вестфар. Провинция Флоров где основным промыслом, кормящим край, считается добыча различных металлов и каменных материалов, пригодных в строительстве, охота на живность и вырубка леса коей занимаются приемущественно контрабандисты. Но а также, нельзя упустить, что неотъмлемой частью этого места можно назвать - ратное дело. Ибо ведь именно отсюда в не первом столкновением с Хобсбургом отправляются низшие эшелоны солдат, а также тех кто был мобилизован из числа обычных крестьян, дабы те вышли на границу плечом к плечу с опытными служащими к лицу врага.
Семья Монкриф из покон веков шел по пятам за одной из благороднейших ремесел, если точнее то это медицина. Это ремесло передавалось из поколения в поколение этого старого знатного рода Вестфара. Потому второму рожденному сыну Эммануэлю в этом поколении как и первому, его старшему брату было суждено перехватить знания, опыт и работу их семьи. Отец малыша и его старшего брата Эрвига, как уже можно понять, занимался лечением людей, но чаще всего это были люди военные. Если быть конкретнее то проводил различные операции на ряду с его коллегами в одной из приграничной крепости гарнизона - Сельфет. Но когда второму сыну было суждено вот-вот появится, отец был разумеется рядом со своей матерью в своем имении города Авалма. Роды младшего сына прошли куда легче чем с первенцем и это не могло не радовать и казалось бы какой никакой знак к чему-то, но к чему никто ответа разумеется не знал и знать не могли.
Это было и не важно, важно лишь то, что роды прошли успешно и в семье появился еще один сын, что будет способен продолжить их род и помочь создать будущее следующего поколения Монкриф. Об матери можно сказать чуть меньше чем об отце, но у той было самое главное чувство долга и материнства, от чего та была гораздо больше с двумя детьми нежели отец, что нередко уезжал обратно в Сельфет. К более зрелому возрасту, сыну разумеется было выбито место в одной из частных школ где тот учился грамоте, чтению, базовому счету, если коротко то все то, что требовалось для будущего обучения и жития. Младший сын всегда испытывал жалость к тем кто страдает. С раннего детства он старался быть ближе к тем кого унижают, к тем кто не такой как все. От чего и отношение само собой к нему было от остальных сверстников такое же как к тем кого он пытался защитить своей спиной. И можно сказать не раз он получал матуки от других парней на улице и не только. Так одним днем он вернулся домой с очередными ссадинами, дома ждал его отец который стоял в коридоре и встречал сына. Увидев, в каком состоянии его сын разумеется как отец был рассержен с виду Эммануэля. Они быстро прошли в кабинет отца где уже там папаша обработал все ссадины и синяки. Сделав дело, Эммануэль задумался о том, что на улице действительно его медвежья услуга остается незамеченной. Тогда младший Монкриф решил, что начнет заниматься медициной как и хотел отец, и быстрее приблизиться к высокому уровню знаний. А самое главное наконец начать помогать людям по настоящему. Став постарше юнец начал изучать литературу, записи, медицинские статьи из года в год Эммунаэль все дальше и дальше отдалялся от тех юношеских времен. Школа была также уже позади, и вот настало время когда пора поступать в университет. Любому врачевателю нужна была настоящая практика, опыт, учеба у мастеров и знающих в этом деле, кои вкурсе о ремесле больше чем просто перемотать ногу бедолаге. Все это время пока его младший сынишка был довольно молод, его папаша работал не покладая рук откладывая деньги на его будущее обучение уже в приличном месте. К двадцати годам парнишка поступает следом за своим старшим братом в Флорский университет на само собой факультет медицины. Поступив туда куда и был предначертан путь Монкрифу, тот разумеется старался не отлынивать и учился делу как подобает. Трудности с обучением медицины где специализировалось все на полевой хирургии было не избежать. Иногда простые казалось бы для некоторых хирургов записи с анатомией для заучивания, давались очень не просто, толи дело на практике. Перейдя на второй курс, дела пошли куда радужнее. Появилась первая практика, сначала все изучали простенькие задачи с обнаружением причины гибели различных животных, что были представлены для опытов. А уже позже, мягко говоря немаленькие статьи по изучению человека их ранения, переломы, вывихи и так далее. Конечно, в это время и еще долгое будущее изучение такого рода ремесла было и будет далеко не особо развитым. От чего основной прорыв в знаниях шло непосредственно на практике, то есть на живых и не живых организмах применяя лекционные знания. Хирурги обычно начинали свое обучение в юном возрасте, иногда уже в подростковом. Они становились ассистентами опытных хирургов и в течение многих лет наблюдали, участвовали и помогали в различных медицинских процедурах. Сам же Монкриф не стал исключением и уже очень скоро в период двух месячной практики был приставлен с напарником к одному из хирургов центральной лечебницы. Не редко ученики в лице Эммануэля и его напарника участвовали в операциях, применяли повязки, помогали в подготовке инструментов и прочих аспектах хирургических процедур своему наставнику.
