БИОГРАФИЯ
Глава I.
Глава I.
Убежище нищих, и низших слоев населения раскинулось в прибрежном Каш-Тали, земли что Кальтра потоками орошаемы, град известный тем – что все верблюжьи дороги Алаоты ведут в Каш-Тали, а порты день и ночь корабли встречали торговые с иных государств приплывающие. С две-три дюжины покосившихся домов стоящих невпопад, завешенные тряпьем окна, растрескавшиеся стены, пески окропленные кровью, угол позора приличье забывший – картина скверная, но реальная для квартала неблагополучного. Не освятит Солфара свет священный секреты темных переулков.
В одном из таких, покосившихся зданий, где воздух гнилью, рыбой тухлой и пряностей пропитан, где крыша и стены напоминали решето, и появилась на свет в малой семье Лаура Кихас. Семья конечно сказано сильно, и такой в высоком смысле этого слова не являлась. Запутавшиеся в грехах, спутанные одной цепью – Мать, Мерена Кихас, торговка, софелийка и редкостная мошенница, женщина настолько избитая временем и мужем, что самое ценное – душа, давно уже стала стертым медяком. Злость? Нет – лишь пустота, холодная, не дающая ответов. По сути своей сравни бездонной шкатулке, метнешь в нее слово, а звона не услышишь. Слабоватая на монету, глаза затуманены, в них читалась лишь невероятная усталость. Отец, Амар о Сингх – рыжая бестия, вояка в вечных бегах, налетчик и в целом красавчик которых стоит поискать – появлялся дома, реже, чем снег в песках. Страдающий от проблем с сдерживанием гневом волк, инаковость, со своими чертиками в голове. Оставлял опосля себя лишь противный до чертиков запах курительных смесей и редкие, тяжелые затрещины, когда он бывал в плохом настроении. А в плохом настроении он был всегда.
Девство и взросление Лауры были как у прорастающей на торной тропе травинки; коряво, через боль, но упрямо. Её не учили буквам, вечерами помимо брани отца, и надежды на сказку не мелькало. Вместо колыбельной – вскрики соседей, шум повозки проезжающей снаружи жилища и писк грызунов. Всё её умение, она подглядела у соседей из-за дверного косяка или стены, и росла крайне пугливой, острожной в притворстве, шероховатой девой.
Глава II.
Правда, все-таки язык назвать ее детство кошмаром не посмеет. Ну, подумаешь синяки – их под шерстью то не увидишь и следа, если конкретно не всмотришься, а к боли и привыкнуть можно.. ведь да? Мать целыми днями молчит, дитя игнорирует, а если и говорит, то бренчит по делам монетным с соседкой – пустяк! Зато болтать только по делу будет. Главное что в доме не держали, дверь на распашку – гуляй, сколько душе угодно. А ведь на рынке местном пахнет, и каких только диковинок невиданных. Мешанина из языков, острые локти, чудные клинки, арбалеты и кошели, свисающие прямо из карманов, так заманчиво, будто сами в лапы просятся.
Играя с местными шалопаями, она и не заметила, как простое ребячество перетекло во что-то большее. Во что либо то не стало, ей нужно было доказать этим мальчишкам, что она не простая простушка. Сначала это все выглядело, как шутка: незаметно вытащить финик из лотка, пока отвернулся купец. Сердце, стучало как бешенное, чуть не вырвалось из груди! После – монета, флоринг “выпавший” из кармана наемника.
Она была не удачливой воровкой хорошо знающей свое дело, а шустрой, жилистой и голодной. Её тщедушное тельце, тонкие руки, острые коготки – выручало в подобной неправедной деятельности. Карманичество не как способ нажиться, но потому что это простая дорога к жизни. Проще чем просить милостыню, и надежнее. И эти “грязные” деньги, были намного доступнее тех что раз в две недели, приносил отец. Воровство, как работа, искусство позволяющее жить, а не выживать. Только, пока иные честно зарабатывают на жизнь, Лаура честно вынимала деньги из чужих карманов.