Шло время, Монкриф набирался опыта и знаний, но учебы еще не початый край. Но как бы оно не было, но с обучением Эммануэль был вынужден остановиться. В сто двенадцатый год, четвертой эпохи очередной раз в истории Флоровэндель был втянут в боевые действия с Хобсбургом. Разумеется первым делом приняла на себя экономический и физический удар провинция Ветсфар, где и родился, вырос Эммануэль. Зная о том, что его отец и старший брат работают и служат в приграничной крепости Авалма, сам младший сын немедленно покинул Флорию и отправился в его родную провинцию. Он считал, своим долгом быть рядом с отцом и помогать в этот трудный час своему краю, который уже не впервый раз для Государства принимает на себя удар первыми. По прибытию записавшись в ряды добровольцев медицинского корпуса предоставив документы об обучении тот был немедленно приставлен к одному из полевых хирургов в ассистенты. Рук было мало, раненных много, солдат привозили целыми телегами от чего молодой Монкриф, что так жаждал практики получил ее в самом, что не наесть избытке. Будучи ассистентом, ему приходилось с утра до ночи стоять подле своего наставника, помогать держать раненных, перевязывать подавать инструменты, и все это до тех пор пока их не сменяла другая бригада к ночи. Для Монкрифа такой опыт был потрясающий, потому как именно это и нужно было тому кто связывает свою жизнь подобным ремеслом. Но в тоже время сия работа была воистину ужасающая, крики, вопли кровь лилась из-за всех щелей, его бело-тканевую робу приходилось менять по три раза на дню. В конечном итоге спустя месяца работы Эммануэлю и его наставнику было выдано новое направление для работы. А именно - его бригада отправлялась с двумя ротами солдат за границу Вестфара дабы укрепиться на одной из территорий для дальнейшей развертки войск вперед. Уже через пару недель, они прибыли на место разбили лагерь, а бригаде был выделен само собой шатер под лазарет для дальнейшей работы.
К ночи когда в военном лагере наступила гробовая тишина, лишь выстроенные смотровые вышки оставались в боевой готовности. Сам передовой лагерь был окружен примитивными кольями, из половину сделанным частоколом. В это время, Эммануэль уже потихоньку начал засыпать, тогда как его наставник и с многими другими рабочими лазарета уже видели второй сон. Вроде переживать было не за что, был отдан приказ отбоя потому как никаких вражеских действий на лагерь не ожидалось. Но тихая ночь прервалась, ор Флорского говора раздался по всему лагерю, горны затрубили - враг наступает. Не малое формирование Хобских наемников под покровом ночи, решило не дать Флорам двигать свои силы так дерзко вперед. Пару сотен пехотинцев под сопровождающимся градом стрел ринулось в лагерь. Хлипкая и не надежная оборона была пробита, лагерь был покрыт нескончаемым боем и огнем, небольшая конница также пробилась в сердце формирования Вестфарских войск. Монкриф разбудив всех кто был в шатре, те быстро организовались да соорудившись чем было, если быть точнее то именно полуторниками, короткими копьями, топорами решили ринуться в гущу боя. Эммануэль слонялся десяток минут по горящему лагерю, постоянно пригибался прятался возле бочек и ящиков с мечом в руках. Свист стрел и звон металла не прекращался, но вот был заслышан вопль - "RECULONS!". Лагерь начал сыпаться, Флорские пехотинцы бросались в бегство из-за всех щелей, большая часть воинов пала. У некоторых хватало мужества стоять на ногах и биться пока другие убегали. Эммануэль не стал исключением, страх о смерти и чувство о том, что он будет полезней куда больше если сбежит и попытается вернуться к границам Вестфара, чтобы вести свою работу дальше. Промыкнув чудом, тот завидев коня в стойле, прыгнул тихонько в седло прижав к себе меч по ближе, ударил коня по брюху и начал в быстром темпе пытаться выезжать. Выйдя за пределы стойл, он завидел как его наставник по делу бежал навстречу крича о помощи, чтобы его забрал с собой. Эммануэль грезил желанием выжить, единственный момент, когда тот решил для себя, что теперь надо спасаться самому, ибо в голове у него было стойкое понимание, что тот сможет помочь большим, чем сейчас попытается помочь одному и умереть. Наконец, парень повернул лошадь в сторону единственного выхода, оставляя позади утопающего. Монкриф смотрел лишь, как пытающийся выжить получил стрелу в район головы. Наконечник вонзился, и тело в туже секунду шмякнулось в грязь оставаясь тем самым навечно в пределах этого лагеря. С чувством стыда и беcпомощности, Эммануэль покидал пределы лагеря. Но всему наверное, есть своя плата. И судьба распорядилась так, что место откуда он бежал также не оставит его без увечий, пока тот выезжал летящая мимо стрела вонзилась парню в плечо. Раздавшись в болезненном крике, Эммануэль ринулся наконец от этого места прочь.
Будучи раненным тот скакал несколько часов по лесу, плутая, кидаясь то в одну сторону то в другую в конец концов завидев какое-то строение Монкриф двинул туда верхом, да так быстро как мог виляя меж деревьев. Подъхав ближе, конь внезапно задрыгался и встал на задние копыта, сопровождая свой страх характерным ржанием. Раненный парень свалился с коня на спину, а его лошадь которая принесла его непонятно куда и одновременно спасла ненадолго жизнь в те же секунды кобыла пропала из виду ускакав в гущу леса. Поднявшись на ноги, Эммануэль схватившись за перемотаное кое-как тряпьем плечо, своим падшим взором оглянул местность попутно ловя капли начавшегося летнего дождя себе на голову. Осмотревшись тот увидел - старые надгробия, покрытые паутиной, что как будто тихо шепчут ветру свои давно забытые истории. В этот миг Эммануэля, что-то манило идти дальше, но и идти-то более было не куда, от чего тот проходил все дальше засматриваясь на выцарапанные на каменных надгробьях имена. Каждые надписи были искореженными, что-то прочитать на них не было никакой возможности. Оглядываясь по сторонам ему мерещилсь или в самом деле были в глазах, тени странных силуэтов, что казались неподвижными, но одновременно живыми, словно поджидая свою следующую жертву. Холодные капли дождя стучат по старым камням, словно сердца, вспоминающие свои потерянные времена. Шорох листьев под ногами напоминает о безмолвии этого места, где время остановилось, а воспоминания бродят среди памятников. Кинув свой взор себе за спину, парень завидел стоящий каменный пристрой с открытыми и давно непригодными дверями. Ощущение неведомого проникает сквозь кожу, заставляя волосы дыбом встать на руках. Холодный ветер будто шепчет таинственные послания. Страх и любопытство сражаются внутри Эммануэля, заставляя сердце биться сильнее на фоне мрачной погоды. Подойдя ближе в дверной проем тот узрел спуск вниз, проклятый и мрачный, словно темное ущелья души и тайны, засыпанные пластами забытых страхов и кошмаров. Первые шаги на этом пути притягивали, но одновременно отталкивали, но словно чей-то голос затягивал парня в свои оковы. Ступени, изогнутые и неровные, словно пальцы скелетных рук, ведут в недра этого забытого места. Скрип древних ступеней напоминает о тысячелетнем молчании историй, забытых под покровом времени. Ноги сами несли потерявшего силы парня все ниже и ниже. В конце концов он предстает в полной темноте где лишь видны рядом лежащие различные обломки, давно затухшие свечи и канделябры и разбитое вдребезги ручное зеркало где стекло, еще не выпало из своих границ образуя своего рода паутину. Падая на холодный пол на грани смерти, он ощущает дикий звон и шепчущие попутно голоса в его голове. Боль была настолько дикой, что в туже секунду он схватился за голову начав рвать себе волосы. Боль в костях и груди будто пробивала его насквозь и ломала, но начался последний акт этой оперы, орган в виде легких буквально выполз из рта парня заставляя ощущать неистовую боль во время процесса. В конечном итоге, последняя нота была сыграла и сознание Эммануэля опустело, а боль, что терзала его исчезла.
Очнувшись Монкриф поднялся тихонько в полусидящее положение и медленно осмотрелся вокруг, все, что ранее он видел то это только кромешную темноту в этом подвальном помещении. Теперь же было все более доступнее для зрения. В этот миг он понял, что все чувства, какие он ощущал до - пропали. 
Не холод, не боль теперь не волновали его, но в этом всем было лишь одно - голод терзал, терзал так, что тот как он думал съел бы сейчас весь рацион пищи роты в лагере. Но с этим голодом пришло осознание, что действительно больше не испытывал ничего кроме голода, и вопрос лишь был в том, жив ли до сих пор, или это просто сон? Поднявшись тот двинул обратно к той самой скрипучей лестнице. Через мгновение Эммануэль оказался возле двери, но солнечный свет ослепил уже неживого Монкрифа, и первое, что почувствовал кроме голода новоиспеченный проклятый - это жжение кожи, да такое, что как будто налили кипяток на его ладони коими он прикрывал и обжигающее лучами лицо. После чего тот в быстром темпе отступил назад, вниз по лестнице скрывшись от злостных теперь для него лучей.