Глава III.
Наконец её заметили. Не мелитесы – тем было плевать на волчицу, мелкую шушеру. Её заметили “Старшие”, шайка карманников, отиравшаяся на рыночных угодьях. Пуганная Лаура, быстро влилась в эту стаю, словно недостающий пазл. Вечные драки, мудрёные гонки от стражников – ее лапы успели побывать в самых разных домах, шкатулках и… даже в темнице, сыром решетчатым подвалом, где вместо отрубания лапы той повезло отделаться розгами. Но, вслед за побоя шла детское упорство – она легко давала фору мальчишкам, была легче, импульсивнее, злее. Без иллюзий на счастливое будущее, без чести, благородства – лишь выгода, из-за чего подельникам она не доверяла никогда, и всегда имела запасной план, отличный от основного.
Провалы, конечно не перестали ее преследовать, ведь никому не везет вечно – иноземец, которого она пыталась обчистить, оказался не таким уж ротозеем, как она предполагала. Рубанув ее по кисти латной перчаткой так, что она взвыла и неделю не могла шевелить пальцами. Мать, после того как Лаура, вернулась зализывать раны скривилась но не проронила и слова, не единого едкого или доброго слова. Лежа на циновке, Лаура, наконец поняла: никто, и ничто если она сама ничего не сделает, и пальцем не ударит. Отрезвляющая мысль.
Год, второй и третий, Лаура превратилась в уверенную, хоть и не выдающуюся карманницу, воровкой и по-настоящему самоуверенной сукой. Обучение “улиц” дало плоды. Не гроза, привычная мозоль на пятой точке горожан, их кошельков и шкатулок в независимости на сколько диковинный был замок. По воле случая, та превратилась в настоящую ищейку. Стригли её, и стригла она – удобная, надежная. Неглупая, цепкая волчица, до жути осторожная, но в порыве слабости – сильно привязывающаяся. Очередная шестерня в большой машине. Не поддающаяся лести, а единственным её божком – госпожа удача. Дела шли в гору, рыночная мелочёвка уже не так влекла её извёртливый глаз: проникновение в дома, большие кражи в том числе со взломом считая и грубый, и умный способы. Маленькие отмычки, удивительные почти волшебные инструменты способные раскрыть любую дверь, любой замок. Дело словно мелодичная музыка – искусство, греющее душу холодной монетой.
Глава IV.
Ночь, сотни звезд на смоляном небосводе. Все было как обычно, лишь чуть опаснее – из наводчика Али, гнилого типа от которого всегда разило дрянью. Он дал адрес: богатый дом, хозяин в отъезде, простая дверь и известный тайник. Она подготовилась как обычно, укутала морду тряпьем, подсадила в нужное место “сторожа” – мальчугана, что за два медяка был готов вовремя свистнуть при виде стражей, хозяина или иных возможных непредвиденных гостей. Влезши через окно, которое, как ее заверил Али, никогда не закрывается. А оно было закрыто, пришлось возиться минуты три, а ведь монеты были уже уплачены. Внутри она действовала легко, быстро, но небрежно. Перетряхнула комод, нашла шкатулку с монетами – ссыпала в мешок. Поступило дурно, пожадничала – принялась шарить в поисках тайника, который как удивительно был совсем не там, где указал Али. Было, подцепив какой-то зазор под циновкой – и в этот такой неудачный момент она услышала шаги. Тяжелые. Знакомые до жути. Портовая стража.
Инстинкт не подвел: быстро пройдя на носочках, она нырнула за занавеску, прижав уши и ноги. Двое мелитесов вошли, слепя её фонарями, а в окно было видно, как двое других волокли мальчишку, тот просто болтался как кукла, даже не пискнул. Двое оставшихся, обшарив дом, и покрывая бранью мальчишку, которого уже забрали, размышляли о том, что тот все таки дал знак, (никак не могли смириться со своей слепотой) и наконец, ушли. Лаура просидев часа два, почти до рассвета, не дыша – после чего быстро покинула точку.