Как только лучи ушли, Эммануэль тут же попытался выйти оттуда где просидел уже целые сутки. Взглянув на ту же картину, что и в первый раз не человек наделенный проклятием вампиризма выполз из своего нового дома. Ночь нависла над густым лесом, поняв, что можно двигаться в туже секунду ринулся в гущу деревьев на поиски хоть чего-то живого. Не знание о его теперешнем положении не давало успокоиться его мыслям, сопровождая это ярым звериным голодом. В конечном итоге ему удалось выйти на тракт, пустующий тракт. Монкриф долго слонялся рядом дорогой под покровом ночи пока не наткнулся на едущую повозку с парой людей, это были крестьяне, что везли обоз с вещами. Судя по всему те были вынуждены оставить свой дом который задела война. Выждав момент, зверь спустился с цепи Эммануэль рванул как дикий голодный волк, что унюхал падаль. Через мгновение повозка была перевернута, а тело двух мужичков валялись умертвлеными вместе с трупом лошади. Монкриф был не в состоянии себя контролировать, а когда осознал, что натворил уже было поздно. Тот кинулся в чащу леса откуда пришел, начав в быстром темпе покидать место расправы. Голод был подавлен, но вместе с этим вампир подвергся в следующие несколько часов не утолимому чувству вины, а сознание рисовало ему обрывки воспоминаний будто из разума тех кого он убил. Упав в агонии сострадания и ужаса об совершенном, Монкриф еще долго бил себя по голове и рвал волосы сидя возле дерева. Все это убивало морально сознание парня, но рано или поздно, одно сменяется на другое. Ближе к концу ночи, Эммануэль наконец перестал слышать и переносить то, что было после его кровавой кормежки. Все это теперь его заставляло местами подергиваться, но время имеет свойство залечивать даже и подсознательные раны, хоть и не надолго.
Куда бы не шел Монкриф, по всюду он натыкался на пару деревушек, тракты и людей. Как правило под покровом ночи встреча человека с дикарем, ведь именно так можно было назвать новоиспеченного вампира - заканчивалась их погибелью. Но наказанием для него были все те же видения и голоса жертв, строенными его же разумом. Парня, что едва ли можно назвать неонатом, совсем не заботила история о том, что нужно заметать следы после своей прожорки. От чего по округу понеслась весть о том, что люд начал чаще погибать, но простых людей больше интересовал тот факт, что в данный момент времени все еще бушевала война с Флоровэнделем, от чего появлялись беглецы, активизированные бандиты итак далее. Одной ночью Эммануэль после кормешки, все же набрел на брошенную малую деревеньку, половина домов из них была вовсе сожжена или разрушена, можно было понять, что боевые действия затронули это место. Здесь он и решился остаться на первое время дабы совладать с собой и постараться встать на ноги. Темная ночь нависла над этим полуразрушенном местом, как только молодой вампир вошел в один из домов на его плече оказалась рука. В это время Эммануэль упал в ступор, рука и чувство-.... чувство чего-то воистину сильного, было такое ощущение, что они чем-то похоже. Молчание длилось пару минут, двоица была как будто вкопана в землю как сорняк. Но вот, все же неизвестный решился заговорить:
Будучи раненным тот скакал несколько часов по лесу, плутая, кидаясь то в одну сторону то в другую в конец концов завидев какое-то строение Монкриф двинул туда верхом, да так быстро как мог виляя меж деревьев. Подъхав ближе, конь внезапно задрыгался и встал на задние копыта, сопровождая свой страх характерным ржанием. Раненный парень свалился с коня на спину, а его лошадь которая принесла его непонятно куда и одновременно спасла ненадолго жизнь в те же секунды кобыла пропала из виду ускакав в гущу леса. Поднявшись на ноги, Эммануэль схватившись за перемотаное кое-как тряпьем плечо, своим падшим взором оглянул местность попутно ловя капли начавшегося летнего дождя себе на голову. Осмотревшись тот увидел - старые надгробия, покрытые паутиной, что как будто тихо шепчут ветру свои давно забытые истории. В этот миг Эммануэля, что-то манило идти дальше, но и идти-то более было не куда, от чего тот проходил все дальше засматриваясь на выцарапанные на каменных надгробьях имена. Каждые надписи были искореженными, что-то прочитать на них не было никакой возможности. Оглядываясь по сторонам ему мерещилсь или в самом деле были в глазах, тени странных силуэтов, что казались неподвижными, но одновременно живыми, словно поджидая свою следующую жертву. Холодные капли дождя стучат по старым камням, словно сердца, вспоминающие свои потерянные времена. Шорох листьев под ногами напоминает о безмолвии этого места, где время остановилось, а воспоминания бродят среди памятников. Кинув свой взор себе за спину, парень завидел стоящий каменный пристрой с открытыми и давно непригодными дверями. Ощущение неведомого проникает сквозь кожу, заставляя волосы дыбом встать на руках. Холодный ветер будто шепчет таинственные послания. Страх и любопытство сражаются внутри Эммануэля, заставляя сердце биться сильнее на фоне мрачной погоды. Подойдя ближе в дверной проем тот узрел спуск вниз, проклятый и мрачный, словно темное ущелья души и тайны, засыпанные пластами забытых страхов и кошмаров. Первые шаги на этом пути притягивали, но одновременно отталкивали, но словно чей-то голос затягивал парня в свои оковы. Ступени, изогнутые и неровные, словно пальцы скелетных рук, ведут в недра этого забытого места. Скрип древних ступеней напоминает о тысячелетнем молчании историй, забытых под покровом времени. Ноги сами несли потерявшего силы парня все ниже и ниже. В конце концов он предстает в полной темноте где лишь видны рядом лежащие различные обломки, давно затухшие свечи и канделябры и разбитое вдребезги ручное зеркало где стекло, еще не выпало из своих границ образуя своего рода паутину. Падая на холодный пол на грани смерти, он ощущает дикий звон и шепчущие попутно голоса в его голове. Боль была настолько дикой, что в туже секунду он схватился за голову начав рвать себе волосы. Боль в костях и груди будто пробивала его насквозь и ломала, но начался последний акт этой оперы, орган в виде легких буквально выполз из рта парня заставляя ощущать неистовую боль во время процесса. В конечном итоге, последняя нота была сыграла и сознание Эммануэля опустело, а боль, что терзала его исчезла. Очнувшись Монкриф поднялся тихонько в полусидящее положение и медленно осмотрелся вокруг, все, что ранее он видел то это только кромешную темноту в этом подвальном помещении. Теперь же было все более доступнее для зрения. В этот миг он понял, что все чувства, какие он ощущал до - пропали. Не холод, не боль теперь не волновали его, но в этом всем было лишь одно - голод терзал, терзал так, что тот как он думал съел бы сейчас весь рацион пищи роты в лагере. Но с этим голодом пришло осознание, что действительно больше не испытывал ничего кроме голода, и вопрос лишь был в том, жив ли до сих пор, или это просто сон? Поднявшись тот двинул обратно к той самой скрипучей лестнице. Через мгновение Эммануэль оказался возле двери, но солнечный свет ослепил уже неживого Монкрифа, и первое, что почувствовал кроме голода новоиспеченный проклятый - это жжение кожи, да такое, что как будто налили кипяток на его ладони коими он прикрывал и обжигающее лучами лицо. После чего тот в быстром темпе отступил назад, вниз по лестнице скрывшись от злостных теперь для него лучей. Как только лучи ушли, Эммануэль тут же попытался выйти оттуда где просидел уже целые сутки. Взглянув на ту же картину, что и в первый раз не человек наделенный проклятием вампиризма выполз из своего нового дома. Ночь нависла над густым лесом, поняв, что можно двигаться в туже секунду ринулся в гущу деревьев на поиски хоть чего-то живого. Не знание о его теперешнем положении не давало успокоиться его мыслям, сопровождая это ярым звериным голодом. В конечном итоге ему удалось выйти на тракт, пустующий тракт. Монкриф долго слонялся рядом дорогой под покровом ночи пока не наткнулся на едущую повозку с парой людей, это были крестьяне, что везли обоз с вещами. Судя по всему те были вынуждены оставить свой дом который задела война. Выждав момент, зверь спустился с цепи Эммануэль рванул как дикий голодный волк, что унюхал падаль. Через мгновение повозка была перевернута, а тело двух мужичков валялись умертвлеными вместе с трупом лошади. Монкриф был не в состоянии себя контролировать, а когда осознал, что натворил уже было поздно. Тот кинулся в чащу леса откуда пришел, начав в быстром темпе покидать место расправы. Голод был подавлен, но вместе с этим вампир подвергся в следующие несколько часов не утолимому чувству вины, а сознание рисовало ему обрывки воспоминаний будто из разума тех кого он убил. Упав в агонии сострадания и ужаса об совершенном, Монкриф еще долго бил себя по голове и рвал волосы сидя возле дерева. Все это убивало морально сознание парня, но рано или поздно, одно сменяется на другое. Ближе к концу ночи, Эммануэль наконец перестал слышать и переносить то, что было после его кровавой кормежки. Все это теперь его заставляло местами подергиваться, но время имеет свойство залечивать даже и подсознательные раны, хоть и не надолго.