Глава V.
Вернувшись в свой дом, она осознала главную ошибку. Мальчишку, конечно, арестовали. Тот, боясь розог – выложил всю подноготную. Лауре повезло, что стражники довольно ленивы и неудачливы. Спросив про дочь у отца, только вернувшегося из “похода”, была ли она дома этой ночью – услышали; «– А где же ей еще быть!». Конечно с соответствующими характерными его манере речи бранью, слюнями и рыком. Они лишь махнули руками, увидев резко вскочивший, недовольный гейзер, быстро сольюсь с тенью, за первым же поворотом. Мальчика, конечно, отодрали, но отпустили. (Позже Лаура наведалась к тому, напомнив, что болтать, много не стоит, но даже после этого несносный слабоумный, которого после этого никто не брал на дела, не упускал случая пустить молву о Кихас).
Домашний очаг встретил ее привычной тишиной. Уже привычная, та тишина, от которой у не побитого жизнью существа стынет в жилах алая кровь. Мать сидела на циновке, свесив руки, и смотрела в пол. Отец, которого так удачно в этот день занесло домой (видимо погода была нелетная) стоял у стены, грызя травинку. Он не ругался, не поднял глаз. Но впервые в жизни насмешливо по-доброму процедил сквозь зубы: Если лезешь за сыром, не угоди в мышеловку..
Не угроза, без побоев. Мать на это лишь брезгливо промолчала, что было хуже любого воя. Новая мысль, вошла в ее голову. Она медленно превращается в отца. И эта мысль ужаснула её. Она не хотела стать безумной налетчицей, или наемницей. Стоя на пороге собственного дома, она чувствовала себя своей, что есть настоящий ужас для той кто осознает свою неблагочестивость.
Глава VI.
Жизнь в Каш-Тали сделалась для Лауры невыносимой. Никто ничего не болтал, но ей самой впилась в сознание эта мысль. Будто все вокруг болтают о ней, осуждают, а товарищи Амара словно с одобрением смотрят в ее след, что в реальности, конечно же, было не так. Но осадочек был. Наконец, сидя на корточках у стены, та решилась. Собрала монет, вещицы, что не успела сбыть. С час-два изучала интересные маршруты, разбалтывая не слишком трезвых матросов. Сначала она размышляла о Флоровенделе, или Хакмарри, но в итоге остановив свой выбор на Заокеанье, неизведанной земле, где еще не написаны правила и множество наивных зайцев, как в лесах, так и в немногочисленных городах.
Конечно, Лаура продолжит воровать. Не от жадности, клептомании или злобы — по привычке, за компанию. Ведь только чудесное чувство, когда сердце бьется, а запретные двери открываются, сможет заставить себя почувствовать жизнь. И с этой мыслью волчица сидела, в трюме корабля.
OOC
1. Имена, прозвища и прочее: Лаура КихасOOC
2. OOC Ник (посмотреть в личном кабинете): Qiaolian
3. Раса персонажа: Звересь (Гривистый волк)
4. Возраст: 19
5. Внешний вид (здесь можно прикрепить арт): Молодая рыжая волчица, смахивающая больше на лисицу.
6. Характер (из чего он следует, прошлое персонажа): Несколько робкая на публике, однако невыносимый нарцисс на своей территории. Слово нет, просто не существует, средний уровень морали, неуклюжая походка и довольно хрупкое телосложение. Мировоззрение хаотичное.
7. Таланты, сильные стороны: Средняя физическая подготовка. Невероятная реакция и сноровка свойственной всем опытным ворам. Умение ориентироваться на местности.
8. Слабости, проблемы, уязвимости: Ранимая. Часто переоценивает собственные возможности и получает по хребту. Боится крыс.
9. Привычки: Постоянно озирается, постоянно начеку. В собственном доме привыкла вести себя по хозяйски, даже если делит его с несколькими соседями.
10. Мечты, желания, цели: Обрести нормальный дом на Заокеанье. Не сойти с рельс приличия (чуть-чуть можно).