Куда бы не шел Монкриф, по всюду он натыкался на пару деревушек, тракты и людей. Как правило под покровом ночи встреча человека с дикарем, ведь именно так можно было назвать новоиспеченного вампира - заканчивалась их погибелью. Но наказанием для него были все те же видения и голоса жертв, строенными его же разумом. Парня, что едва ли можно назвать неонатом, совсем не заботила история о том, что нужно заметать следы после своей прожорки. От чего по округу понеслась весть о том, что люд начал чаще погибать, но простых людей больше интересовал тот факт, что в данный момент времени все еще бушевала война с Флоровэнделем, от чего появлялись беглецы, активизированные бандиты итак далее. Одной ночью Эммануэль после кормешки, все же набрел на брошенную малую деревеньку, половина домов из них была вовсе сожжена или разрушена, можно было понять, что боевые действия затронули это место. Здесь он и решился остаться на первое время дабы совладать с собой и постараться встать на ноги. Темная ночь нависла над этим полуразрушенном местом, как только молодой вампир вошел в один из домов на его плече оказалась рука. В это время Эммануэль упал в ступор, рука и чувство-.... чувство чего-то воистину сильного, было такое ощущение, что они чем-то похоже. Молчание длилось пару минут, двоица была как будто вкопана в землю как сорняк. Но вот, все же неизвестный решился заговорить:
Мгновение и Эммануэль шмякнулся с колом в сердце. Следующее его пробуждение случилось в одном из помещений не совсем шикарного вида, а пред ним стояло несколько таких же по ощущению, как тот, что вонзил кол в сердце ночью ранее. Большинство из тех кто стояли были не многословны, некоторые лишь покивали головой раскинулись парой фраз в которых сам Монкриф не сумел, что-либо разобрать для себя. Но на данном этапе он чувствовал себя рабом на рынке. Далее прозвучало пару речей о том, кто он теперь и что, а также кому будет служить. Но в конце концов его забрал один из сородичей, а затем увел по дальше от города в коем они находились неделю, это был город Хобсов, что являлся столицей региона Гран-Флерсер. До того как они не ушли, сородич, что именовал себя - Фредерихом, представился как вампир из клана Малкавиан, и что теперь он и Монкриф это одна семья и в скором времени он приведет на место где обитали такие же как они двое.
А также, теперь Фредерих является его так называемым опекуном на время становления на путь законов мира бессмертных. В тоже время он будет занят обучением удерживать зверя и учениям овладеть силами, что скрыты глубоко в душе неоната, а еще, что самое главное помочь совладать с собой в порывах проявления заработанного психоза. Из-за чего все сороидичи этого клана связанны друг с другом единой паутиной породителя. Долг каждого лунатика помочь другому, проговорил его новый наставник. Фредерих, также объяснил где он был, а именно в домене сородичей таких как он, но не совсем одной принадлежности, и то кто чем занимается и какое будущее Эммануэля ждет. Конечно же, неонат задался вопросом почему они уходят от того места, а не остаются с большей частью сородичей. Ответ был весьма не однозначный, а именно Фредерих упомянул о том, что он и члены так называемой паутины Малкава, являются не такими как все остальные сородичи в каком-то смысле. "Большинство кланов, сородичей, старейшин держат в стороне безумцев, но иногда проницательность оказывается очень кстати и потому Князья некоторых доменов, все же держат у себя пару таких представителей. Такой расклад в целом устраивает лунатиков, будучи рядом с властью мертвых, но и одновременно житие в стороне среди тех кто ценят их, а не среди тех, что только и тыкают пальцем на безумие клана считая большинство идиотами и одержимыми."
Так они перебрались в другой город, где существовала как говорил его наставник - котерия таких же "как он". Первое, что для себя уяснил Монкриф, точно и навсегда, дак это то, что - преступление взывает к каре, и высшие силы должны рано или поздно обрушить ее на тех, кто слаб сердцем и духом. Он понял, что пошел против судьбы, когда поддалась страху, и в наказание он был обречена на живую смерть. Следующие годы Эммануэля прошли в адаптации его к новому миру и обществу. Во всех кто был в его так называемой новой семье он видел тех самых не таких ребят на улицах коих притесняли. Он питался виновниками, разбойниками и нарушителями, но никогда из тех, кто был чист душой. Осознав, как использовать свои способности, он научился находить тех, кто действительно заслуживал наказания. Убийца мог смягчить свое преступление, снова и снова каясь перед своими жертвами, лжец мог быть заставлен сказать правду тому, кого он обманул, или же Эммануэль просто убивал их. Фредерих занимал стойкую позицию в совете своего города, и исполнял роль эдакой правой руки местного Шерифа. Благодаря своей клановой проницательности и способностей, он выходил отличным помощником, чтобы отловить тех кто неугоден. Взамен, его котерия могла находится там, где находится и получать свое не идя в разрез с остальными жителями ночи. Монкриф в свою очередь, очень быстро присоединился к этой работе благодаря своему новому, обретенному с обращением "недугу". Он узнавала все что мог о каждом вампире, которого встречал, и делал заметки для дальнейшего их использования в личном блокноте. Никто не мог противостоять искушениям, и он решил, что рано или поздно все Сородичи падут перед проклятьем. И лишь тогда он свершит свой суд над ними. С течением времени, он и сам стал полноценным чистильщиком у местного Князя, благодаря своим успехам.
Итак Эммануэль прожил десятки лет, а то уже и сотню. Его нежизнь стала куда более понятней. Собравшись на очередном так называемом семейном совете. Фредерих огласил, что в последнее время на ближайшей территории за которую они несут ответственность, участились случаи жестоких разбоев и смертей обычного люда. Потому было принято решение разобраться с этой напастью, ибо по этой причине могут активизироваться охотники на таких существ как Эммануэль и Фредерих. И одна из немногих задач тех кто придерживался вампирских созданных законов, было именно предотвращением того, чтобы их род не был раскрыт, а острые мечи охотников не были вынуты из ножн. Эммануэль не входил конкретно в этот процесс, а был занят другим. Потому, ему лишь оставалось пожелать удачи своему наставнику. И только через месяц, он узнал подробности дела на которое он отправился. На порог дома вступил один из множества ушей Князя в лице Носферату. И не задерживая он огласил новости о его сире - " Ночью в полном составе сородичи вышли на так называемые поиски угрозы. Будучи в поисках пару часов, те натыкаются на деревеньку от которой шли слухи о произошедшем, ничего не обнаружив. Группа двинула дальше рыскать по округе в поисках проблемы. Пересекая лес, группу объеденных одним кланом берут в полукруг существа, коих было по меньшей мере на два больше. Говор был понятен Фредериху, а их завывания и скандирования давали понять, что это именно те отринутые сородичи, что думают о так называемом открытом смысле жизни. Это были дикари и кровожадные монстры среди мира проклятых, такие же сородичи, но совсем иных взглядов нежели Фредерих и его компания. Уловка сработала, неопытность сородичей котерии против борьбы с представителями шабаша дала о себе знать и все, что у них остается это биться со зверьем. Самого же его наставника Фредериха тут же разобрали по кускам напав на его первым, вторые два собрата сдерживали натиск следующих." Жилка страха последнего из сородичей сыграла ту же самую злую шутку, как когда-то сыграла с Эманнуэлем. Один из сородичей в группе Фредериха решился отступить. Именно так подумал сам Эманнуэль. А Собственно говоря, этот самый Носферату им и был так как признался в этом, оправдывая все тем, что только он теперь знает кто были те нарушители, и если бы он не ушел - умерли бы все. Эммануэль в данную секунду, ничего не оставалось как покивать головой и запереть дверь перед лицом этого слабака. Ирония судьбы, примерно тоже самое, произошло и с самим Монкрифом. Спустя неделю горечи и раздумий, борьбу двух мыслей Эммануль решился исполнить волю высшего замысла. Найти этого самого Носферату было не легко, но он сумел его разыскать и разобраться с порочным, трусливым щенком так, чтобы о нем было не слышно ровно также как было бы не слышно, если он погиб вместе с Фредерихом в том бою. Эммануэля держали узы единственной его новой семьи, но теперь это уже в прошлом и тот решается просто следовать тому в чем был уверен. Нести кару сородичам и людям, что этого заслуживали. Он работал на любого князя, с кем ему удавалось сойтись в цене. На одного он мог работать просто за доступ к стаду, у другого же он мог потребовать что-то из его имущества. За свои годы, он приобрел множество связей и репутации среди совета Флореса. И для него, собрать ресурсы и приобрести связи по всему миру, задача номер один - создать свою собственную разведывательную сеть и нести волю высших сил над слабыми. А чтобы это сделать, ему нужно разумеется посетить весь мир где есть рука совета.
1. OOC: Sladkiy
2. Имя и фамилия: Эммануэль Монкриф
3. Раса: Человек
4. Возраст при жизни - 27
Полный возраст - 244.
5. Характер: Эммануэль спокойный, скромный и по необходимости – уважительный. Если дело касается борьбы, то Монкриф тщательно взвешивает на первый взгляд все шансы, плюсы и минусы. Бывает иногда пуглив и осторожен, не смотря на то, что его нежизнь даровала ему немалую силу. В каком-то смысла сострадательный. Питает слабость к угнетенным, от чего тот не прочь лишний раз по старой памяти угодить или помочь какому-нибудь бедолаге. В глазах малкавианина можно быстро стать приятелем, но также быстро и стать врагом, ибо его пугливость и нестандартное общение может изменить ход отношений. Весьма любопытный и испытывает интерес ко всяким деталям - это именно то, что воспитало в нем род его деятельности и обретенное новое понимание после обращения. Вместе с этим, очень общительный и иногда он описывает все, что видит. Все, что лезет в голову он проецирует, но что-то он явно не желает произносить. Когда дело доходит до его принципов - он идет напролом. Не смотря на свое происхождение, он очень заботлив к тем, кого ценит и к тем, кто чист хотя именно это одна монета с двух сторон. Он может быть чрезмерно снисходителен к одним и отстранён от других.
6. Таланты и сильные стороны: Все сильные стороны присущи Высшему вампиру. Владеет некоторыми знаниями в хирургии и медицине в целом. Обладает возможностями дисциплин - "Стойкость", "Прорицание", "Помешательство".
7. Слабые стороны: Слабости присущи дисциплинам коими обладает вампир. Также обладает уязвимостью к огню, солнечному свету, серебру и магии света. Проклятье одарила Монкрифа помимо "вечной жизни", также и неким новым виденьем.
9. Мечты и желания: Смертные беспокоят его не столь сильно, как Сородичи, чьи более серьезные излишества и преступления требуют более строгой реакции. Отдельные вампиры не имеют особого значения, однако продление существования общества Совета крайне важно для него. Он убежден, что судьба избрала его для того, чтобы находить тех, кто совершил проступки и карал их. Ценит тех, кого считает невинными, и сделаете все, что угодно, чтобы защитить их.
10. Человечность: 6.
11. Аспект защиты.
2. Имя и фамилия: Эммануэль Монкриф
3. Раса: Человек
4. Возраст при жизни - 27
Полный возраст - 244.
5. Характер: Эммануэль спокойный, скромный и по необходимости – уважительный. Если дело касается борьбы, то Монкриф тщательно взвешивает на первый взгляд все шансы, плюсы и минусы. Бывает иногда пуглив и осторожен, не смотря на то, что его нежизнь даровала ему немалую силу. В каком-то смысла сострадательный. Питает слабость к угнетенным, от чего тот не прочь лишний раз по старой памяти угодить или помочь какому-нибудь бедолаге. В глазах малкавианина можно быстро стать приятелем, но также быстро и стать врагом, ибо его пугливость и нестандартное общение может изменить ход отношений. Весьма любопытный и испытывает интерес ко всяким деталям - это именно то, что воспитало в нем род его деятельности и обретенное новое понимание после обращения. Вместе с этим, очень общительный и иногда он описывает все, что видит. Все, что лезет в голову он проецирует, но что-то он явно не желает произносить. Когда дело доходит до его принципов - он идет напролом. Не смотря на свое происхождение, он очень заботлив к тем, кого ценит и к тем, кто чист хотя именно это одна монета с двух сторон. Он может быть чрезмерно снисходителен к одним и отстранён от других.
6. Таланты и сильные стороны: Все сильные стороны присущи Высшему вампиру. Владеет некоторыми знаниями в хирургии и медицине в целом. Обладает возможностями дисциплин - "Стойкость", "Прорицание", "Помешательство".
7. Слабые стороны: Слабости присущи дисциплинам коими обладает вампир. Также обладает уязвимостью к огню, солнечному свету, серебру и магии света. Проклятье одарила Монкрифа помимо "вечной жизни", также и неким новым виденьем.
9. Мечты и желания: Смертные беспокоят его не столь сильно, как Сородичи, чьи более серьезные излишества и преступления требуют более строгой реакции. Отдельные вампиры не имеют особого значения, однако продление существования общества Совета крайне важно для него. Он убежден, что судьба избрала его для того, чтобы находить тех, кто совершил проступки и карал их. Ценит тех, кого считает невинными, и сделаете все, что угодно, чтобы защитить их.
10. Человечность: 6.
11. Аспект защиты.
Последнее редактирование:
на роль 
Правила проекта
Руководства
Разделы игровых серверов
Технический раздел
Администрация проекта
Общая курилка
Творчество